Катерина Полянская 
Пропавший факультет, или Ведьмочки в Академии Боевых Магов

«Катерина Полянская «Пропавший факультет, или Ведьмочки в Академии Боевых Магов»»: Э; Москва; 2017
ISBN 978-5-699-95186-4
Аннотация

Да, неласково встретили провинциальных ведьмочек в столичной Академии Боевых Магов! Однако их враждебно настроенные снобы-сокурсники еще не знают главного: ведьмы, если дружат, и в драку, и на бал, и в императорскую темницу друг за дружку пойдут, и потому задевать даже одну из них — вредно для здоровья.
Цветане и ее подругам с порога Академии приходится это доказывать. Однако что такое для настоящих ведьм мелкие неприятности в сравнении с обретением фамильяров, таинственными поисками целого пропавшего факультета, неожиданными встречами и настоящей любовью, которая не замедлит околдовать девичьи сердца?

Катерина Полянская
ПРОПАВШИЙ ФАКУЛЬТЕТ,
или ВЕДЬМОЧКИ В АКАДЕМИИ БОЕВЫХ МАГОВ

Глава 1

Высокие башни древнего замка терялись в клочьях тумана. Я окинула их взглядом от земли до самых шпилей и не смогла сдержать счастливой улыбки. Вот она, столичная Академия Боевой Магии! Не совсем то, о чем мечтала, но на ведьму можно и здесь выучиться. Зато Милу увижу…
И непременно выскажу все, что о ней думаю!
Эта вредина за несколько недель не прислала ни одной весточки.
Предвкушая сразу несколько приятных моментов в моей пока еще не особенно длинной жизни, я вошла в гостеприимно распахнутые ворота, не забыла вежливо улыбнуться сторожу и уверенной походкой направилась к двустворчатой двери с выгравированным на ней вороном. По пути бегло огляделась. Мало ли, вдруг повезет встретить подругу прямо сейчас… Но ничего такого не случилось. Двор не был пуст: деловито спешили по своим делам преподаватели в черных рабочих мантиях, сбившись в небольшие компании, болтали о чем-то своем студенты, дворник зачаровывал метлу. Но единственная девушка, которая попалась мне на глаза, больше походила на тощего паренька, но никак не на ведьмочку.
В отличие от боевых магинь, мы всегда ухоженные и аккуратненькие и уж точно не станем стричься «под мальчика» и не влезем в широкие потертые штаны. И почему маги нас так не любят?
Ответ на этот вопрос мучил уже не одно поколение ведьм, но находиться не спешил. А вот возможностей убедиться в явно предвзятом отношении к ведьмам случалось предостаточно. Как у меня сейчас.
Взгляд почувствовала на мгновение раньше, чем прозвучало:
— Ведьминские школы находятся на окраине города, — издевательски растягивая слова, сообщил парень в форме студента. — Тебе не сюда, здесь учатся приличные маги.
Вздернув подбородок, я ускорила шаг. Ну и огромная же здесь территория! И все смотрят так, будто пытаются дырку прожечь… Будто увидели что-то непривычное.
Сама я тоже аккуратно рассматривала местную публику. Особенно того болтливого, он как раз вышел вперед и, кажется, собирался продолжить задираться. Тренированный, светлые волосы коротко подстрижены, голубые глаза смотрят холодно и с легким превосходством. Боевой маг, как раз такой, о каких большинство ведьмочек тайком мечтают…
Но точно не я! Честно.
— Отстань от нее, Феликс, наверняка она к парню пришла, — дружески хлопнула задиру по плечу та самая девица в потертых штанах. — Что с этих ведьм взять, только и думают, как бы отхватить себе мага посильнее!
Я скрипнула зубами, но героически продолжила двигаться вперед. Тем более до заветной двери осталось совсем немного.
Но оставлять ведьму в покое никто не собирался.
— Ну и кто пал так низко? — поинтересовался заносчивый Феликс. — Если с нашего курса, лично прослежу, чтобы жизнь медом не казалась!
Посыпались смешки и шутливые советы не завидовать.
Все, они меня достали! В конце концов, ведьма совершенно не обязана быть сдержанной.
И заклинания я давно научилась плести без сопровождения слов и движений руками. Такая магия требовала заметно больше усилий, но зато будущие боевые маги ничего не заметили… вернее, заметили, но только когда Феликс схватился за горло и сдавленно замычал. А когда открыл рот, чтобы высказать все, что обо мне думает, прозвучали совершенно не те слова:
— Какая красивая ведьма! И умная! И, несомненно, талантливая! — проорал писклявый голос, который имел мало общего с настоящим голосом Феликса. — Прости, я был непозволительно груб.
Однокурсники нахала недоверчиво замерли. Феликс побледнел, трясущейся рукой потер шею и снова попытался сказать гадость. Почему гадость? А потому что иначе заклинание не подействовало бы!
— А я — бездарь, потому что простая деревенская ведьмочка легко обошла мою защиту.
Двор взорвался хохотом. И народ все подтягивался… Кажется, я знаю, кого ждет веселая жизнь в ближайшие месяцы.
Феликс подумал об этом же, иначе с чего бы он так побагровел? Но боевые маги — народ крайне упертый, так что, вместо того чтобы сделать выводы и угомониться, он предпринял третью попытку. Уж не знаю, что собирался сказать, пакостное заклинание все переиначило:
— Я очарован! Околдован! Покорен! Клянусь до конца года каждый день дарить тебе цветы!
И тут — бац! — над местом, где мы стояли, полыхнула алая молния. Сила приняла клятву.
Боевой маг сменил цвет физиономии на зеленоватый и, кажется, собрался отправиться в глубокий обморок. Надолго. Народ уже смеялся в голос, кое-кто даже подвывал. У-у, маги! Никакого сочувствия к ближнему! Я же отчетливо поняла, что мне пора, мило улыбнулась и триумфально переступила порог главного здания Академии. Потому что хорошая ведьма всегда найдет способ обойти защиту и хорошенько напакостить, но только лучшая ведьма безошибочно знает, когда пора делать ноги.
Просторный холл заливал приятный глазам полумрак. Стоило массивной двери грохнуть за спиной, я почувствовала себя значительно лучше, но все равно остановилась ненадолго, чтобы перевести дыхание и успокоиться. Несмотря на свою величественность, это место вовсе не казалось чужим и холодным. Каменный пол и светильники в виде воронов должны были сделать его мрачным, но льющийся из «птичек» приглушенный свет и золотистые панели на стенах с утонченными узорами успешно с этим боролись.
— Круто ты с Феликсом, — послышалось откуда-то сбоку. — Но и правильно, он давно напрашивался.
Подпрыгнув от неожиданности, я поискала взглядом говорившего. Фу-х, пугать-то так зачем?!
Парень… хотя, скорее, молодой мужчина… стоял у одной из статуй и изучал меня взглядом. Но открытой неприязни, как у тех, во дворе, не было, скорее сдержанное любопытство. Что ж, можно расслабиться и ответить взаимностью. Я тоже, не таясь, присмотрелась к неожиданному собеседнику. А хорош! Если Феликс — розовая мечта большинства ведьмочек, то этот — самая смелая фантазия. Черная форма великолепно сидела на тренированном теле воина, отросшие волосы пребывали в беспорядке, трехдневная щетина делала красивое лицо немного диким. И от ауры исходила просто невероятная мощь, даже попятиться захотелось. Но взгляд зеленых глаз был умный и чуточку ироничный. Возраст… самый старший курс или высшее отделение, где обучают лучших из лучших, которым потом суждено стать элитными императорскими магами.
— Если собираюсь здесь учиться, а я точно собираюсь, — ответила наконец, — лучше сразу поставить на место тех, кто может потом осложнить жизнь.
— Разумно, — одобрил такую позицию незнакомец. — Но ты точно уверена, что хочешь поступать именно сюда?
Ну вот, и этот туда же. Да что они все заладили?!
— Это проблема? — Вопрос прозвучал чуть резче, чем надо бы.
— Нет, просто… — он замялся, подбирая слова. — Ведьм здесь одиннадцать лет не было, вряд ли с твоим появлением что-то изменится.
Ах вот оно что… Я выдохнула.
— Ты ошибаешься, — заявила уверенно и улыбнулась. — Я точно знаю, что месяца четыре назад сюда поступила как минимум одна. Правда, всего лишь на подготовительные курсы, но уже это кое-что да значит.
— Верно, поступила, — кивнул красавчик. — Но вылетела почти сразу.
Милица? Быть такого не может!
— И где она сейчас? — спросила упавшим голосом.
— Понятия не имею, — пожал плечами маг. — Но точно знаю одно: никаких ведьм здесь нет и не предвидится.
В грубоватом голосе сквозила такая уверенность, что мне стало страшно. А когда я боюсь, то становлюсь упрямой, напористой и вообще просто невыносимой.
— Это мы еще посмотрим! — воскликнула в сердцах и решительно застучала каблучками по каменному полу.
Где тут у них документы принимают?
— Стой, сумасбродка! — Мага душил смех. — Там переход к мужскому общежитию. Думаю, тебе в него не надо. Идем, отведу к секретарю.
Старательно сохраняя невозмутимое выражение на лице, я развернулась и послушно прошла за магом в правильную сторону.
Он проводил меня до нужной двери и ушел по своим делам.
Когда шаги вдалеке стихли, я решительно постучала. И, получив разрешение, вошла.
— Здравствуйте. — А ведьмочки вообще народ вежливый и доброжелательный! Если специально не злить. И не специально тоже.
Но хмурая тетка с унылым пучком на голове настроения моего не разделяла. Больше того, при одном звуке моего голоса неуловимо напряглась. Потом все-таки оторвалась от чтения каких-то жутко важных документов, поверх которых лежал раскрытый кулинарный журнал, замаскированный магией, и придирчиво оглядела меня. Судя по некрасивой складке, обозначившейся между ее бровей, я ей не понравилась.
— Физподготовку не сдашь, — оценила абитуриентку тетка. — А если каким-то чудом пройдешь первый этап, завалишься на технике боя. И вообще, кто приходит поступать в Академию Боевой Магии в платье и на каблуках?
— Ведьма, — честно призналась я, после чего прошествовала к столу и протянула ей уже написанное заявление вместе со всеми прочими документами. — Цветана Перелеска. Я пришла поступать на ведьминский факультет.
К складке добавилось кислое выражение лица.
Да что ж они тут все такие предвзятые? Между прочим, ведьма — это очень хорошо, полезно и для глаз приятно, а они морщатся, будто на завтрак одни лимоны давали! Притом всем без исключения.
— Шла бы ты, девочка… в ведьминскую школу, например. — По лицу было видно, что послать меня хотели гораздо дальше, но сдержались. — Наш ведьминский факультет закрыт в связи с отсутствием в Академии ведьм.
— Но я-то есть! — от возмущения даже притопнула.
— И что, ради одной тебя преподаватели должны лекции читать?
Нимало не смутившись, ибо ведьме полагается быть хотя бы иногда наглой, я молча положила поверх журнала выдержку из листовки с императорским указом об обучении магически одаренных. В нем говорилось, что ведьмы и маги в правах равны, в Академиях должны действовать ведьминские факультеты независимо от количества студенток, каждому желающему попробовать свои силы в учебе должен быть дан шанс… ну и так далее.
Гладко было только на словах. На самом же деле маги на ведьм смотрели свысока, ведьмы в их Академии старались не соваться, а если вдруг какая исхитрялась пролезть, организовать обучение было легко. Для этого только и нужна что ведьма-наставница. Предмета у нас всего три — общая магия, зелья и вредительство. Программа построена таким образом, что с обучением магов практически не пересекается. Ну разве что подопытные для вредительства понадобятся… В общем, имелись все шансы несколько лет учиться в одном заведении и друг другу не мешать. Вообще не сталкиваться.
Секретарь читала и все больше мрачнела, я бы даже сказала, зверела. И поглядывала на меня так… почти с ненавистью поглядывала. А я терпеть не могу, когда меня ненавидят, вот бзик у меня такой! Имеет право ведьма на свой личный бзик? Имеет. Значит, надо ситуацию срочно исправлять.
— Понимаете, меня не возьмут в ведьминскую школу…
— То есть для школы ты недостаточно хороша, а вот для Академии — в самый раз? — не прониклась вредная тетка. — А ты ничего не перепутала, деточка?
Спокойно, Цветана, мы ее дожмем. Привыкнет.
— Ведьмовству меня обучал ведьмак, — разъяснила терпеливо. — И теперь по правилам нужен наставник, а не наставница. В столичных школах ведьмаков нет, я узнавала. Остается Академия.
Довод был непоколебимый, как каменная глыба. Секретарь невзлюбила меня окончательно, но все же кивнула и магическую печать на заявление поставила.
— Ладно, завтра в девять приходи на экзамен. И не вздумай опоздать! — сквозь зубы процедила она. И совсем тихо себе под нос проворчала: — Что ж вам, наставниц не хватает, что ли? Зачем было к ведьмаку в обучение идти?
— Ну… так получилось, — смущенно пробормотала я.
— Вот и еще одна такая же несуразная приходила, — вздохнула тетка, вписывая меня в какую-то книгу.
Меня будто молнией ударило. Она помнит Милицу!
— Знаю, это моя подруга! Мы вместе учились у ведьмака.
— Оно и видно. — Бурчание смешалось со скрипом чернильной ручки по бумаге.
Ухватившись за шанс хоть что-нибудь узнать, я посмотрела на угрюмую сотрудницу Академии жалобно-жалобно.
— А… вы не знаете, за что ее выгнали?
Оторвавшись от писанины, секретарь как-то странно взглянула на меня сквозь стекла очков. Помолчала какое-то время. Ее замешательство ощущалось слишком явно.
— Не припомню что-то, — наконец выдавила она. — Была девчонка, носилась тут на метле, кота фамильяром притащила, магов взбаламутила… а потом вдруг все спокойно стало, прямо как раньше. Была ведьма и пропала.
Ответ меня, мягко говоря, напугал. Ведьмы просто так не исчезают!
— Но документы об отчислении должны были проходить через вас! — забывшись, воскликнула я.
И замерла, прижав похолодевшие ладони к пылающим щекам.
— Может, и проходили. Не помню. — Секретарь снова уткнулась в бумажки.
Неладное что-то творится в этой Академии. Вот чуяло мое сердце, не просто так Милка писать перестала. И если до этой самой минуты я еще сомневалась, нужно ли мне это поступление и вся прочая докука с противными магами, то сейчас точно поняла. Нет, скорее почувствовала: еще как нужно! Мила лучше меня в ведьмовстве разбиралась, была усердной, спокойной и внимательной. Ну не могла она сделать ничего такого, за что ее следовало бы отчислить! Просто не могла. Значит, бессовестные маги просто хотели избавиться от нее и снова прикрыть ведьминский факультет. Ну уж нет, дудки! Я во всем обязательно разберусь и, если ее выгнали несправедливо, найду способ сделать так, чтобы Милица доучилась. Она же так мечтала! Больше меня. Понятно теперь, почему не писала, — ей, наверное, жутко стыдно. И домой по той же причине не вернулась, наверняка где-то в городе работу нашла.
— Значит, я пишу, что ты от общежития отказываешься? — распугал решительные мысли голос секретаря.
Я вздрогнула и вернулась в реальность.
— Отказываюсь? С какой это стати?!
Вредная же она особа, не упустила случая хоть по мелочи ужалить.
— Оно мужское, — не скрывая мстительного удовольствия, просветила меня… только сейчас на столе табличку с именем заметила… Наина Гусыня. Ничего такое имечко, особенно вторая часть ей подходит. Так и запомним! — Право там жить у тебя есть, но свободных комнат нет. Если хочешь, подселю к четырем парням. Пойдешь?
Оценив перспективу во всей красе, я энергично помотала головой. Скрыть разочарование даже не пыталась. Узнавать о Милице, живя вне замка, будет трудновато.
— А как же другие девушки? — ухватилась за соломинку. — Я видела одну во дворе.
— Снимают жилье в студенческом квартале, — безразлично пояснила Гусыня. — Не только магини, но и целительницы с прорицательницами тоже.
— Ладно, и я сниму.
Надо сказать, в этом ничего особенного не было. Учебных заведений в Лавиенне, столице Азарийской империи, много, и далеко не все имеют при себе общежития. Большинству студентов приходится селиться в городе. Может, так даже и лучше. Иногда менять обстановку и отвлекаться от несносных магов мне не повредит, к тому же смогу сама выбрать, где жить и с кем, никакого комендантского часа, опять же. И комната будет в моем личном распоряжении. Деньги на это удовольствие есть.
Пять минут спустя я получила подробное объяснение, куда явиться завтра для прохождения вступительных испытаний, и листок с адресами, где можно поселиться, после чего покинула кабинет, перед которым уже выстроилась очередь человек в пять. В коридоре листок смяла и простеньким заклинанием обратила в пыль. Наверняка же Гусыня, невзлюбившая меня с первого взгляда, написала адреса каких-нибудь клоповников!
Что ж, пойду искать себе уютное место…

Вышла за ворота, и будто дышать стало легче. Будто стальной обруч, до того сжимавший шею, распался, пропал. Щеки погладил приятный ветерок, поиграл с косами, принес запахи свежей сдобы и дорогих духов.
Сразу же захотелось и того, и другого!
Есть, правда, все-таки больше, поэтому, не раздумывая, я завернула в ближайшую кондитерскую. Со вчерашнего вечера во рту ни крошки не было, пора это дело исправлять. Подкреплюсь булочкой с какао, потом найду жилье, устроюсь… а если экзамен успешно сдам, сделаю себе подарок — флакон духов. На том с собой и договорилась.
В кондитерской звучала приятная музыка и глаза разбегались от вкусностей, выставленных на прилавках. Сразу же захотелось попробовать и то, и это, и еще вон ту корзиночку со взбитыми сливками и красной вишенкой, и съесть кусок шоколадного торта. Пришлось напомнить себе, что я голодная, а в таком случае лучше остановить выбор на несладкой булочке с творогом и какао.
Специально села спиной к небольшому залу, лицом к большим, во всю стену, окнам. За стеклом спешили по своим делам прохожие — нарядные дамы, мужчины в строгих костюмах, стайки парней и девушек. Вся эта кутерьма казалась непривычной и завораживала. Я откусила первый кусочек, блаженно зажмурилась и оказалась потеряна для всего остального мира до момента полного исчезновения вкусностей.
Как раз решала, не купить ли что-нибудь еще, когда у самого уха взвизгнули:
— Милка, ты где пропадала?!
Повернувшись, я с недоумением обозрела белокурую официантку в форменном платьице и белом переднике.
— Ой, простите, — она жутко смутилась, — я вас приняла за другую.
— Откуда ты знаешь Милицу? — Ходить вокруг да около было лень, и я спросила прямо.
— А ты? — вконец растерялась девчонка.
Потом сообразила, что вроде как фамильярничает с посетительницей, и зажала рот ладошкой, но слова назад не затолкаешь.
— Я — Цветана. — Ну вот как тут объяснить, чтобы коротко и понятно? — Мы с Милой…
— Знаю, ты ее подруга из провинции, приехала в Академию поступать. — Объяснять ничего не пришлось, она и так все знала. Все, кроме самого главного. — Мила мне рассказывала, она часто сюда забегала, с магами-то не больно поболтаешь. А где она сама?
Заказать пирожное все же пришлось, а потом «случайно» уронить его на пол и наступить. Пока девушка, назвавшаяся при ближайшем знакомстве Марицей, убирала безобразие, как раз успели поболтать.
Оказывается, они дружили. Мила, вот точно так же, как я сейчас, забрела сюда после первого посещения Академии, накупила пирожных, села за столик и так горько расплакалась, что Марица не выдержала, нарушила все правила — подошла и стала утешать. Так и познакомились. Мила прибегала после занятий всякий раз, как маги ее доставали, а это случалось регулярно. Марица сама от задиристых парней не была в восторге, так что взаимопонимание девчонки нашли быстро. Чем могли, помогали друг другу: ведьмочка вылечила бабке Марицы спину, помогла отвадить крысу от кондитерской и неугодного жениха от новой подруги, а та, в свою очередь, показывала ей город и всячески отвлекала от тягот жизни ведьмочки в окружении магов.
Но однажды Мила просто не пришла… И больше Марица ее не видела.
— Давно? — Я почувствовала, как что-то внутри холодеет.
— Уже с месяц примерно, — прикинула официантка. — Ты извини, что накинулась. Просто она, когда впервые тут появилась, вот точно так же выглядела: две косы, клетчатое платье, только еще сумка дорожная была.
— У меня тоже есть, просто ее не видно, — поделилась секретом.
Версия с отчислением и тем, что Мила стыдится этого, трещала по швам. Ладно мне не написать, но новой подруге она постоянно жаловалась на магов, которые не упускали случая задеть ведьмочку. И если бы ее выгнали из Академии, наверняка первым делом побежала бы плакаться к ней и заедать обиду сладеньким. Да и, если верить Марице, с ведьмой и ведьмаком отношения у единственной ведьмочки на всю Академию сложились теплые, она на них нарадоваться не могла. Метлу себе раньше времени купила, фамильяра завела…
Так что же произошло на самом деле? И куда девалась наша подруга?
Ответ пугал хотя бы тем, что ничего путного или хотя бы правдоподобного в голову не приходило.
Знакомство с Марицей оказалось полезным не только тем, что удалось расспросить о Миле. Она мне дала имя и адрес ведьмы-наставницы, потом рассказала, что один из постоянных посетителей кондитерской как раз сдает комнаты, человек он хороший, дом у него приличный, а просит совсем недорого. А в довершение всего насоветовала, в каком магазинчике лучше метлу покупать, где запасаться ингредиентами для зелий и куда идти за подходящим фамильяром.
Так что, когда выходила из кондитерской, я хотя бы знала, куда податься.

Бумажка с адресом привела меня к старому, но ухоженному каменному дому с башенками. Здесь даже небольшой садик имелся. И до Академии рукой подать, не нужен ни портал, ни извозчик. Мечта, а не жилье!
Лишний раз сверившись с адресом на листке, потом с табличкой на фасаде, я с легким недоверием поняла, что попала именно туда, куда нужно. Но дом совершенно не походил на жилье под сдачу, и это внушало определенные опасения. Хотя… может, у хозяина возникли временные финансовые трудности, и он решил таким образом поправить положение? Марица предупредила, что он живет с внучкой примерно нашего возраста, да и кроме меня еще одна жиличка будет.
Прокрутила все это в голове и на звонок нажала почти без страха.
Звука не последовало. Магическая вещица.
Через минуту на крыльце показался сухонький старичок с прямой осанкой и забранными в хвост седыми волосами.
— Горислав Проточный. Чем могу служить? — церемонно раскланялся хозяин дома, миновал коротенькую, уложенную камнями дорожку и взялся за ручку калитки.
— Здравствуйте. Марица сказала, вы сдаете комнату? Меня зовут Цветана, я…
— Идем в дом, угощу тебя чаем, познакомлю с внучкой, покажу жилье, там и поговорим. — Он доброжелательно улыбнулся, распахнул передо мной калитку и сделал знак следовать за ним.
Шагнула во владения Проточных и сразу почувствовала… будто невидимый глаз в самую душу заглянуть попытался. Неслабая у них тут защита. Но вместо того чтобы почувствовать себя неуютно, я расслабилась.
Было бы неплохо здесь жить. Чувство полной безопасности окутывает еще у калитки, а в доме пахнет яблочным пирогом с ванилью и корицей. Мм-м… Потянуло щуриться и улыбаться.
На достаточно просторной и уютной кухне меня напоили вкуснейшим травяным чаем с… ну да, с яблочным пирогом. Хозяин оказался личностью во всех отношениях примечательной — выправка военного и манеры аристократа вызывали вихрь вопросов — и когда он признался, что почти сорок лет преподавал в Академии и является профессором, магистром и обладателем еще нескольких званий, которые я не запомнила, удивляться почему-то не потянуло. Вот оно что! Его внучка, Краса, пухленькая белокурая девушка с ясными синими глазами, с первых минут отнеслась ко мне доброжелательно и по страшному секрету рассказала, что у нее завтра тоже вступительный экзамен.
Куда? В Академию Боевой Магии!
Подробности? А на многострадальный ведьминский факультет!
Они с дедом, когда пару часов назад записываться ходили, как раз видели мое имя в списке. И еще чье-то. Краса вписалась третьей, и уж внучку магистра никто задирать не посмел.
Итак, я не буду единственной ведьмой среди агрессивно настроенных магов.
Да после такой новости мне уже без разницы, как выглядит предлагаемая комната! Хоть в гостиной на диване поселите, я хочу здесь жить!
— Двенадцать серебряных монет раз в два месяца и примерное поведение, — назвал цену хозяин. — Если сейчас денег нет, я подожду, пока выдадут стипендию.
Сумма, на мой непривычный к столичным ценам провинциальный взгляд, была великовата, но условия того стоили. Да и магистра тоже понять можно: хочется ведь приличную жиличку и заработать совсем не грех. Так что я доброжелательно улыбнулась, не испытывая при этом никаких отрицательных эмоций.
— Не беспокойтесь, заплачу сегодня же.
Горислав окинул придирчивым взглядом мое простенькое клетчатое платье и не замедлил сделать выводы:
— И откуда же у деревенской ведьмочки деньги? Это я еще молчу, что в ближайшее время тебе метлу, фамильяра и все необходимое для учебы покупать. Не подумай, что допытываюсь, но у меня тут внучка живет, не хотелось бы на нее дурного влияния.
Краса, которая до этого мирно сидела, обхватив ладонями чашку, и прислушивалась к нашему разговору, так и подпрыгнула.
— Деда!
— Что «деда»? — ласково передразнил внучку старый маг, но взгляд его сделался строгим. — О тебе же пекусь, пигалица.
Ведьмочка сникла.
Мне, наверное, стоило обидеться, но пока они препирались, я успела остыть и понять, что предосторожность не лишняя. Мало ли кого могло на порог дома принести? И то, что я ведьмочка, совершенно ничего не значит.
— Слышали когда-нибудь о Марине Перелеске? — начала издалека.
— Известная художница? — наморщив лоб, припомнил старый маг. — Она еще мозаику в Храме Древней Силы делала, когда его реставрировали.
— И жутко модная! — Краса тоже поняла, о ком речь. — Сейчас в каждой обеспеченной семье обязательно есть портрет ее работы.
— Но при чем здесь ты? — Хозяин дома бросил на меня очередной подозрительный взгляд.
Пришлось объяснять, хоть и не люблю я об этом говорить. Все время кажется, что звучит так, будто хвастаюсь.
— Марина — моя мама. Как понимаете, проблем с деньгами у меня нет.
Минуту магистр с внучкой пребывали в искреннем шоке, после чего передо мной извинились за слишком рьяное любопытство и повели показывать комнату.
Вот так все лишние вопросы разом отпали.
Маму знали как талантливую художницу и мозаистку, а уважали еще и за скромность, и за то, что она, будучи свободной женщиной, не появляется на великосветских мероприятиях, не меняет любовников и вообще после смерти мужа целиком и полностью сосредоточена на работе и дочери. На самом деле отец не умер, а ушел от нас. И после того женился снова. Но тогда мама не была такой знаменитой, вот эта история и ускользнула от сплетников. До сих пор почти никто не знает. Мама не хотела, чтобы ее ошибка испортила мне жизнь, поэтому взяла с изменника магическую клятву не распространяться. Так и живем.

Комнат было две, а я пришла первой, так что имела полное право выбирать. Первая спаленка сразу же произвела впечатление. Идеальная комната для ведьмочки! Помимо всего необходимого для жизни, здесь были светильники, имитирующие живой огонь, место для фамильяра, большая книжная полка и мягкий ковер. Я уже почти согласилась, чисто из любопытства сунулась в дверь в самом конце коридора.
И как только приоткрыла ее, отчетливо поняла: я дома!
Здесь было все то же самое, только вместо коричневого преобладали все оттенки зеленого. Но именно у этой комнаты имелось одно огромное преимущество. Она угловая, и сразу две стены занимало одно сплошное окно, зачарованное с улицы от глаз любопытных прохожих. И из него лилось столько света, что все помещение казалось золотистым. Открывалось окно магически, Горислав научил как. Таким образом можно было выбраться на часть крыши первого этажа, где хозяин оборудовал площадку для сушки трав и прочих ингредиентов.
— Эту? — понимающе блеснул глазами старый маг.
— Ага!
Я вытащила из-за пояса сумку, поколдовала, возвращая ей нормальный размер, и покачнулась. Заклинание при снятии честно взяло все силы, затраченные за время его действия.
Сумку бросила на пол и надолго застряла у необычного окна.
Все, теперь точно дома.

Степень своего везения я осознала, когда утром в компании Красы и Горислава бежала на экзамен. Мы безнадежно опаздывали. А все потому, что кто-то из нас страшная копуша. И этот кто-то — не я.
Хоть бы успеть! Хоть бы успеть! Хоть бы успеть!
Что примечательно, мы с Красой пыхтели, как больные хомячки, а вот старый маг бежал вполне резво, одышкой не мучился и время от времени сбавлял скорость, чтобы подождать отстающих нас. Вот что значит — боевой маг! Я их даже зауважала. Чуточку. Потому что у самой уже через перекресток в боку закололо и дыхание занялось, через два мне почти расхотелось в ведьмочки, а на третьем весь свет стал не мил. Что ж за наказание-то такое?!
Хорошо, бежать было недалеко.
В распахнутые ворота Академии мы влетели ровно за пятнадцать минут до начала экзамена.
— Успели! — простонала Краса, согнувшись и жадно хватая ртом воздух.
Занятая тем же самым, я даже говорить толком не могла.
Горислав же даже не запыхался, а потому мучений ведьминских попросту не понимал.
— Решено, с завтрашнего дня буду гонять вас на утренние пробежки. — Маг насмешливо поглядывал на нас, с трудом приходящих в себя.
Оценив перспективу, я заскучала. Но ненадолго, ведьмы вообще долго скучать не приучены.
— Решено, завтра же покупаю метлу, — заговорщицки прошептала Красе на ухо.
— Я тоже! — ответила она мне громким шепотом и по-ведьмински хитро улыбнулась.
Дед только глаза к небу возвел и пробормотал что-то о несносных девчонках.
Сегодня территория перед Академией была пуста, и до крыльца, а потом и до нужного зала мы дошли без приключений. Где-то на подступах к заветной двери меня охватило волнение, такое сильное, что коленки затряслись.
Вдруг не сдам? Вдруг специально не примут, чтобы с ведьмами не возиться?
Табличка на двери гласила: «Тишина! Идет экзамен у ведьм!»
Просторный зал с колоннами и большими окнами вместил сразу три длинных стола, за каждым сидело по три преподавателя в парадных мантиях разных цветов. Взгляд выхватил синий, бордовый, белый, коричневый и зеленый бархат. На маленьком стульчике перед одной из комиссий, возглавляемой тощим высоким стариком с крючковатым носом, уже лепетала что-то миниатюрная черноволосая ведьмочка.
— Удачи, — пихнула меня в бок Краса.
— И тебе, — прошептала я и направилась к ближайшему столу.
Пока шла, успела оглядеть своих экзекуторов. Главным был маг лет сорока, тренированный, с перстнями на пальцах, холодными голубыми глазами и аккуратной, ухоженной бородкой. По высокомерной физиономии понятно: на всю голову боевой, наверняка еще и элитный. Как-то сразу не по себе стало. Рядом с ним со скучающим лицом сидела красивая ведьма в остроконечной шляпе. Вид у нее был такой, будто мыслями она не здесь, и движение, коим ведьма то и дело поправляла вьющиеся мелкими колечками черные волосы, свидетельствовало о том же. Присутствие ведьмы вдохновляло. А вот третий меня ошеломил… Главным образом тем, что мы уже виделись раньше.
Облаченный в дорогущую коричневую мантию, в самом конце стола сидел тот самый молодой мужчина, с которым я столкнулась в холле вчера, после того как отделалась от задиристых студентов.
Мамочки!..
В живот свалился комок холода.
Я же его за старшекурсника приняла! И разговаривала как с равным!
Надеюсь, глупостей не наболтала…
Но, справедливости ради, стоит признать, что и сейчас, не сиди он за преподавательским столом и не будь напротив него таблички с именем, никто ни за что бы не догадался, что этот взъерошенный небритый тип может что-то преподавать! Но табличка была. «Глеб Полуденный, младший преподаватель» — сложились буквы в слова.
— Что застряла? — обратил на меня внимание предмет моего удивления. — Или раздумала поступать?
Раздумала? Я? Вот еще, не дождутся!
— Извините, уже иду. — И заторопилась к своему месту.
Эмоции были слишком сильны, и двигалась я до раздражения медленно, будто воздух превратился во что-то вязкое и пробираться сквозь него стоило огромных трудов. Но больше меня не торопили. Промедление преподаватели использовали в своих целях.
— Преподаватель Полуденный, хочу напомнить вам, что с этого года вы больше не студент. — Магистр с перстнями и бородкой словно пощечину молодому коллеге дал. — Забудьте свои ерничанья и ведите себя соответственно новому статусу. Да, еще одно… держите дистанцию с адептами и особенно с адептками.
— Учту, магистр Полуночный. — На красивом даже со щетицой лице ни один мускул не дрогнул.
Важный маг одарил его неприязненным взглядом и скрипнул зубами. Да он даже на меня так недружелюбно не смотрел! Хм… что примечательно, как раз на меня магистр Полуночный взирал спокойно, даже с легким любопытством. Это внушало надежду. Может, не все так трудно будет с этим поступлением?
Полуденный и Полуночный. Даже фамилии у них противоположные. Чует ведьминская интуиция, что это неспроста!
Я поспешила занять свой стул, краем глаза исследуя табличку напротив ведьмы.
Эсмеральда Ворожейкина.
И ей явно не улыбалось сидеть между двух огней.
— Ну что ж, ведьмочка, я вижу, умеешь ты немало, — вдруг выдал магистр, чем окончательно вверг меня в ступор.
— Видите? — пролепетала, вцепляясь пальчиками в край стола.
— Ты затемнила свою ауру, — со снисходительной улыбкой пояснил Полуночный. — А это не так-то просто.
— Ой, совсем забыла. — Я виновато улыбнулась. — Еще в экспрессе наложила заклинание, чтобы один любопытный ведьмак с расспросами не доставал. Похоже, я уже вторые сутки так хожу.
А Горислав вчера наверняка видел, но ничего не сказал. Ох, и вредные же эти маги! Совершенно бессовестные. Даже лучшие из них.
— Так и запишем, что уровень силы высокий, и за общую магию сразу ставлю «отлично», — кивнул глава приемной комиссии.
И все? Вот так просто? Во внезапную удачу верилось с трудом, и единственный вывод был неутешителен: если сейчас все легко, то дальше обязательно будет какая-нибудь гадость. На то они и маги.
Но получив меня в свое распоряжение, ведьма злодействовать тоже не стала.
— Неплохо ты вчера сделала этих магов, — хитро улыбнулась она и поправила декоративную бородавку справа под нижней губой. — Так их, паршивцев! За вредительство высший балл, и это еще только начало!
Пришлось стиснуть зубы, чтобы не выглядеть глупо с открытым ртом. С ума сойти можно… Второй экзамен сдала играючи!
Ожидаемая пакость пришла с неожиданной стороны.
Как только я перешла в его распоряжение, Глеб прищурился, многообещающе улыбнулся и… встал.
— Прошу следовать за мной, — изрек он, направляясь к выходу.
Я замешкалась, лихорадочно соображая, что вообще происходит.
Остальные преподаватели тоже не пришли в восторг, особенно магистр Полуночный.
— Младший преподаватель Полуденный, — сквозь зубы процедил он и не забыл сделать акцент на первом слове, — хочу напомнить, что вы преподаете общую магию. Предмет в основном теоретический. И мы уже выяснили, что у нашей ведьмочки там полный порядок. А сейчас спросите у нее состав какого-нибудь зелья и успокойтесь.
Ясно. Похоже, его взяли в комиссию для количества и просили особо не отсвечивать.
Глеб остановился, но смутиться, а тем более образумиться даже не подумал.
— Насколько помню правила, которые я вчера три часа добросовестно читал, — въедливо заметил молодой преподаватель, — каждый, кто заявлен в комиссии, имеет право задавать любые вопросы и предлагать любые тесты в пределах профиля поступающего. Я ничего не перепутал?
Зубовный скрежет повторился.
Ручка в унизанной перстнями руке треснула, на столе образовалась темно-синяя лужица чернил.
— Ничего.
— Вот и отлично! — потер руки победитель этой небольшой схватки. — Прошу всех за мной!
Что поделаешь, пошли. Причем все, даже недовольный Полуночный вылез из-за стола. Чувства были смешанные. Сердце от страха стучало едва ли не громче, чем каблучки по каменному полу длинного коридора. Но ближе к середине пути меня разобрала такая злость! Вот где на свете справедливость?! Даже магистр, которому по определению полагалось встретить меня агрессивно, отнесся по-человечески, а этот что выделывается? Я думала, он нормальный, а он… Вот так бы и напакостила, честное слово!
Извилистые коридоры привели нас к одному из боковых выходов. Дверь беззвучно открылась, а там… большая площадка с сетками и перекладинами. В общем, что-то похожее на полигон.
По ведьминским меркам, гадость несусветная.

Глава 2

Глеб остановился в паре шагов от начала беговой дорожки, победно оглядел ничего не понимающих преподавателей, одарил насмешливым взглядом меня и скомандовал:
— Вперед! — Так сразу и не поймешь, он серьезно или издевается.
И не я одна задавалась этим вопросом, потому что магистр чистой рукой аккуратно отодвинул меня в сторону и глухо рыкнул:
— Полуденный, ты что вытворяешь?!
Кто-то был страшно зол. И из-за чего? Из-за какой-то ведьмы! Нет, ну бывают же на свете чудеса!
— Провожу смотр физподготовки, — как ни в чем не бывало сообщил тот.
Я тоже начала звереть. Да он же серьезно! А я в платье и туфлях. И как бежать?
— А ничего, что я — ведьма и у нас даже предмета такого нет? — бросилась защищать справедливость в ведьминском понимании и свой внешний вид заодно я.
— А ничего, что ты имеешь все шансы стать адепткой Академии Боевой Магии? — передразнил… подозреваю, мой самый нелюбимый преподаватель. — Здесь такой предмет есть у всех. Кстати, круга уже три. Еще одна попытка пререкаться, и их станет пять. Потом семь.
Глотая слезы бессильной злости, я поплелась к дорожке. Всего несколько шагов… На последнем в голову пришла просто отличная мысль. Я же ведьма? Ведьма. А бежать в платье и на каблуках как-то глупо. И вообще, про бежать он ничего не сказал, только «вперед»!
Ну так я ему сейчас такой «вперед» организую, до выпускного не забудет! Моего.
Поначалу собиралась пакостить и подло мстить… то есть, прилично выражаясь, практиковаться во вредительстве ведьме Эсмеральде на радость… но глянула через плечо на ухмыляющегося Глеба, отчетливо осознала, что мне еще у него учиться. А этот процесс хотелось сделать как можно менее травматичным, потому пакостную месть лучше отложить и хорошенько обдумать. Сейчас же лучше пойти другим путем.
Быстро наложила маскирующие чары и под ними выпустила слабенькое поисковое заклинание. Ну же… давай… на огромной территории замка должна быть хоть одна…
— На старт! — рявкнул молодой маг.
Есть! Лети сюда, родимая…
— Внимание…
— Метла! — направила я заклинание призыва.
Ведьма-наставница просияла, магистр пробормотал что-то одобрительное и восхищенно сверкнул глазами, Глеб… радостно ухмыльнулся. Непрошибаемый тип!
Метла сопротивлялась, однако на всех парах неслась ко мне. Буквально сбила с ног, поднырнула под попу, я только успела покрепче вцепиться в черенок — и мы рванули вперед. Дважды с ветерком облетели тренировочную площадку, а третий круг сделали вокруг всего замка.
Когда приземлились перед довольным Глебом, Эсмеральда не утерпела и похлопала в ладоши. Полуночный сдержанно улыбался, но ведьминские действия безоговорочно одобрял.
Следовало, наверное, объяснить свой поступок, как-то оправдаться, сказать про платье и туфельки на каблуках, но… не хотелось. И относиться к Глебу Полуденному как к жутко важному преподавателю, от которого прямо сейчас зависит ведьминская судьба, почему-то не получалось. Правильно говорят, что первое впечатление дважды не произвести. Как увидела его вчера старшекурсником, так он в моем восприятии им и остался. И как ни пытаюсь призвать себя к порядку, ничего не выходит.
Постояли, смерили друг друга оценивающими взглядами.
Вот пусть только попробует не взять, прокляну на месте!
Другие преподаватели тоже уже начинали нервничать…
Наконец Глеб прервал эту эффектную паузу, улыбнулся чуть шире и заговорил:
— За вредность и изобретательность ставлю «отлично». — Но не успела я обрадоваться и издать победный визг, как он решил в очередной раз подтвердить, что достоин самой коварной и безжалостной ведьминской мести. — А за зелье — «сойдет».
Отчего-то мне вчерашние противные маги вспомнились. И вообще все то, что среди ведьм о них говорят. Потом пришло осознание: с таким характером этот Глеб далеко пойдет, станет самым лучшим, самым сильным, самым элитным магом. Потому что большей заразы я не только не встречала, но и вообразить себе не могла.
— Какое зелье? — простонала обреченно. — Я же не варила никакого зелья!
— Но я в тебя верю, поэтому авансом ставлю «сойдет», — доброжелательно улыбнулся мой учебный кошмар.
Мысленно я застонала.
Требовалось еще вернуться в зал, где проходили вступительные испытания, чтобы Полуденный заполнил свою часть ведомости, но радости уже сейчас не было предела.
Я сдала! Я поступила!

У ворот Академии меня ждал Феликс с букетом белых роз и таким скорбным видом, что почти захотелось его пожалеть.
К этому времени я уже знала, что ведьминский факультет в Академии Боевой Магии снова действует, на нем учатся три ведьмы, и занятия начинаются через день. Третья ведьмочка звалась Сателлой, была тихой и неразговорчивой, но почему-то вызывала у меня симпатию. И когда Краса сообщила, что Сателла будет жить с нами, я совершенно не удивилась. Даже обрадовалась. Вместе веселее и учиться легче.
Горислав дождался результатов экзамена, после чего ушел по каким-то своим делам, предупредив, что будет поздно. Посему к воротам мы подошли втроем. А там Феликс! С цветами! И все мне!
— Кто-то уже успел обзавестись поклонником, — прокомментировала Краса. — А он симпатичный!
Черноволосая Сателла только сверкала любопытными черными глазами, но ничего не говорила.
— Только когда молчит, — предупредила я подруг. — Сейчас сами убедитесь.
И точно. Облаченный в парадную мантию, с ослепительной улыбкой на губах, будущий боевой маг подошел к нам, словно ожившая ведьминская мечта, протянул мне цветы и выдал:
— На, подавись! — потом сунул букет мне в руку, наградил испепеляющим взглядом, круто развернулся и зашагал прочь.
Волшебство момента разлетелось в пыль. Именно это сейчас читалось на разочарованных мордашках моих соседок.
— Странные у вас отношения. — Первой отмерла, как ни странно, новая знакомая.
Мы прошли ворота и не спеша направились к дому Проточных. Погода была чудесная, ярко светило солнце, по светло-голубому небу плыли редкие облака, легкий ветерок касался щек, не позволяя жаре мучить прохожих, которых в этот час на столичных улицах было немало, и принося с собой разные запахи, в зависимости от того, какие магазинчики или таверны с кофейнями находились поблизости. Мы специально не торопились, чтобы погулять подольше, прийти в себя после нервотрепки экзаменов и немного поболтать.
— У нас не отношения, у нас порча, месть и пакость, — призналась я.
Разочарование с девичьих лиц улетучилось, в следующий же миг на меня уставились две пары любопытных глаз.
Пришлось рассказывать о своем первом посещении Академии и о стычке со студентами. Даже про встречу в холле с Глебом призналась и поведала про свой шок, когда увидела его в числе преподавателей, чем изрядно повеселила соседок. Только про Милицу не заикнулась, это казалось чем-то слишком личным.
Надо признать, этому Феликсу крупно не повезло. Маги ведьм хоть и не любят, что не стесняются активно демонстрировать, но при этом стараются не переступать некую грань, за которой заканчивается ведьминское терпение и начинается пакостная месть. Потому как сила у нас разная, и если мы еще можем немного вмешиваться в их плетения, хватило бы сил, то они с нашими чарами поделать не способны ничего. Вроде как таким образом природа защищает более слабых ведьм. Но на самом деле, я думаю, тут все дело в том, что в ведьминской голове такое творится, что ни одному магу разобраться не под силу. Не понимают они нас. Соответственно, и нашей магии тоже.
Попал Феликс, крупно попал. И даже если найдет сердобольную ведьму, которая согласится освободить его от пакостной порчи, все равно ничего не получится. Меня ведь обучал ведьмак… весьма примечательный ведьмак… посему в моих плетениях разберется только одна из тех ведьмочек, что тоже у него учились.
А нас таких всего трое. Было.
— Влип маг, — ухмыльнулась Краса, заправляя за ухо белокурый локон.
— Снимать порчу ты, конечно, не собираешься? — деловито уточнила Сателла.
— Ни за какие коврижки, — не разочаровала девчонок я. — Пускай все хорошенько прочувствует и осознает, потом я подумаю, что для него можно сделать. В конце концов, дарить девушке цветы — не такая уж и печаль.
Ведьмочки понимающе заулыбались и закивали. Вот так и чувствую, что как минимум одна из них прямо сейчас прикидывала, на кого бы нечто похожее наслать. А я что, против? Могу и заклинанием нужным поделиться.
— Ой, что-то мне его уже жалко, — хихикнула Краса. — Бедненький, симпатичненький…
— А мне жалко Цветану, — перебила ее Сателла. — Потому что, если маги начнут мстить, жизнь в Академии медом ей не покажется.
По пути домой мы заглянули в кондитерскую и купили пирожных. Успешно сданные экзамены надо было отметить! Этому же делу послужила смородиновая настойка, которую Краса достала из дедовских запасов. Похоже, Горислав специально ушел, чтобы дать нам возможность хорошенько повеселиться.
Настойка помогла расслабиться и на время отрешиться от всех переживаний, теперь от радости поступления меня отвлекала разве что болтовня с соседками. А о плохом подумаю завтра. И начну действовать. Жареные крылышки индейки с салатом из творожного сыра и овощей утолили голод, а пирожные с ароматным чаем… какая ведьмочка откажется от сладостей и чая? Даже Сателла перестала стесняться и предложила называть себя Эллой.
Вопросами, порой не слишком деликатными, Краса заставила ее рассказать о себе.
Наша новая знакомая даже созналась, что она из семьи некромантов. Старого пошиба, которые еще живут общинами и практикуют запрещенную магию. Таких, если уж ловят на чем, сразу казнят, поэтому их немного осталось. Но нам в соседки достался редкий экземпляр.
— Ну что, все еще хотите жить со мной под одной крышей? — Элла подозрительно посмотрела на нас.
Перед ней стояла чашка с нетронутым, почти остывшим чаем и совершенно целое пирожное на тарелочке. Она его даже не надкусила! Ну и выдержка!
Но Краса совершенно не впечатлялась ее признанием.
— Только чур мертвяков в дом не притаскивать. — Проточная даже пошутила на эту тему. — Кстати, ты почему в ведьмочки с такой родословной?
— Всю жизнь мечтала, — с почти незаметной улыбкой объяснила свой странный поступок некромантка, а осознав, что выставлять вон ее никто не собирается, расслабилась и сделала осторожный глоток из чашки. — Родители обучили меня своему ремеслу, но призвания нет, а без него все равно ничего путного не получится.
Мы понимающе закивали.
— А я тоже всегда мечтала, — вдруг заявила Краса, и, выдержав эффектную паузу, продолжила, — стать боевым магом.
— Ты?! — удивились мы с Эллой в один голос.
Беленькая, пухленькая, воздушная Краса совершенно не походила на одного из боевых магов, коими, в ведьминском понимании, могли быть только наглые, злобные, заносчивые типы, подлежащие срочному наведению порчи, а лучше трех, в целях пробуждения совести и исправления характера. И даже такие экстренные меры не факт что помогут.
— Два года поступала, но срезалась на физподготовке, — тоскливо вздохнув, призналась блондинка. — Девочки, мне сейчас так стыдно… но тогда я всерьез думала, что это дед со своими связями все подстроил. Не одобрял он мою мечту.
— А на ведьминский факультет с чего пойти решила? — вернула ей вопрос Элла.
— Дед посоветовал, — вздохнула Краса. — В третий раз у меня документы на боевой факультет не взяли. Я так плакала… А он поспрашивал у знакомых, узнал про этот пустой факультет и предложил попробовать. Не боевой маг, конечно, зато в их Академии. Я подумала и согласилась.
Правильно сделала. Ради нас с Эллой ведьминский факультет открывать бы не стали, если бы не удалось срезать прямо на экзаменах, выперли бы потом, как Милу, похоже. А вот ради любимой внучки магистра… Интуиция подсказывала, что теперь можно за место свое в Академии не бояться.
Еще я вдруг отчетливо поняла вот что: старый маг, похоже, очень любит внучку, ради нее и за ведьминский факультет похлопотал, и подруг-соседок организовал. Вряд ли Красе когда в чем-то отказывали.
— А ты, Цветана? — Взгляды соседок переместились к моей задумавшейся персоне.
— Что? — Я встрепенулась.
— Теперь твоя очередь рассказать что-нибудь о себе, — напомнила Краса.
Ох… Не люблю я это. О маме уже говорила, что еще сказать? Не такая уж я примечательная личность.
— Я… училась у ведьмака. — Пожалуй, это был единственный интересный факт в моей биографии.

Поздним вечером мне не спалось. Усталость за день накопилась приличная, с девчонками мы еще два часа назад разошлись по комнатам, почти сразу я забралась в мягкую кровать с темно-зеленым пологом, но сон упрямо не шел. И у необычного окна, так нравившегося мне днем, сейчас обнаружился большущий недостаток: в него беспардонно заглядывала круглая желтая луна. Она разбавляла полумрак, царящий в комнате, своим обманчивым светом, искажала очертания предметов, разбрасывала по стенам жутковатые тени. Шторы были необычного кроя, они оставляли большую часть окна открытой, так что препятствием ночной проказнице не служили. И та этим пользовалась, мешая уснуть и будоража совесть.
Она словно бы говорила: «Спишь, предательница? А где сейчас Мила? Есть ли у нее мягкая подушка, одеяло или хотя бы крыша над головой?»
И это действовало. Я вертелась, как уж на сковородке.
Выдержки хватило ненадолго, в конце концов я встала, сунула ноги в тапочки и подошла к окну. Было непривычно тихо. Это днем столица гудела, подобно улью, ночью же все затихало, будто умирало, чтобы перед самым рассветом родиться вновь. Сон соседей — это святое, так что в Лавиенне действовали строжайшие правила: никакого шума с наступлением темноты. Никаких развеселых компаний, шастающих по улицам, никакой нечисти в черте города. На увеселительные заведения владельцам полагалось накладывать сдерживающие шум заклинания в три слоя. Только патрулю, обходящему улицы, позволялось переговариваться вполголоса, и редким экипажам припозднившихся на службе горожан можно было грохотать колесами по мостовой, развозя уставших хозяев по домам.
Кое-где еще горели огнями окна, вспыхивали заклинания на одной из башен Академии, которая виднелась вдалеке над домами, но, даже распахнув окно, я не услышала ничего, кроме шелеста ветерка и листьев.
Так странно… В родном Натсаре все было иначе. Выйдя ночью во двор, можно было услышать голоса парней и смех девчонок, гуляющих по улицам, иногда звуки вечеринки или как воет нечисть. В наших краях водилось много самой разной нечисти, и ведьмак Роланд научил нас с ней справляться. По большей части договариваться, но и справляться тоже.
А тут обманчивая тишина.
Ночная прохлада принесла ясность в мысли. Постояв немного у распахнутого окна, я все же решилась. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула, припомнила нужное плетение, собрала силу на кончиках пальцев — и выпустила сразу десять поисковых заклинаний. Мерцающие серебристые точки покружились возле меня, подобно блестящим мошкам, и разлетелись в разные стороны. Силы на них ушло столько, что я покачнулась и едва не перелетела через подоконник.
В последний момент за шиворот ухватилась чья-то рука, чуть сорочку не порвала.
— Далеко собралась? — хмуря брови, уточнила Краса.
Ответа она не ждала, потому что мне в губы сразу же ткнулся стакан с чем-то травяным. По запаху опознала восстанавливающий отвар и с благодарностью принялась глотать. На эти поисковики я и вправду истратила все силы. Элла аккуратно придерживала стакан.
— Сп-пасибо, — пробормотала я, когда на дне не осталось ни капельки.
— Спасибом не отделаешься, — покачала головой Краса. — Рассказывай, что ты тут ведьмачишь.
Я прикусила губу. Вот этого я и боялась. И как теперь быть?
Посвящать посторонних в личные дела не хотелось, я никогда особенно не любила откровенничать. Но сказать что-то надо… Хотя тот факт, что обе соседки вломились ко мне в комнату, возмущал до глубины души. Никакого личного пространства! Они еще и запасным ключом, похоже, воспользовались.
— Слушай, ты мне нравишься, — не выдержала моего молчания та, что мечтала стать боевым магом, — но затемненная аура, учеба у ведьмака и эти заклинания… Такое чувство, что у тебя что-то случилось, а ты рассказывать не хочешь.
И светловолосая ведьмочка обиженно насупилась. Сразу видно, ей редко в чем-то отказывали.
Порыв взбрыкнуть я сдержала. Ссориться с соседками не хотелось. А при взгляде на Проточную вообще потянуло улыбаться. Все-таки никакой она не маг, а самая что ни на есть настоящая ведьмочка. Вон как интуиция работает!
— Если будем знать, мы сможем помочь, — серьезно сказала Элла, прямо глядя на меня.
Глаза у нее черные, будто один зрачок, совсем без радужки. Диковато, если честно. Но и эта никакая не некромантка, а сострадательная ведьмочка.
— А вдруг я натворила что-то нехорошее? — задала провокационный вопрос, подозрительно поглядывая на соседок. — Вы ведь меня не знаете совсем.
— Чем сможем, постараемся помочь, — тихо сказала Элла, а Краса просто кивнула.
С соседками мне повезло. Вот бы еще Милу отыскать…
— Ладно, расскажу. — Я прошла к столу, порылась в одном из ящиков… Где же оно?.. Вещи-то я разложила, но к новому жилищу пока не привыкла и что где лежит, не запомнила. О, нашла! — Протяните руки ладошками вверх, — скомандовала, возвращаясь к девчонкам.
Внучка уважаемого мага не задумываясь сделала как говорят, а Элла сперва настороженно спросила:
— Зачем?
— Клятву с вас хочу взять, — поражаясь собственному безрассудству, сообщила соседкам я. — Иначе никак. Простите, но это не только моя тайна.
Кажется, из всего сказанного ведьмочки разобрали только заманчивое слово «тайна». В их глазах взметнулось любопытство. И в тот же миг передо мной оказались две ладони.
Ну что ж…
Предмет, который я держала в руках, походил на чернильную ручку, с той лишь разницей, что вместо пера на конце торчало острое лезвие. Отринув сомнения, я крест-накрест оцарапала ладони Эллы, шепнула заветные слова… и Краса тоже вскрикнула. На ковер упали две алые капли.
А в следующий миг совершенно одинаковые ранки на руках девушек засветились серебром. Магия начала действовать.
— Клянитесь, что сказанное мной не выйдет за пределы этой комнаты!
Соседки по очереди пролепетали нужные слова. Когда замолчала Элла, говорившая последней, полумрак моей спальни озарила серебряная вспышка. Ранки пропали. На их месте остались едва различимые белесые шрамы, незаметные, если не приглядываться нарочно.
Магическая клятва была принята и наполнена силой.
Думаю, не надо им объяснять, что последствия ее нарушения могут быть плачевными.
Мы забрались на мою кровать, опустили полог, Краса наколдовала круглый комочек золотистого света, так можно было хотя бы видеть лица друг друга. И я шепотом заговорила:
— Все началось, когда ведьмак Роланд взял меня и еще двух ведьмочек в обучение. Мы с первых дней подружились, а потом и вовсе стали ближе сестер.
— Повезло тебе, — вклинилась Краса. — А я училась дома, и подруг у меня до вас с Элькой не было. Ни одной.
Элла тут же строго цыкнула и ткнула болтушку в бок.
— Да, мне очень повезло. — Я не стала спорить.
Считаясь известной художницей и мозаисткой, моя мама оставалась человеком скромным и выходам в свет всегда предпочитала уединенную жизнь в провинции. Там же воспитывала и меня, категорически отказавшись отдавать в пансион для благородных девиц или еще какое-нибудь похожее заведение. Всему необходимому приличной девушке меня обучила бабушка, когда еще была жива.
Мама втайне мечтала, что я тоже однажды буду рисовать, но не сложилось. Помню, как в детстве она брала меня с собой в мастерскую и предлагала выкладывать картинки из разноцветных камешков… в лучшем случае картинки оживали и носились по мастерской пестрыми пятнами, устраивая жуткий беспорядок, в худшем — я просто взрывала что-нибудь. Краски мне вообще давать в руки не стоило, ибо чревато. Уже тогда было ясно, что родилась ведьма. Странно, учитывая тот факт, что до меня ни у кого в семье способностей не было. И, надо признать, маму это нисколько не радовало.
Поначалу мой интерес пытались переключить на что-то другое. Не вышло. Мне было лет двенадцать, когда родные сдались и позволили пойти в обучение к ведьмаку Роланду. Ведьмы в Натсаре тоже были, но учениц брали не все, а те, которые брали, не устраивали либо меня, либо маму с бабушкой. Одна склочная, другая гулена и к фляге приложиться не прочь, третья объясняет непонятно… Подозреваю, в том, что я оказалась у ведьмака, была существенная доля коварства: путь в большинство ведьминских школ мне был заказан, но тогда это не казалось важным, тем более что у Роланда я познакомилась с Надин и Милицей.
В первый день мы подрались до царапин на лице и выдранных волос, но потом крепко подружились. Вместе учились, вместе сбегали на вечеринки, вместе получали свои нагоняи, поверяли друг другу самые сокровенные тайны, знали друг о друге все.
Вместе же решили поступать в столичную Академию. Вообще-то это наш ведьмак придумал. Он нарадоваться на нас не мог, все повторял, что ведьмы у него учатся талантливые и редкие красавицы, таким грех в провинции чахнуть. Он даже маму убедить сумел, чтобы отпустила меня!
Подруги обе были на год старше меня, соответственно и поступать им предстояло раньше.
Но красота помешала.
Жил в Натсаре один аристократ. Не то чтобы очень богатый, но дом у него был большой, хотя и запущенный немного. И несмотря на витающую вокруг славу черного вдовца — как-никак четырех жен уже сменил, — женихом тот господин считался завидным. А как же, при деньгах, хоть и небольших, дом в центре, из родственников один брат, да и тот далеко. Ну, еще старая нянька. Опять же, благородно было оставить ее в доме и назначить содержание. А то, что жены как мухи мрут, никто вроде бы и не замечал. Сплетницы, конечно, шушукались, перемывали косточки с удовольствием, но больше из интереса.
Надин стала пятой. Замуж она совершенно не стремилась, но родители уж очень хотели хорошо пристроить дочь, вот и ухватились за возможность. Надавили, заставили, запретили даже помышлять об отъезде в столицу. Надо отдать господину Невнятному должное, ухаживал он на совесть: цветы, конфеты, прогулки, долгие разговоры и никаких поползновений до церемонии. Обещал сделать счастливой и разрешить дома сколько угодно колдовать, даже ходить к ведьмаку Роланду. И в какой-то момент сердце девичье дрогнуло.
Трех месяцев не минуло со дня свадьбы, как Надин упала с лошади и убилась. И вроде бы все чисто, ничего подозрительного, а нас с Милой при одном только виде Невнятного в холод бросало. Поначалу даже ведьмак Роланд не верил. Но мы были настойчивы, а ни один мужчина не выдержит женских рыданий на два часа, да еще в двойном объеме. В общем, ведьмак наш уступил и согласился провести ритуал раскрытия грани, вызвать призрак нашей Надинки и у нее спросить, как все было.
Явившаяся девушка из белой дымки на нашу улыбчивую и непоседливую подругу походила мало.
— Убили меня. Я его полюбила, а он предал, — вот и все, что она сказала.
Дымка растаяла, грань закрылась, а мы поклялись отомстить.
Сдержали слово скоро. Ведьмак Роланд не напрасно учил нас с нечистью в первую очередь договариваться, хоть в учебниках и пишут, что делать этого ни в коем разе нельзя. В результате за несколько лет обучения у него мы приобрели немало хвостатых, шипастых и даже покрытых корой и ядовитых друзей. К ним-то за помощью и побежали. А поскольку Роландовы ведьмочки не раз выручали мирных нечистиков, они с радостью откликнулись.
И в одну безлунную ночь на дом Невнятных напала разом вся окрестная нечисть. Дом сгорел, хозяину спастись не удалось. Тем утром следы на наших руках вспыхнули и превратились в застарелые шрамы, почти невидные. Надинка была отомщена.
Потом Мила уехала поступать на подготовительные курсы в преддверии открытия вожделенного ею ведьминского факультета, а я осталась в Натсаре еще почти на полгода. Мы поддерживали связь, каждую неделю слали друг другу письма через магическую почту… пока подруга вдруг не пропала. И вот теперь выясняется, что в Академии ее нет, а я не знаю что и думать.
…Рассказ закончился, и какое-то время мы просидели в тишине. Сквозь складки полога в наше убежище один за другим влетали серебристые остатки поисковых заклинаний и таяли на моих пальцах. Вернулись все десять, Милу не нашли.
— Конечно, мы поможем, — заверила Элла и пристроила свою ладошку поверх моей.
— Обязательно поможем! — кивнула Краса, присоединяя к нашим и свою руку. — И подругу твою найдем, и виновных в ее отчислении накажем, и как ее восстановить в Академии, придумаем.
Глаза кольнули слезы благодарности. Волнение было таким сильным, что я даже носом шмыгнула разок.
— Спасибо, — прошептала дрожащим голосом.
— Ерунда, — подмигнула Проточная. — Мы, ведьмочки, должны держаться вместе, особенно в окружении вредных боевых магов.
Знаки на наших ладонях ярко вспыхнули и тут же погасли. Ведьминская магия наполнила эти обещания силой.

Глава 3

Решение отправиться за покупками всем вместе созрело за завтраком. Поздним, потому что Горислав нас пожалел, не стал будить и на пробежку не погнал, а сами мы вылезли из кроватей только после десяти. Умылись, сонными мухами доползли до кухни, а там уже общими усилиями выяснили наши планы на день.
Сегодня в Академии вступительные экзамены у будущих целителей и у кого-то там еще, для остальных замок закрыт. Завтра будет распределение у всех, а у нас, ведьм, определение профилирующих способностей и знакомство с кураторами. Таковых должно быть двое — ведьмак и ведьма. Общая магия и травы с зельями ложатся на плечи первого, обучать нас вредительству будет вторая. Вроде как ведьмаки вредительством не занимаются.
В Натсаре Роланд еще как занимался! Правда, не признавался даже нам. Но мы его поймали и заставили нас всему научить. Так что ведьму ждет приятный сюрприз.
Вместе с документами о зачислении нам каждой выдали по списку того, что необходимо купить до начала занятий: книги, разная утварь для приготовления зелий, набор часто используемых трав, заготовки под амулеты, разные камешки, ну и еще по мелочи. Надо заметить, мелочи были приятные, так что мы быстренько взбодрились, слопали кашу с кусочками засушенных яблок и принялись за чай. Заодно договорились, что готовить будем по очереди и подновлять бытовые заклинания тоже.
В моих личных планах на сегодня еще значился поиск ведьмы, которая учила Милу, но еще до выхода из комнаты я успела прочитать на листке, который дала Марица, что той ведьмой была Эсмеральда, и этот пункт из программы вычеркнула. Поговорю с ней в Академии.
— Еще немного, и дом превратится в непрекращающийся шабаш, — сокрушался Горислав, улыбаясь. — Три ведьмы на одного мага! Вредные фамильяры, у метелок тоже, говорят, характер паршивый… Что тут начнется!
— Деда, не волнуйся, мы обещаем доставать только зазнаек из Академии, — заверила его внучка. — Вот им точно мало не покажется.
— Пусть знают, что с ведьмами шутки плохи, — без тени улыбки поддержала Элла и допила свой чай.
Да, если с этой стороны поглядеть, даже жаль, что нам не хватило места в общежитии. Уж мы бы там такое устроили!
Марица все в той же записке посоветовала, куда идти за ведьминскими покупками, а Горислав ее поддержал, и пришлось топать достаточно далеко. За одной из школ для ведьмочек находились торговые ряды, где, по утверждениям тех, кто в этом разбирается, можно было найти лучшие магические товары. Туда мы и направились.
Нанимать извозчика не стали. Просто мы так здорово смотрелись! Три ведьмочки: белокурая пухленькая Краса в кремовом платье с оборками, черноволосая, черноглазая и болезненно худая Элла в длинном черном одеянии… я, конечно, только с большущей натяжкой могла сойти за рыжую, но мои каштановые волосы, привычно заплетенные в две косы, самую малость отливали рыжиной на солнце, и глаза были темно-зеленые, по-ведьмински хитрые. Мы шли шаг в шаг и в предвкушении покупок так улыбались, что прохожие без труда узнавали в трех симпатичных девушках ведьмочек и спешили перейти на противоположную сторону улицы. Да что там прохожие, от нас даже черные коты шарахались!
Ведьминская школа занимала небольшой по сравнению с Академией особнячок с цветами на окнах и красивыми коваными перилами на крыльце. На миг сердце сдавило сожаление. Вот была бы у нас с Милой возможность поступить в такую, может, и не пришлось бы мне сейчас разыскивать подругу. Ну да что теперь…
Обошли школу полукругом и уткнулись в торговые ряды. Чего там только не было! От всяческих магических штучек просто глаза разбегались. Неспешно двигаясь от одного прилавка к другому, мы сначала купили все нужное для учебы и только после этого, сгибаясь под тяжестью сумок, направились к магазинчикам, приткнувшимся за торговыми рядами.
Вот теперь можно отвести душу!
В первом была форма. Парадная, которая представляла собой красное платье с белым кружевом на рукавах и подоле, и повседневная — синее, зеленое или клетчатое платье вроде моего. И хотя таких в моем гардеробе имелось штук пять, я не смогла отказать себе в покупке нового. К каждому платью полагалась остроконечная шляпа. Мы столько всего перемерили, вдохновенно вертясь перед зеркалом минут по пятнадцать!
Покончив с платьями, завернули обратно к торговым рядам, а именно туда, где продавали сережки-поганочки, декоративные бородавки и прочую красоту. Покупок стало больше. Зато теперь можно наложить на сумки уменьшающие заклинания, потому как больше в них ничего не добавится.
А дальше начались плюсы учебы в Академии.
Обычным ведьмочкам, которые учились в школах, фамильяр полагался лишь с третьего курса, а собственная метла не полагалась вообще. У волшебных метелок, правда, характеры те еще, с ними только сильная ведьма управится. Но учредители Академии то ли считали, что в их славное учебное заведение способны поступить только очень сильные ведьмы, то ли просто хотели осложнить нам жизнь. А потому и то и другое дозволялось иметь уже с первого курса. Нет, строгого предписания не было, но… какая ведьма устоит?
Никакая.
И мы трое, не будучи исключением, почти бегом рванули к магазинчику с метелками.
На движущейся вывеске фигурка ведьмы с развевающимися волосами неслась куда-то на метле. Вдохновляет.
— Зеленые еще совсем, — с порога оценила нас старушка с вполне себе настоящей бородавкой на крючковатом носу. — Куда вам метлы?!
Дружно насупившись, мы слаженным движением вытащили свидетельства о зачислении в Академию Боевой Магии на ведьминский факультет и протянули хозяйке магазинчика. Маленькие черные глазки под нависшими веками забегали, изучая документы. Но мгновения шли, а морщинистое лицо мрачнело все больше.
— Опять, значит, проклятущий факультет открыли, — неодобрительно покачала головой в шляпке-поганке старая ведьма. — Снова будут над девчонками измываться, ироды.
Мы с соседками переглянулись.
— О чем вы, бабушка? — спросила Краса, как самая обаятельная и общительная из нас.
Ведьма вдруг стала жутко важной и окинула нас таким взглядом, точно на нашкодивших котят смотрела: отругать вроде бы есть за что, а жалко, мелкие еще.
— Нечего приличной ведьме среди напыщенных магов делать, ни к чему хорошему это не приведет, — строго поджала губы она. — Ваш выбор. Идемте, покажу товар.
Собственно, мы его и так прекрасно видели. Метлы были развешаны на стенах в специальных креплениях. Новенькие, каждая с аккуратными чистенькими прутиками и блестящей ручкой. На некоторых были вырезаны древние символы, к другим крепились амулеты в невероятном количестве, попадались и совсем экзотические — покрытые мхом, плесенью, с поганками или мухоморами. С одной в комплекте штурманом шел бурундук. Часть метелок при нашем появлении начали дергаться в креплениях, привлекая к себе внимание, иные, наоборот, затихли, словно не хотели, чтобы их выбрали.
Поначалу глаза разбежались, и мы с минуту простояли в центре магазинчика, не в силах решить даже, в какой стороне искать «свою» метлу.
Первой отмерла Элла и решительно направилась куда-то вправо. Не спрашивая разрешения, она отстегнула крепление и вернулась к нам с самой обыкновенной метлой, разве только на ореховых прутиках несколько амулетов в виде золотых монет с вдетыми в них ленточками болталось.
— Беру эту, — спокойно сообщила ведьмочка.
Метла вела себя прилично и никаких признаков магической активности не подавала.
— Надежный и экономный вариант, — одобрила ее выбор старая ведьма. — Протестируешь, чтобы потом сдавать не пришлось?
Элла кивнула и отпустила руки. Метла зависла на миг в вертикальном положении, после чего плавно перевернулась и застыла в воздухе возле будущей хозяйки.
— Похоже, ты ей понравилась. — Торговка метлами даже улыбнулась.
Устроившись на метле, ведьмочка сделала неспешный круг по торговому залу, вернулась к нам, спрыгнула на пол и достала кошель.
Одна есть.
Краса пребывала в раздумьях, посему, чтобы не терять времени, я решила пока выбрать ведьминский транспорт для себя. На самом деле варианта было аж три, но одна из них на меня никак не реагировала, а вот с двумя другими было сложно. Обе метелки рвались из креплений и трещали прутиками. И обе мне нравились. Достаточно простые, с гладко отполированными коричневыми ручками и золотистыми ореховыми прутьями. Почти одинаковые, только у одной шли защитные узоры по древку, а у другой в прутьях запуталось несколько амулетов.
И вот как тут определиться?
Кусая губу в нерешительности, я несколько минут топталась на месте. Нет, так дело не пойдет! Надо уже определяться. Но метла для ведьмы — очень важный выбор и… И тут его сделали за меня! Ярко полыхнуло, я будто ослепла на миг, когда же резь в глазах прошла, на рукояти метлы, где не было узоров, красовалась гравировка с моим именем.
Э?! Не поняла.
Стою, хлопаю глазами и пытаюсь решить, радоваться или злиться на метелкино самоуправство.
— Поздравляю, тебя выбрали. — Старая ведьма улыбнулась еще шире, чем до этого Эльке. — Такое редко случается.
Ну… зато у меня именная метла. Смириться получилось быстро, значит, все произошло так, как и должно было произойти. Я отстегнула крепление, прокатилась на метле, отсчитала нужное количество монет.
А вот с Красой возникли проблемы.
Она так долго мучилась сомнениями, что не только местная ведьма, но и мы с Элллой уже готовы были ее хорошенечко пнуть. А когда все же выбрала, все трое открыли рты в немом изумлении.
— Эта! — победно объявила магистерская внучка.
Пухленькие ручки вынимали из крепления совершенно черную метлу без всяческих украшений. Больше того, транспортное средство на потенциальную хозяйку совершенно не реагировало.
— Уверена? — Старая ведьма только что за голову не схватилась. — Это самая вредная и опасная метла из всех, что у меня есть. Может, вон ту розовую с ленточками и бантиками возьмешь?
Напрасно она так. Внучке магистра никогда ни в чем не отказывали, и сейчас простое предостережение она восприняла едва ли не как личное оскорбление. Попыхтела обиженным хомячком, потом как полыхнет глазами да как рявкнет:
— Хочу эту!
Старая ведьма неодобрительно оглядела упрямицу и скомандовала:
— Ладно, попробуй полетать.
Краса просияла, отпустила руки… и метла с грохотом упала на пол. Сие действо повторилось раз пять, с каждым из которых кругленькое личико ведьмочки наливалось краской все ярче. Уж она и просила, и уговаривала, обещала беречь и летать только по праздникам, потом принялась шипеть и угрожать. А метле хоть бы веники! Валяется себе на полу и признаков магической активности не подает.
Кончилось тем, что Краса не выдержала и как шандарахнет по ней магией… Мы с Элькой и старой ведьмой аж подпрыгнули.
Торговка метлами уже открыла рот, чтобы высказать несдержанной покупательнице много «приятного», но… подействовало. Метла нехотя поднялась в воздух и замерла на такой высоте, чтобы Краса смогла на нее сесть.
— Вот увидите, — пропыхтела девушка, устраиваясь удобнее, — мы обязательно поладим!
Ее будущая собственность, похоже, имела на этот счет несколько иное мнение. Летела метла слишком быстро и то и дело на что-нибудь натыкалась, но Краса стиснула зубы и стоически терпела, не жаловалась. А когда они вернулись к нам и ведьмочка уже собиралась слезть, метла предприняла последнюю попытку спастись от неугодной хозяйки. Надо заметить, довольно радикальную.
Полыхнуло, ну точно как с моей, когда на рукоятке имя появилось.
Запахло горелым, и дым откуда-то повалил.
Краса с воем бухнулась на пол, а пакостная метла отлетела на пару шагов и зависла. Нагло так зависла, с чувством выполненного долга, можно сказать. Когда серые клубы немного рассеялись, нашим взорам открылось пропаленное на попе платье. И не только платье. Подозреваю, что сама попа тоже пострадала, потому что на лице ведьмочки застыла гримаса боли, а из глаз ручейками текли слезы, хоть Краса и кусала губы в тщетных попытках не показывать, как ей на самом деле больно.
— Ну что, пакую розовую? — с тщательно скрываемым торжеством уточнила торговка метлами.
— Эту беру. — Краса, все еще не в силах подняться с пола, указала на черную. — Мы обязательно подружимся. Я ее буду воспитывать.
Старая ведьма ее, кажется, даже зауважала.
Определившись с покупками, пришлось задержаться в магазине еще на полчаса. Я, насколько это вообще было возможно без мазей, подлечила пострадавшую часть тела Красы и наложила обезболивающее заклинание. Хватит, чтобы добраться до дома, а уже там займемся лечением более обстоятельно. Потом Краса вытащила из сумки форменное платье и переоделась в него, а испорченное выкинула, потому как восстановлению оно не подлежало.
Мы с Эллой, естественно, предложили сразу идти домой, но магистерская внучка уперлась и потащила нас в магазинчик с фамильярами.
— Вот еще, стану я из-за этой паршивки отказываться от помощника! — Заклинание действовало, но ходить Проточной все равно было больно, однако она пыталась хорохориться. — Если не сейчас, тогда только на третьем курсе. Лично я так долго ждать не хочу!
Что ж, она лучше ориентируется в правилах Академии.
А в магазинчике с волшебными зверюшками отличилась уже я.
Наученная горьким опытом с метлой, тут Краса выбрала быстро, причем взяла того, кто сам первый к ней подбежал. Счастливицей оказалась кислотно-розовая шиншилла с горящими желтыми глазами. А когда усатый продавец, улыбаясь, сообщил, что она еще и ядовитая, и зелья варить умеет, больше сотни рецептов знает, счастью ведьмочки не было предела.
Элла купила традиционного черного кота и сразу же назвала его Матвеем.
Зато я прочно застряла. Никак не могла выбрать! Клетки были всюду, стояли на прилавках и под ними, висели на стенах и даже спускались с потолка. В них сидели самые разные зверюшки, от привычных котов до таких, названия которым я подобрать затруднялась. Почти все шуршали, пищали, ломились в прутья — в общем, всячески намекали, что выбрать следует именно их. А я бродила по магазину в полной растерянности и не знала, за кого хвататься.
Душа, если честно, не лежала ни к одному.
Девчонки терпеливо ждали, но когда я начала обходить зал по третьему кругу, послышался вежливый зубовный скрежет. Признаться, было совестно перед ними, но что я могу поделать? Фамильяр — это же как метла, очень важный выбор для ведьмы… Это же на всю жизнь! Делается магическая связка, благодаря которой животное проживет столько же, сколько и хозяйка. Тут торопиться нельзя! И ошибиться нельзя ни в коем случае.
Я уже подумывала отложить выбор до третьего курса, когда вдруг услышала, как скребется кто-то.
Моргнула, выпала из задумчивости и обнаружила, что стою перед дверью в подсобку.
Дальше все получилось само собой — я ее открыла. Просто не успела себя остановить.
— Не суйся туда, там нет ничего интересного! — Местный продавец через зал торопился ко мне.
Но было уже поздно. Я успела разглядеть того, кто всеми силами пытался привлечь к себе внимание. Можно сказать, хватался за последний шанс.
В коробке с не слишком чистыми тряпками копошился поросенок. Мелкий еще, по виду, так неделя от роду. Такой умильный…
— Закрой дверь, пожалуйста. — Подошедший продавец попытался сделать это сам, но я намертво вцепилась в ручку.
— Кто это? — пропыхтела, всем своим весом повиснув на двери.
— Карликовый свин, — пришел неожиданный ответ. — Но он не продается.
— Почему?
Сердце затопила такая тоска, будто рассталась с кем-то близким.
— Бракованный потому что, — сообщил усатый дядька. — Видишь маленькое черное пятнышко на боку? А его не должно быть, свин весь должен быть розовый. Дефектного его никто не купит, так что отдам в некромантское училище, им там кровь для ритуалов всегда нужна.
Услышав это, несчастный фамильяр взвизгнул и попытался зарыться в тряпки.
Во мне взметнулась злость, смешанная со страхом за беззащитное существо.
— То есть он взрослый?
— Да.
— А с магией у него как?
Просто если свин не будет соответствовать общим требованиям, мне не разрешат сделать его фамильяром.
— Общая магия на довольно неплохом уровне, все остальное зависит от связки с ведьмой, — терпеливо пояснил продавец. — Но ты зря интересуешься, других таких у меня нет.
Подумаешь!
— Этого беру, — заявила я.
— Но так не делается… — промямлил продавец.
— Лучше его убить, да?! — взъярилась я.
Девчонки солидарно засопели, даже шиншилла угрожающе щелкнула зубами.
— Ну-у… — засомневался продавец, уже с полной уверенностью отнесенный мною в категорию самых злодейских злодеев.
Разве ж можно беззащитное существо некромантам на ритуалы сдать?! У-у, так бы порчу и наслала!
Но пока приходилось уговаривать и торговаться.
— Я хорошо заплачу, — отчаянную надежду в глазах постаралась скрыть.
Свин высунул из кучи тряпок розовый морщинистый пятачок и благодарно хрюкнул.
Усатый не то правда раздумывал, не то просто трепал нам нервы, но молчал он долго. Так долго, что предмет торга опять предпочел скрыться, шиншилла затрещала зубами громче прежнего, а я почувствовала, как слезы собираются в глазах.
И вот как быть, если он не согласится? Не воровать же себе фамильяра?! Да за такое меня в два счета из Академии выкинут! Но и оставить несчастное животное в руках негодяя я не смогу… В общем, наша со свином дальнейшая участь уже виделась мне беспросветно печальной, когда продавец наконец заговорил.
— Ладно, — кивнул он.
А потом назвал сумму в четыре раза большую, чем стоит самый дорогой фамильяр.
Повезло еще, что у меня эти деньги есть. Без лишних слов я достала кошель и принялась считать монеты. А вот рациональная Элла не удержалась от вопроса:
— Почему так много?
— Потому что некроманты хорошо платят за отданных им фамильяров, — не постеснялся сказать правду усатый.
Пальцы дрогнули, серебряная монета выскользнула из них, покатилась по полу и завалилась в щель.
Нет, каков негодяй! Мало на него порчи, тут и целое проклятие покажется слишком мягким наказанием!
Мы с девчонками переглянулись, синхронно кивнули и принялись обдумывать пакость. Во всяком случае, лица ведьмочек стали… ну как у меня сейчас. Невинными и отсутствующими.
Наконец монеты перекочевали в липкие ручонки торговца магической живностью, а счастливо похрюкивающий свин — в мои руки. Противный тип, будто и не говорил только что о своих планах на «бракованного» фамильяра, принялся порхать вокруг меня, нахваливать покупку и предлагать к ней клетку, поводок и прочие мелочи.
Исключительно потому, что больше было негде, мы с девчонками купили у него мисочки и спальные подушечки своим магическим помощникам. Когда же он потерял бдительность, а мы, обвешанные торбами, почти дошли до двери, началась излюбленная ведьминская забава под названием «месть врагу».
Шиншилла вывернулась из рук Красы, вскарабкалась к ней на плечо и кааак плюнет!
— Аааа! Мои глаза! — взвыл усатый.
Ой, точно, она же ядовитая!
Оставаться не у дел не хотелось, и я торопливо зашептала заклинание. Магазинчик озарила вспышка, решетки на клетках исчезли. Ой, сработало! Фамильяры, фырча, пища и шипя, рванули наутек.
— Мой товар! — орал дурниной продавец. — Ведьмы проклятущие, вы что творите?!
Элла не собиралась участвовать в безобразии, она у нас вообще скромная и рассудительная девушка. Но на ведьму проклятущую она обиделась. А когда ведьма с некромантскими корнями обижается, типу, недальновидно вызвавшему ее гнев, лучше спрятаться в бронированный гроб и захорониться как можно глубже. Желательно навсегда, потому что ведьмы вообще народ злопамятный, а если они еще и темного происхождения…
В магазинчике еще раз полыхнуло.
И фамильяры, вместо того чтобы улепетывать прочь, вдруг ощерились и стали наступать на торговца.
— Бежим отсюда, пока патруль на шум не явился. — Элла потащила нас с Красой куда-то в обход торговых рядов.
Что там кричал усатый, разобрать уже не получалось, хотя очень хотелось.
Но далеко мы не ушли.
Смотавшись на безопасное расстояние, чтобы в случае появления работников магического правопорядка на нас сразу не подумали, мы остановились отдышаться. Главным образом из-за Красы, ей сейчас и ходить-то было трудно, не то что бегать. Стоим, пыхтим, никого не трогаем… Волшебная живность, пользуясь случаем, присматривается к хозяйкам и принюхивается друг к другу. Вроде все в порядке, только мой свин выглядит так, будто собирается свалиться в обморок.
И тут из гущи ведьм, снующих по торговым рядам, вышла одна, в цветастом платье и со спутанными волосами, обвела затуманенным взглядом улицу и, покачиваясь из стороны в сторону, направилась к нам.
Интуиция даже у молодых ведьмочек работает отменно, так что мы, почуяв надвигающиеся неприятности, честно попытались смыться. Но не сложилось — Краса с трудом ковыляла, а бросить подругу мы с Эллой не могли.
Так что подозрительную ведьму встретили втроем, крепко держась за руки и готовя защитные заклинания. Ну, мы с Красой защитные, а Элька — что-то темное и пакостное, я сильно не присматривалась.
Пестрая особа застыла в каком-то шаге от нас.
Черный кот зашипел и выпустил когти.
Элла чертыхнулась — когти впились ей в руку, даже рукав платья не спас.
— Одна из вас хранит страшную тайну, — закатив глаза, принялась вещать ведьма. — Опасную для всей империи. И когда тайна откроется, тот, кто считался подлецом, придет на помощь, а те, кто отрекся, заплатят…
Ведьма оказалась предсказательницей.
Ее сильно передернуло, после чего она вздрогнула, моргнула, выпадая из транса, с недоумением оглядела нас и побрела прочь.
А мы так и простояли некоторое время, глядя друг на друга широко открытыми глазами.
Пока рядом не появилась Эсмеральда. Тоже, видно, пришла за покупками и углядела нас.
— О, мои ученицы! — На наставнице по вредительству было красивое синее платье и теплый платок, наброшенный на плечи. — Испугались? Не тряситесь, Илиса не провидица, просто сумасшедшая. Во всяком случае, ее бредни ни разу еще не сбывались.
Мы с Красой сразу успокоились, даже заулыбались. Все-таки взрослые ведьмы — они такие… уютные, что ли. Скажут пару слов, утешат, и уже мир кажется светлее, хочется улыбаться и ничего на свете не страшно.
Только Элла не спешила приходить в себя, так и стояла бледной тенью, прижимая к груди кота. Да так крепко, что бедняга не выдержал и опять выпустил когти. А потом одарил хозяйку укоряющим взглядом. Мол, что же ты ценного фамильяра душишь?!
Пробормотав слова благодарности наставнице, мы наконец отправились домой.
Путь наш оказался долог и непрост. Заклинание переставало действовать, Краса временами тихонько постанывала от боли, но упрямо сжимала губы и шла вперед. Нанять извозчика тоже был не вариант, сидеть она все равно не сможет. В общем, так и плелись.
— А еще дед отчихвостит. — Приближение к родным пенатам вызвало у белокурой ведьмочки не много радости.
— И сдалась тебе именно эта метла?! — напустилась на нее Элла. — Почему было не выбрать нормальную?
— Ясно же, что ты ей не нравишься, — поддержала благое дело я. — А каждой ведьме известно, что недружелюбно настроенная метла — это очень опасно. Вдруг ты на шабаш полетишь, а она тебя сбросит?
На фразе про шабаш черная метла встрепенулась и зашевелила прутиками. Идея ей понравилась. Вот напрасно я ляпнула!
— Девочки, вы не понимаете… — тягостно вздохнула Краса. — Я ведь всю жизнь мечтала!
— О метле, которая тебя убьет? — недоверчиво сморщила нос Элла.
— Стать боевым магом! — почти выкрикнула Проточная.
— А это тут при чем? — не уследила за ее логикой я.
Внучка старого магистра какое-то время шла, угрюмо глядя себе под ноги. Но разговор помогал хоть немного отвлечься от болезненных ощущений, наверное, только поэтому наша упрямица стала что-то объяснять.
— Может, они увидят, что я с такой опасной метлой справилась, и передумают, возьмут меня учиться на настоящего мага.
Метелка снова затихла. В каком виде ее настигли слова новоявленной хозяйки, в таком и затихла. С растопыренными в разные стороны прутиками. Хорохорится, вредина, а сама бои-и-ится! Потому что если уж ведьмочке взбрело чего в голову, лучше сильно не сопротивляться, иначе только щепки в разные стороны полетят!
— Разве плохо быть просто ведьмочкой? — самую малость обиженно уточнила Элла, поглаживая своего фамильяра.
Кот тоже взирал на Красу крайне неодобрительно.
— Хорошо, — вздохнула Проточная. — Но… девчонки, мне очень надо!
И такое отчаяние звенело в ее голосе, что я сердцем почувствовала: дело тут совсем не в том, что ей в кои веки не принесли желаемое на блюдечке с золотой каемочкой. Все намного глубже.
— Зачем? — Мы с Эллой внимательно всмотрелись в поникшую ведьмочку.
— Понимаете… — она запнулась, подбирая слова. — Моя мама была очень талантливым магом, она умела открывать временные и пространственные порталы. В одном из них и сгинула. Я подумала, что, если тоже научусь этому, смогу ее отыскать. Глупо, но…
Договорить она не успела, мы с Элькой крепко обняли ее. Придушенный кот опять взвыл, но на него никто не обратил внимания. У всех троих на глазах блестели слезы.
— И ничего не глупо, — заверила я.
— Отец к тому времени тоже умер, а бабушка и дедушка с маминой стороны почему-то никогда не хотели с нами общаться, — закончила свой рассказ Краса. — Дед Горислав меня очень любит, он вообще замечательный, но так хочется настоящую большую семью! И маму, чтобы обнимала и можно было всякими секретами делиться. Я, конечно, не особо надеюсь, но… а вдруг?
Как интересно. Оказывается, Горислав — дед с отцовской стороны. И у них еще есть родственники, которые не желают поддерживать связь. Понятно теперь, почему он так балует внучку. Ей и без того досталось.
Возле калитки нас ждал Феликс. Вернее, он меня ждал. С букетом белых роз и перекошенным от злости лицом. Последнее не порадовало: как все боевые маги, перевоспитанию он поддавался из рук вон плохо. Видно, не живет в них доброе и светлое. Или спит так крепко, что даже ведьминской местью не разбудишь.
Ну, хоть в пакостничестве попрактиковалась.
В этот раз удалось сыграть на опережение.
— Не подавлюсь! — рявкнула я, затем выхватила из рук изумленного студента букет и вместе с девчонками скрылась за калиткой.
Красивые розы, дорогие. Можно пустить на духи, зелье для проверки дружбы или слабенький любовный эликсир. Цветы в ведьминском хозяйстве никогда не пропадут.

Глава 4

Утро в доме, где обитают сразу три ведьмочки, быть спокойным по определению не может. Мы с девчонками носились между кухней и комнатами, собираясь в Академию, путался под ногами карликовый свин, которому я в порыве вдохновения наколдовала желтые атласные штаны и такую же рубашечку, сыпала искрами черная метла, печалясь, что о ней как-то все забыли, розовая шиншилла, уже поименованная Ядей, осваивала сто первый рецепт зелья под кодовым наименованием «каша овсяная на молоке» — уже третью кастрюлю сожгла! Усевшись за стол и подперев подбородок кулаком, с мученическим видом наблюдал за всем этим Горислав. Его опасения оправдались, в доме творился настоящий тарарам. Но чего не вытерпишь ради любимой внучки! А рядом со старым магистром, прямо на столе, расселся черный кот Матвей и изредка весьма выразительно стучал лапой по голове. Другого способа сообщить, что он обо всем этом думает, у кота не было.
Но зато ожоги у Красы уже почти зажили, а Ядя рвалась полностью взять готовку на себя. Правда, готовить она умела только зелья, потому после распределения нам предстояло зайти куда-нибудь и купить еды. Розовая вредина щелкала зубами, рычала и к кастрюлям и поварешкам никого не подпускала.
В итоге завтрак нам заменило зелье для привлечения удачи. Голод не утолило, но в сегодняшних обстоятельствах было нелишним. А то еще назначат нам в наставники какого-нибудь особо вредного мага, замучаемся в нем доброе и светлое пробуждать!
Получив в напутствие пожелание удачи от Горислава и притворившись, что не услышали его облегченного вздоха, мы расселись по метлам и полетели в Академию. Сегодня даже не опаздывали. Даже с учетом того, что черная поганка через каждые десять шагов роняла Красу, та себе всю спину отбила, но в стремлении укротить непослушную метлу осталась непоколебима. Моя же метла меня заранее обожала, как-никак сама выбрала, а Элькина оказалась смирной — той всего-то раз хватило на нее цыкнуть, и все, метла была уже ее всеми прутиками.
Явление студенток вновь открытого ведьминского факультета с фамильярами и на метлах могло превратиться в незабываемое действо, но вот беда — у будущих боевых магов уже началось какое-то там построение, так что все самое интересное они пропустили. Мы с девчонками спешились перед воротами, как того требуют правила, и чинно прошли к замку под неодобрительными взглядами дворника и двух целительниц.
— Закрытый факультет все же открыли, — недовольно протянула рыжеволосая особа в белой хламиде целительского факультета. — Это были не просто слухи.
— Теперь приличную Академию превратят в ведьминский шабаш, уж я этих нахалок знаю, — поджал губы дедок с самым что ни на есть обыкновенным веником в руках.
— Не волнуйтесь, это ненадолго, — предрекла брюнетка, тоже целительница, судя по одеянию. — Помните, как тогда получилось? Месяца не пройдет, а этих негодяек тут уже и духу не будет.
Переговаривались они громко, нас не стеснялись. Будто специально нарывались на хорошую порчу. Но пакостить преподавателю при его коллегах — фи как недальновидно! Мы себе не враги. Поэтому спокойно вошли в замок, будто и не слышали ничего обидного.
Позади грохнула тяжелая дверь.
— Похоже, нам тут не рады… — отстранение отметила Элла.
— Ничего, привыкнут, — безразлично отозвалась я.
— Даже полюбят! — воодушевилась Краса.
Кабинет Наины Гусыни ожидаемо встретил нас постной миной хозяйки.
— Ведьмы… — протянула она, тоскливо оглядывая наши сияющие энтузиазмом лица. — Кого бы вами осчастливить?
И принялась копошиться в бумагах с деловитым видом. На самом же деле просто вспоминала, кого из преподавателей она ненавидит настолько, чтобы подсунуть ему заранее нелюбимых всей Академией нас. Как ни странно, таковой находиться не спешил. Лицо противной тетки все больше мрачнело. Хм, неужто у нее тут со всеми отношения хорошие?!
Честно говоря, было немного страшновато. Вот подсунет нам сейчас какого-нибудь особо несносного мага, мучайся потом! Пока наладим отношения, учиться будет некогда.
— Ну, должна вас разочаровать, — объявила итог своей поисковой деятельности Гусыня, — ведьмаков сейчас в Академии нет. Последний месяц назад на пенсию ушел.
Трагедией это являлось только для меня, так что девчонки понимающе вздохнули и с двух сторон взяли меня за руки. Что ж, никто и не обещал легкой жизни. Теперь главное — найти кого-то, с кем хотя бы приблизительно совпадет моя магия.
— Вторым куратором согласилась быть ведьма Эсмеральда, — продолжала тем временем Гусыня. — А кто бы мог стать первым, ума не приложу…
И тут в дверь громко постучали…
Мы трое, как по команде, повернули головы. Хозяйка кабинета и так смотрела в том направлении.
Не утруждая себя ожиданием разрешения, кто-то очень наглый распахнул дверь и вломился туда, где в этот самый момент, можно сказать, решалась судьба трех ведьмочек.
Предсказуемо, нахалом оказался печально знакомый мне младший преподаватель Глеб Полуденный. Сегодня он был еще более растрепанный, запыхавшийся, зато чуть менее небритый.
— Фу-х, успел! — пропыхтел он, закрывая за собой дверь.
— Я занята ведьмами, зайдите позже! — рявкнула Гусыня.
Но она недооценила упертость молодого преподавателя.
— Именно насчет ведьм я и пришел, — заявил он и окинул нас изучающим взглядом.
Секретарь учебной части истолковала эти слова по-своему. Впрочем, скажи их кто-то другой, я бы о том же подумала. Другой, но не Глеб. Он странный, конечно, и зараза редкостная, но не злой. Не как другие маги.
— Ведьминскому факультету быть. Приказ декана, и это не обсуждается, — сжала губы в строгую нитку Гусыня. — Так что, если вы не желаете стать куратором этих милых девочек, прошу на выход. И не отвлекайте меня больше всякой ерундой!
Полуденный и не подумал никуда уйти. Напротив, подошел к столу Наины ближе и широко улыбнулся.
У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.
Куратором? Он?!
Только не это!
— Желаю, — спокойно сообщил Полуденный. — Оформляйте их ко мне.
— К вам? — приподняла широкую черную бровь Гусыня.
— Почему нет? — Младший преподаватель пожал плечами. — Как вам известно, магия моей семьи на стыке темной и светлой, и ведьмы в роду случались, мне будет несложно управиться с ними.
Я непроизвольно покосилась на метлу, оставленную возле стены. Вот так бы его ею и треснула!
— А он симпатичный, — прошептала мне на ухо Краса.
— И вроде бы нормальный, — добавила Элла.
— Девочки, вы даже не представляете, насколько мы попали! — простонала я.
Подруги и не хотели ничего представлять. Они смотрели на Глеба так восторженно, будто он только что предложил сразу вручить нам по диплому. Наивные! Ведь даже не догадываются, какой кошмар нас с ним ждет!
Однако незримые силы сегодня были на моей стороне.
— Хорошо, — согласилась Гусыня.
И тут дверь распахнулась и в кабинет влетело еще одно действующее лицо. Еще один преподаватель.
Богдан Полуночный собственной персоной.
Определив в нем боевого мага, девчонки пискнули и с удвоенной силой вцепились в меня. Даже всегда спокойная Элька почему-то занервничала. У меня же, без явных на то причин, будто камень с души свалился.
Присутствие молодого коллеги Полуночный проигнорировал, сразу прошел к столу и кивнул Наине.
— Ведьм оформляй ко мне, с Эсмеральдой я уже договорился.
Ух ты! А я-то во время экзамена подумала, что ему вообще до нас дела нет…
— Вообще-то эти ведьмы уже заняты, — напомнил о своем существовании Глеб. — Поищи себе других.
Своего он добился — его заметили.
— Не вынуждай меня напоминать о своем более высоком положении здесь, — процедил сквозь зубы магистр. — Если уж на то пошло, ты вообще еще не дорос до того, чтобы брать учениц.
Их ненавидящие взгляды встретились. Только что гром не грянул, потому что пару магических молний я, кажется, увидела.
— За тринадцать лет работы в Академии ты ни разу не брал личных учеников, — прошипел Глеб, зло сверкая глазами. — Неужели так хочется перейти мне дорогу?
— Не льсти себе, мальчик, — недобро усмехнулся Полуночный. — Если бы я этого хотел, в свое время взял бы в ученики тебя и сделал все, чтобы ты с треском вылетел из Академии. Сейчас жалею, что мне хватило благородства не поступить так. Ведьмы мои. Точка.
Ведьмы, которых в данный момент натуральным образом делили, не сговариваясь попятились к двери. Сматываться поздно и вообще ниже нашего достоинства, но почему-то хотелось стоять поближе к метелкам.
— Но Наина уже успела вписать их куратором меня, — попробовал схитрить Глеб.
Брошенный на секретаря учебной части выразительный взгляд ничего не дал. Похоже, эта особа была и с преподавателями вредной. Или питала к Богдану Полуночному чуточку больше симпатии, чем к его молодому коллеге.
— Вообще-то нет, — гаденько улыбнулась она и потом некоторое время с видимым удовольствием наблюдала, как эти двое препирались.
Я всем сердцем болела за магистра. Глеб после выходки на экзамене откровенно раздражал, а вот Полуночный… Глупо, но он чем-то напоминал мне ведьмака Роланда. Интуиция подсказывала, что мы сработаемся.
Когда представители явно враждующих родов уже готовы были вызвать друг друга на магическую дуэль, Наина решила, что ее кабинет ей нравится, и вообще, лишиться его из-за каких-то ведьм будет обидно.
— Пойду посоветуюсь с ректором, — сообщила она, перед тем как исчезнуть на несколько минут.
До ее возвращения в кабинете висела напряженная тишина. Даже метлы щелкать прутиками не рисковали.
Остается уповать, что ректор не какой-нибудь родственник Полуденного. В этом случае он должен занять сторону магистра Богдана. В памяти всплыл портрет, который я мельком видела в зале, где проходил экзамен. С полотна маленькими, близко посаженными глазками смотрел старикашка с пигментными пятнами на лысине. Вспомнила, внутренне скривилась и осторожно взглянула на Глеба. Хорош, негодяй! Черная форма боевого мага выгодно подчеркивала великолепную фигуру, встрепанный и небритый вид лишь придавал ему мужественности, в зеленых глазах блестело озорство, а в ауре будто вихри закручивались. Последнее, несомненно, должно свидетельствовать об упрямстве и взрывном характере.
Нет, они с ректором точно не родственники!
Значит, Богдан. Оно и хорошо, от магистра так и веет спокойствием и уверенностью, не самый худший вариант куратора. Вот только очень надеюсь, что он не вынашивает тайный план, как раз и навсегда прикрыть ведьминский факультет…
Мысль оборвала открывшаяся дверь. Гусыня вернулась.
— Указом ректора деканом вновь открытого ведьминского факультета назначен магистр Богдан Полуночный. Он же будет исполнять обязанности главного куратора и наставника для этих трех ведьм, — объявила секретарь учебной части, силясь отдышаться.
Прощай, младший преподаватель Глеб! Я не выдержала и бросила на враз помрачневшего мага торжествующий взгляд. На разочарование, затопившее все внутри, постаралась просто не обращать внимания. Все произошло так, как и должно было.
Богдан Полуночный сделался ну очень довольным. Никогда бы не подумала, что боевой маг может быть в таком восторге от перспективы проводить несколько часов в день в обществе ведьм. Может, он неправильный какой-нибудь маг?
Тем временем Гусыня отдышалась и продолжила:
— А младший преподаватель Глеб Полуденный назначается ответственным за практическую часть занятий, кроме вредительства, которым со студентками будет заниматься ведьма Эсмеральда.
Если мы трое удивленно заморгали, то мужчины молниеносно сориентировались в ситуации и вперили друг в друга возмущенные взгляды.
— Я против. Категорически, — холодно бросил магистр.
— Я тоже, — не остался в долгу Глеб.
— Этот юноша к моим ведьмам не подойдет. — Богдан Полуночный даже злиться умел с достоинством.
— Да ты понятия не имеешь, что вообще с ними делать! — вспылил его оппонент. — До сегодняшнего дня ты ведьмами как-то не интересовался. А когда одна из них сюда поступала на подготовительные курсы… как ты ее назвал?.. ах да, доморощенной магичкой-неумехой, недостойной даже мыть ступени крыльца Академии, не то что учиться в ней. Я ничего не перепутал?
Магистр прикрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стремясь не утратить контроль над собой. А когда угроза срыва пропала, размеренно произнес:
— Я был тогда сильно не прав. Теперь это понимаю.
Пришлось мне прикрыть рот ладошкой, чтобы не выглядеть совсем уж глупо. Речь ведь о Миле! Они могут что-то знать!
И правда, с чего такие перемены в ранее непримиримом боевом маге?
Глеб тоже сильно удивился, потому как сразу с ответной репликой не нашелся, а потом уже и не понадобилось, его опередили.
— Довольно, — вклинилась Наина. — Приказ подписан и обсуждению не подлежит. Получите своих ведьм, господа преподаватели. Ректор считает, что вам пора поучиться в течение длительного времени находиться в одном помещении и не кидаться друг на друга с уничтожающими заклинаниями.
Боевые маги, словно провинившиеся подростки, опустили глаза в пол.
— Мы не…
— Случай с неделю назад в гостях у Заречных, — с нескрываемым наслаждением напомнила Гусыня. — И за три дня до того на приеме во дворце. Дальше продолжать?
Господа маги как-то совсем сникли.
— Не стоит, — выдавил магистр Богдан, ослабляя узел на шейном платке.
М-да, очевидно, проблемы там давние и серьезные.
Другие ведьмочки тоже это заметили, потому как что-то подозрительно оживились.
— Надо их помирить, — чуть слышно прошептала Элла.
— И побыстрее, иначе учиться спокойно не дадут, — поддержала ее Краса.
Я же посмотрела на боевых магов почти с сочувствием. Бедняги еще даже не представляют, насколько они попали!

При виде роскошного букета белых роз, просунутого между прутьев калитки, розовая шиншилла радостно подпрыгнула, тоненько пискнула и посмотрела на меня с такой надеждой, что сердце ведьминское дрогнуло.
— Можно, дорогая, — улыбнулась я.
Ядя спрыгнула с рук хозяйки, ухватила зубами и передними лапками букет, который был раза в три больше нее самой, и поволокла его куда-то в сторону кухни. Хорошо, что мы додумались купить пирожков, потому что в царство кастрюлек сегодня прорваться вряд ли удастся.
— А разве не предполагалось, что этот студентик сам должен носить тебе цветы? — поджав губки, уточнила Краса, пока мы через двор шли к крыльцу.
— Вообще-то это подразумевалось, — безразлично отозвалась я, больше думая о преподавателях, чем о Феликсе.
Ведьмочки — существа отходчивые. После хорошей пакости обиды мгновенно забывают.
Но в моей пакости наглому студенту главным был отнюдь не тот факт, что ему каждый день придется разоряться на дорогущие цветы, а унижение. Это ж представить только, будущий боевой маг таскает веники какой-то ведьме и ничего с этим поделать не может! Красота!
Однако сегодня он меня не ждал. А значит…
— Кто-то сдался и пошел искать ведьму, которая снимет порчу, — со знанием дела сообщила Элла.
— В таком случае его ждет большое разочарование, — пакостно улыбнулась я.
На этом Феликс временно, до следующего дня, был забыт, потому как горячие еще пирожки и всяческие домашние заботы показались нам важнее, чем какой-то боевой маг.
Час спустя, когда мы переоделись в домашнее и спустились в гостиную, а Горислав наполнил миски фамильяров и разложил по тарелкам пирожки, пришло время отчитываться о прожитом дне. Право начать рассказ предоставили Красе, все-таки она внучка, ей и отдуваться.
Старый магистр выслушал ведьмочку и покачал головой.
— Я и забыл, что ведьмак Ян в Академии больше не преподает, — расстроился он, впрочем, не сильно. — Но вам очень повезло с Богданом, он хороший маг, думаю, и с ведьминскими делами разберется, и обижать вас сильно не позволит.
Вот! Я же чувствовала!
— А не сильно? — забеспокоилась Краса.
— Сам будет, — улыбнулся ее дед, с теплотой глядя на внучку. — Потому как с вами, ведьмами, глаз да глаз нужен и твердая рука.
Ведьмы были не согласны и вообще против, но кто нас спрашивал?
— А Полуденный? — зачем-то спросила я и, поймав понимающий взгляд Эллы, внезапно заинтересовалась костюмчиком развалившегося у меня на коленях свина.
— Он не учился у меня, — охотно ответил старый магистр. — Но, насколько я слышал, призвания преподавать у этого молодого человека нет. На него семья давит. Все никак не угомонятся, если у Полуночных что-то есть, Полуденным это же подавай. Полуночные, впрочем, от них не отстают.
Вот мы и подошли к интересному. Даже Элла с жадностью ловила каждое слово, так что и я решила не отставать. А что такого? Ведьмочке по определению полагается тяга к знаниям, даже если эти знания касаются подозрительных боевых магов. Особенно если они их касаются!
— И давно враждуют? — заинтересовалась Элька.
— Да уже четвертое поколение, — вздохнул Горислав.
Ведьмочки тоже вздохнули. Краса и Элька со всей ясностью осознали, что процесс примирения может оказаться долгим и болезненным — для них, а я… за компанию, наверное.
— Причина, надеюсь, уважительная? — Как-то слишком строго получилось, но девчонки взглядами меня поддержали.
Горислав кивнул и отставил опустевшую тарелку.
— Их прадеды оба претендовали на должность советника императора, уж чего они только ради этого не сделали. — Маг выдержал многозначительную паузу, давая нам время напридумывать себе всяких ужасов. — До принятия решения оставались всего сутки, когда, по слухам, до каждого из них донесли информацию, что желаемая должность достанется тому, кто сделает все возможное и невозможное, чтобы ее заполучить. Тем же вечером жена Полуденного упала с лестницы, а утром он отказался от работы, о которой так мечтал. Советником стал Полуночный, а по столице поползли слухи, мол, это он убил бедную женщину, чтобы отодвинуть в сторону противника. А ведь до того они дружили семьями…
— Ужас какой! — выдохнула Краса.
Мы с Элькой солидарно промолчали.
А Горислав тем временем продолжал рассказывать историю вражды двух влиятельных семейств, и… это было увлекательно.
Через год Полуденный собрал доказательства виновности Полуночного и предоставил их куда надо. Но враг к тому времени хорошо зарекомендовал себя на должности советника, так что ему ничего не было. Не считать же разнос от императора настоящим наказанием? Естественно, Полуденный не был удовлетворен такой справедливостью и вызвал бывшего друга на магическую дуэль. В дуэли он проиграл, потом был отправлен на каторгу, там и сгинул.
Сменились поколения.
Дед Полуденного потратил большую часть жизни, чтобы вернуть семье былое положение, и преуспел. Он стал элитным боевым магом, получил высокое звание, потом был назначен первым заместителем главы тайной службы. А дед Полуночного, воспитанный в роскоши, проиграл почти все состояние и в итоге оказался должником заклятого врага своей семьи. По слухам, где-то в доме Полуденных до сих пор хранятся те закладные, но ни выкупить их, ни украсть Полуночным так и не удалось. Если же поверить самым смелым сплетням, Полуденные полученной властью пользовались и частенько заставляли подвластного им врага унижаться. Отказаться от должности, поучаствовать в глупом розыгрыше, которые так любят при дворе, выставить себя на посмешище… Конечно, ничего не доказано, но сплетни над столицей витают по сей день.
Отцы наших преподавателей почти не пересекались, но по старой памяти сыновей воспитали в ненависти друг к другу. Старший сын Полуночного был пьяницей и игроком, а вот Богдан сделал неплохую карьеру и не собирался останавливаться на достигнутом. Видя его успехи, от Глеба семья требовала того же, личные устремления парня в расчет не принимались. Его это бесило, и он задирал Богдана при малейшей возможности. Тот пока сдерживался, но в свете считали, что надолго его не хватит, даже ставки уже делали.
Тут и появились мы.
И как минимум две из нас задались целью их помирить.
Меня пока больше интересовала пропавшая подруга и собственная учеба, вникать в дрязги столичных аристократов желания не было. Но за процессом примирения заклятых врагов под строгим ведьминским контролем с удовольствием понаблюдаю!

Договорившись с собой, что днем в Академии обязательно найду способ переговорить с ведьмой Эсмеральдой, я забралась под одеяло.
Чем быстрее уснешь, тем быстрее наступит утро. Вся ведьминская натура была с этим полностью согласна, так что уплыла в дрему я мгновенно. Чувство безопасности накрыло с головой. Мне даже снилось что-то… Подруги, большущая черная дыра, которая утягивала Милу, как ни пытались мы ее вытащить, злодейский смех и зеленые глаза, в которых сверкали искорки озорства.
Беспокойный выдался сон.
Но пробуждение запросто могло с ним посоперничать.
Главным образом потому, что случилось оно несвоевременно. Кажется, только глаза закрыла, как… вой! Такой пронзительный, что уши заложило. И не стихает…
Первая мысль: девчонки!
Но на крик звук совсем не походил.
Вторая: фамильяры!
Однако защита дома была в порядке, а свин, кот или шиншилла, пусть даже магические, вряд ли способны так верещать, что, кажется, на другом конце города слышно.
Что же это тогда?
И главный вопрос: как его заткнуть?
Обхватив голову руками, я села в кровати и обвела комнату мутным со сна взглядом. Свин вскочил на ножки и теперь неопределенно топтался в своей корзинке.
Нечисть, что ли, какая в город прорвалась?
В дверь затарабанили.
— Цветана, хватит спать! — дрожащим от волнения голосом позвала меня Краса. — Ты что, вообще ничего не слышишь?!
— Слышу. К сожалению, — пробурчала я, сползая с кровати. — А что это? И когда уже замолчит?
— Сигналка на Академии сработала, — громко, чтобы все слышали, объяснил Горислав. — Девушки, одевайтесь и бегом туда. Звук не прервется, пока не соберутся все адепты и преподаватели.
Ой… Ничего ж себе!
Мы со свином растерянно переглянулись.
Потом в голове словно щелкнуло что-то, вся сонливость разом слетела, и я, точно молнией ужаленная, принялась носиться по комнате, наспех натягивая на себя одежду, одевая свина и заталкивая в сумку все, что могло понадобиться.
Это ж подумать только, в самой Академии что-то случилось! Было страшновато немного, но ведьминское любопытство… ну, тяга к знаниям, в смысле… билось в конвульсиях, так хотелось поскорее узнать подробности.
В итоге спустилась в холл меньше чем через десять минут с сумкой на плече, свином в руках и сопровождаемая летящей рядом метлой. Там уже стояли одетый с иголочки Горислав и Элька с аккуратными косами и в идеально выглаженном платье. Однако… Она что, какое-то особое заклинание знает?
Красу пришлось ждать, а потом торопить, но, выскочив на улицу, мы увидели компанию спешащих студентов с боевого факультета, а за нами пристроились заспанные и растрепанные целительницы. Не опаздываем! А если еще учесть, что в нашем распоряжении были метлы, а у этих всех — только ноги, несложно угадать, кто успел первый. И злобные реплики позади — мы теперь точно это знали — были вызваны не неприязнью к ведьмам, а элементарной завистью.
Перед Академией собралось столько народу, что иголке негде было упасть. Что примечательно, присутствовали только те, кому полагалось, никаких зевак. Видимо, противный звук слышали только свои.
Маги все прибывали… потом уже подходили лишь редкие опоздавшие… а сигналка никак не умолкала.
Ну кто там так долго копается?!
— Девушки, это, кажется, по вашу душу… — обратил наше внимание Горислав на что-то в стороне.
Дружно повернув головы в указанном направлении, мы заметили в толпе Богдана, который пытался делать какие-то знаки. Похоже, что нам.
Пришлось проталкиваться к нему.
Рядом с деканом вновь открытого ведьминского факультета уже стояла ведьма Эсмеральда, а с другой стороны к ним пробирался Глеб.
— Ведьмочки, — приветственно кивнул нам магистр.
— За скорость реакции и пакостный вид хоть сейчас высший балл ставь, — умиленно сложила ладони взрослая ведьма.
Еще бы вид был не пакостный! Спать жуть как хочется, а нельзя, и противная сигналка воет… У-у, так бы и наслала порчу! Хоть на кого, для собственного успокоения.
Посмотрели мы на преподавателей — двоих, потому что Глеб до нас еще не добрался — и что-то стало не по себе…
— Мы ничего не делали! — сообщили на всякий случай.
Нет, ну правда, чего оно воет?!
— Знаю, — добродушно улыбнулся Богдан Полуночный.
— А откуда? — заинтересовалась Краса.
— Вряд ли три ведьмочки-первокурсницы могли отмочить что-то такое, чтобы сюда среди ночи согнали всех, — пожал широкими плечами опытный боевой маг.
Наи-и-и-ивный!
И вообще, это утверждение прозвучало как вызов.
Мы с девчонками переглянулись. Многозначительно так. Ведьма Эсмеральда эти взгляды перехватила, но не выдала.
А вот Глеб ведьмочек оценивал правильно.
— Вижу, со студентками все в порядке, — когда все-таки прорвался сквозь толчею, с облегчением выдохнул он, оглядывая нас. — Это радует.
— Да что с ними могло случиться? — отмахнулся его старший коллега.
— Уже случилось. Три беззащитные ведьмы среди целой Академии враждебно настроенных магов, и все это на наши головы. — Полуденный был реалистом. — И хотя волноваться по большей части следует за магов и Академию, не хотелось бы, чтобы с вверенными нам ведьмами что-нибудь произошло.
А сегодня он просто прелесть! Наградой за дельные мысли стали два восторженных взгляда и один быстрый и задумчивый — мой.
Поймал. Почему-то во время своих рассуждений младший преподаватель смотрел именно на меня.
— Эти ведьмы — не самое слабое звено на нашем факультете, — мстительно заметил магистр Полуночный. — Даже знать не хочу, откуда сигналка вытащила тебя. Судя по расхлябанному виду, тебе было весело.
Глеб оглядел себя, насколько позволяла возможность, и так и не понял, что начальству не нравится.
— Нормальный вид. Я был на семейном совете.
— Ну, какая семья, такой и вид, — буркнул Полуночный.
В зеленых глазах молодого преподавателя взметнулась злость. Почти ненависть. Но дать выход вспыхнувшему чувству он не успел, сигналка наконец смолкла. Кажется, вся площадь вздохнула с облегчением. Повернув голову, я заметила примкнувшего к толпе Феликса. Так вот по чьей милости у меня сейчас голова раскалывается! И еще говорят, будто это у ведьм совести нет.
Почти боевого мага спас от срочной ведьминской мести только тот факт, что вид у него был и без того плачевный. Одежда в беспорядке, рукав мантии порван, на щеке большая ссадина и выражение лица несчастное и злое. Еще магией фонит так, что я даже с приличного расстояния чувствую. Потому что это моя магия. И моя порча. И никаким другим ведьмам снять ее не под силу, пусть даже не рассчитывает!
Феликс и сам это понимал, потому что, отыскав меня взглядом, посмотрел так… в общем, лучше бы мне прямо сейчас провалиться сквозь землю. Безопаснее. Но у ведьм в таких случаях инстинкт самосохранения отказывает напрочь, так что я вызов приняла и пакостно улыбнулась.
А ведь от него всего-то и требовалось — извиниться. Порча испарилась бы сама собой.
— Похоже, кто-то ходил к ведьме, — прошипела мне на ухо Элла.
Ответить не успела, потому что как раз в этот момент зазвучал усиленный магией голос ректора.
— Охранные заклинания засекли присутствие запрещенной магии в стенах Академии, — как всякий боевой маг, он говорил коротко и по делу. Никаких лишних виляний вокруг да около. — Концентрация ее столь высока, что сомнений быть не может: здесь побывал темный элементаль. И раз уж проблемы начались сейчас, выходит, им является кто-то из новых преподавателей или первокурсников.
Собравшиеся взволнованно загудели. Новость им почему-то не понравилась.
— Устроим им проверку прямо сейчас? — Кто-то из магистров тоже усилил голос.
— Бессмысленно, — отклонил идею ректор. — Если верить следам, считанным с охранки, элементаль еще не вошел в полную силу. Ни одна проверка ничего не покажет, пока он или она не выпьет свою первую жертву.
Одно радовало: в кои-то веки произошла гадость, а никто обвиняюще не смотрел на ведьм.
Важные маги обменялись еще несколькими совершенно непонятными нам, скромным ведьмочкам, фразами, после чего всем посоветовали внимательно присматривать за первокурсниками и преподавателями, подпадающими под подозрение, и распустили с миром и испорченным настроением. Толпа, жужжа, словно растревоженный улей, стала растекаться по столице. Ректор в компании трех магистров скрылся внутри замка. Видимо, будут срочно думать, что делать.
— Тебя не позвали, — нашел способ поддеть кровного врага Глеб. — Попал в немилость?
Но Богдан на провокацию не поддался. Сейчас его больше интересовали ведьмы, то есть мы.
— Поняли хоть что-нибудь?
Три притихшие ведьмочки дружно затрясли головами. Вот как-то даже не любопытно! И спать так хочется…
— Прошу за мной, — скомандовал Полуночный и, круто развернувшись, зашагал к замку.
Мы с девчонками проглотили зевки и послушно засеменили следом.
— Следовало ожидать, что ведьм в руках боевого мага не ждет ничего хорошего, — тихонечко проворчала я.
Позади неопределенно хмыкнул Глеб. Взял дельную мысль на вооружение, не иначе.
Замок был пустынен и тих. Ни души на пути не попалось. Мы поплутали по коридорам, взобрались по двум лестницам, свернули направо и оказались у двери с новенькой табличкой «Ведьминская мастерская».
— Сбежавшее зелье, нам уже и место выделили! — не сдержалась Краса.
Место, к слову, оказалось достойно всяческих похвал. Жестом заправского фокусника магистр Полуночный распахнул дверь и провел нас внутрь. Вся небольшая компания замерла в восхищении. Даже вошедшие последними ведьма Эсмеральда и Горислав не остались равнодушными.
Войдя в мастерскую, первым делом мы попали в просторную классную комнату с письменными столами, удобными глубокими креслами и книжными шкафами, расставленными у стен. Также были предусмотрены места для метелок и фамильяров. И окно, выходящее на площадь. Красота! Открытая дверь вела в лабораторию со всем необходимым, даже котлы из дома тащить не придется. Глаза просто разбегались от числа баночек и пузырьков. В лаборатории была предусмотрена кладовка для ингредиентов. Заполненная. А вернувшись вниманием в класс, я заметила еще одну дверь с табличкой, на которой значилось имя нового декана ведьминского факультета.
— Я же говорил, что им с тобой повезло, — первым отмер Горислав. К этому моменту мы уже знали, что когда-то магистр Богдан был его учеником, так что свойскому обращению не удивились. — Выбил старые ведьминские помещения!
— А в середине года мне занять их не позволили… — как бы между прочим заметила Эсмеральда.
— Хотят ведьминский факультет, пусть предоставят нам удобное место для занятий, — невозмутимо сообщил Полуночный. — Я согласился работать только на таких условиях.
Наверное, он имеет определенное влияние даже на ректора. А маги просто обзавидуются, если прознают обо всем об этом! Подумала так, и настроение улучшилось. Даже спать стало хотеться чуть меньше и любопытство слабо шевельнулось.
Полуночный встал у окна и сделал нам знак садиться. Разговор предстоял долгий.
Глеб молча занял стол в дальнем углу, и, судя по виду, это место за ним и останется. В кабинете декана имелись и столы для двух других преподавателей, но делить кабинет с давним врагом Полуденный не желал. Мы же, как ни странно, чувствовали себя в обществе молодого преподавателя свободно и против его постоянного присутствия в классной комнате ничего не имели. В том числе и я.
Остальные расселись кто где. Столов было больше, чем нас сейчас, что внушало надежду и на восстановление Милы, и на то, что в следующем году будет новый набор ведьмочек. И потом тоже.
— Вы когда-нибудь слышали о темном элементале? — уточнил магистр, видимо, пытаясь понять, насколько мы дремучие.
Мы с Эллой обменялись растерянными взглядами. Нет, не слышали. Да и что нам за дело? Ну, балуется кто-то запрещенной магией, и что? Надо его, конечно, наказать за это, но мы здесь совершенно ни при чем.
А вот Краса, будучи внучкой магистра, не могла не знать. И пока мы шли к мастерской, у нее было время собраться с мыслями.
— Это своего рода воплощение черной магии, — как могла, объяснила она. — Появляется редко, и я где-то читала, что при рождении такой ребенок убивает мать. Потом живет, как ни в чем не бывало, может даже сам не знать, кем является. Пока не проснется жажда… Тогда он начинает убивать, проводить кровавые ритуалы, пытается протащить в наш мир чудовищ из-за грани, ну и так далее, чем там еще положено заниматься великому злу?
Богдан медленно кивнул.
— Умница. Хотя от внучки учителя я другого и не ожидал.
Неприкрытая лесть или мне почудилось?
— Если элементалями тьмы бывают только маги, то при чем здесь мы? — подавив очередной зевок, спросила Элла.
— Долгое время считалось, что совершенно ни при чем, — вместо Полуночного на этот раз отвечала Эсмеральда. — Но последним элементалем была ведьма… И она столько дел наворотила, что ни одному магу в кошмарном сне не снилось. Знаете про опустевшие города? Ее рук дело.
Тут даже Элька понятливо кивнула, а вот я ни сном ни духом. Возмутительные пробелы в образовании по части черной магии.
Глеб первый это заметил и влез с объяснениями, даже язвить не стал. Так вот, темная проводила какие-то свои ритуалы, чтобы призвать из-за грани тьму, тем самым увеличив силу темных магов и сделав всех прочих почти беспомощными. Но что-то пошло не так. Тьма призвалась, но сожрала три города и ушла. На их месте только руины остались. Восстанавливать не стали. Пару раз посылали строителей… но те исчезали, а руины как стояли, так и стоят. Ведьму убили, а нового элементаля вот уже пятьдесят лет не было.
— Так, может, это ты наш элементаль? — Магистр Богдан, сузив глаза, присмотрелся к молодому коллеге. Я кожей почувствовала какое-то движение в воздухе. Он его еще и прощупывал! — А что, все сходится… Преподаешь ты только с этого года, а та ведьма, если не ошибаюсь, приходилась твоей матери троюродной теткой?
Легкая бледность была единственной эмоциональной реакцией, которую Глеб себе позволил.
— Ничего не сходится, — буркнул он. — Я здесь семь лет учился. Если бы элементалем был я, защита почуяла бы раньше.
— Жаль, такой шанс избавиться от тебя пропал, — опечалился Полуночный.
— Прости, что разочаровал, — ухмыльнулся его кровный враг. Пакостнее, чем у любой ведьмы, получилось. — И на будущее: не смей трогать мою мать, иначе уже я избавлюсь от тебя!
Разъяренные взгляды столкнулись. В воздухе заискрило. Похоже, оба мага с трудом сдерживались, чтобы не начать швыряться заклинаниями.
Может, и не сдержались бы, но они не учли одного — присутствия поблизости ведьм в количестве четырех вредных, но добросердечных особ. О нас, похоже, просто забыли. А мы были тут и все видели! И страшно переживали, потому что любая агрессия, если только она не направлена на хорошую пакость в исполнении нас самих, нам, ведьмам, глубоко противна. Ну что они в самом деле?! Вот разнесут сейчас тут все, а мы уже как-то привыкли, даже обживаться начали. Вон, карликовый свин себе корзинку облюбовал…
Призывать преподавателей к порядку мы с подругами пока постеснялись, а потому дружно повернули умоляющие мордашки к ведьме Эсмеральде. Она ведьма взрослая и самостоятельная, ей все можно!
Равнодушной к нашим страданиям наставница не осталась.
— Живо угомонились! — рявкнула она так грозно, что мы с девчонками даже подпрыгнули. — Взрослые мужчины, а ведете себя хуже первокурсников. А еще маги! И после этого они говорят, что это ведьмы без конца создают проблемы.
Если Глеб на ее выпад промолчал, то магистр Богдан явно не привык, чтобы его вот так отчитывали. Он напустил на себя самый высокомерный вид, на который только был способен, и, сквозь зубы цедя каждое слово, начал:
— Леди, а вы не…
— Я не леди, я ведьма, — перебила его Эсмеральда. — И если подобное еще повторится, с удовольствием доложу об этом ректору и подам прошение отстранить вас обоих, чтобы не мешали процессу обучения молодых ведьмочек. И вообще… считайте, что вы приглашены на первый практикум по вредительству.
— З-зачем? — пока магистр пребывал в шоке, забеспокоился Полуденный.
— В качестве подопытных, — с предвкушением улыбнулась ведьма-наставница и потерла ладони с таким видом, будто сама на них практиковаться собралась. — Не волнуйтесь, мы потом снимем с вас все порчи!
Мужчины затравленно переглянулись. И такое единодушие читалось в тех взглядах! Куда и девалась вся неприязнь? Как говорится, общий враг, как ничто другое, объединяет.
— Мы не согласны! — возопили они. Тоже единодушно.
— А кто вас спросит? — хихикнула Эсмеральда. — Больше того, дату практикума я вам не скажу!
Вид у магов был бедный, бледный и вообще самый разнесчастный.
А нам, ведьмам, первая победа была необычайно сладка.
— Есть! — обрадовались мы и вчетвером ударили по рукам.
Первый шаг к примирению сделан. Но это еще только начало!

Глава 5

Новое зелье под названием «каша полезная» шиншилла освоила уже на следующий день. Всего-то и требовалось, что сменить кастрюлю на более привычный ей котел. И процесс не только пошел, но и увенчался успехом!
Выспаться все-таки удалось. Посовещавшись, наши преподаватели решили, что после бессонной ночи вверенным им студенткам нужен отдых, и велели приходить в Академию к трем часам. Приятно, конечно, но интуиция подсказывает, что заботились они больше о себе.
— Как думаете, элементалем окажется кто-то с боевого факультета? — жуя кашу с кусочками фруктов, Краса все никак не могла оставить в покое эту тему.
— Или из целительниц, они тоже противные, — высказала свое мнение Элла.
— Да уж, темных целительниц у нас еще не бывало.
Я ела молча. Могла, конечно, вставить пару слов о том, что преподаватели тоже не внушают доверия, но сама их со счетов давно сбросила. Магистр Богдан вчера обмолвился, что новых преподавателей в Академии всего двое: Глеб, который точно вне всяких подозрений, и какая-то дама с целительского факультета, но ей уже хорошо за пятьдесят.
И вообще, главное, что на нас никто не думает. С остальным пусть маги разбираются, а мне подругу надо искать.
Решив так, я потихоньку улизнула из-за стола. Соседки были до того увлечены разговором, что даже не заметили моего побега.
Я же на цыпочках прокралась в комнату Красы.
Дверь оказалась не заперта. Нехорошо, конечно, вторгаться на чужую территорию, особенно без разрешения, но причина у меня уважительная. Сегодня и во все прочие дни нам предстоит добираться до Академии на метлах. Не то чтобы это так уж необходимо, но надо же соответствовать ведьминскому статусу! И хотелось бы, чтобы полеты занимали как можно меньше времени, что невозможно, если Краса так и будет падать через каждые два шага.
Вредная метла нашлась у стены. Стояла себе, как ни в чем не бывало.
Я подошла к ней, встала напротив, грозно сдвинула брови.
Не реагирует.
— Слушай меня, паршивка черная! — зашипела грозно. — И нечего веником прикидываться, я знаю, что ты все понимаешь. Так вот, еще раз нарочно уронишь мою подругу, будешь иметь дело со мной!
Метла качнулась, вроде бы согласно… а потом как выстрелит искрами!
— Ай! Фссс…
Нос обожгла.
Вот же гадость темномагическая!
— Ну все, ты напросилась! — почти сочувственно сообщила я и извлекла из кармана тоненькую розовую ленточку, специально прихваченную с собой.
Метла обеспокоенно затрещала.
Ага! Испугалась!
Выставив щит и наложив на руку защитное заклинание, чтобы не схлопотать второй ожог, я схватила поганку за деревянную ручку. Потом ме-е-едленно сдвинула руку к прутикам. И, закусив губу от усердия, прицепила ленточку к одному из них. Получился симпатичный розовый бантик.
Злобная метла сначала исступленно дергалась и швырялась искрами, но в конце концов смирилась со своей незавидной участью и затихла.
— Пока бантик один, — покончив с воспитательной деятельностью, предупредила я. — Но уронишь Красу сегодня, и завтра утром я вернусь. Принесу еще ленточек, много. Потом обклею прутья стразами. А если и после этого не угомонишься, выкрашу тебя в белый цвет и напишу на ручке «лапочка». Все ясно?
Реакции не последовало.
Ну и ладно, мое дело предупредить.
Отпустив метлу, я пошла к двери. И только сделала несколько шагов, как послышался грохот.
Когда оглянулась, увидела, что метла упала. Обморок изображает, что ли?
Быстро-быстро, на случай, если девчонки что-то услышали и спешат сюда, я выскочила из комнаты Красы и скрылась у себя. Фу-х!

Стразы не понадобились, метла доставила Красу до Академии в целости и сохранности, только лететь старалась подальше от меня. Что ж, я ее даже понимаю.
— Я ее укротила! — радовалась внучка старого магистра, шагая через двор к замку. — Как знать, может, еще и получится из меня боевой маг!
Может. Уверенность в себе — уже половина успеха любой авантюры.
Украдкой погладив болящий кончик носа, я улыбнулась.
— Цветик, а с носом что? — Мои движения конечно же не укрылись от внимательной Эльки.
Пришлось объяснять.
— Я его сунула в чужие дела, за что и поплатилась.
Слова эти, конечно, были приняты за шутку. Девчонки звонко рассмеялись.
Возможно, они и стали бы допытываться, но тут наше внимание отвлекли боевые маги. Вернее, Феликс и его свита.
— Вот твои цветы. — Парень шагнул ко мне и протянул букет привычных уже белых роз.
Розовая шиншилла на плече Красы радостно пискнула.
Я застыла на миг, рассматривая парней за спиной Феликса. Будущие боевые маги. Судя по наглющим физиономиям, элита своей группы. Вообще-то странно, что они до сих пор общаются с ним, после всех-то унижений…
Мысль промелькнула и сбежала, я же нарисовала на лице вежливую улыбку. Феликс ведет себя прилично, и я тоже так могу!
— Спасибо, — приняла букет.
Розы были красивые, с идеальными шелковистыми лепестками, нигде ни единого сухого листка, и пахли просто изумительно. Похоже, магия не позволяла Феликсу покупать цветы попроще.
— Вчера я ходил к одной ведьме, она считается самой лучшей в столице, — зачем-то сообщил будущий боевой маг.
Если бы он не стоял у нас на пути, мы бы уже давно неслись к мастерской, а так приходилось слушать.
— Знаю. И что? — На самом деле мне было неинтересно.
— Она не смогла снять твою порчу, — вроде бы ровно произнес парень, но посмотрел на меня как-то странно.
— У меня свои секреты. — Я не имела в виду ничего такого, но парни переглянулись… нехорошо так переглянулись. Мурашки под платьем поползли, а девчонки инстинктивно встали поближе ко мне.
— Я же говорил, — победно усмехнулся Феликс. Не мне, друзьям. — Я понял, ведьма, в чем твой секрет!
Какие же они все-таки надоедливые, эти боевые маги!
— Поздравляю, — хмыкнула я. — Может, уже дашь нам пройти?
Но его так распирало от этого понимания, что он просто не мог им не поделиться:
— Ты — темный элементаль!
— Что-о?! — в один голос удивились мы с девчонками.
— Ну а чем еще объяснить тот факт, что какая-то девица с никчемного ведьминского факультета заколдовала меня так, что ни я сам, ни мои друзья, ни даже старая ведьма не смогли справиться с элементарной порчей? — И, что пугало больше всего, Феликс был абсолютно серьезен.
И его дружки ненавязчиво так стали нас окружать, пресекая путь к бегству.
Они это на самом деле? Интуиция подсказывала, что да.
Попали, — молоточками в висках стучало понимание.
— Сам ты темный элементаль! — попробовала отбиться я.
— Говорил же, что она не сознается, — куда-то в сторону бросил Феликс.
— Придется хорошенько припугнуть, — с предвкушением сказал рыжеволосый тип с длинным носом и попытался схватить меня за локоть.
Естественно, мы с девчонками принялись защищаться. Полыхнули заклинания. Но эти поганцы заранее позаботились о защите! В итоге им как с гуся вода, а нам досталось: Эльку на несколько шагов отбросило, а Красе платье подпалило. Пока они приходили в себя, подлые боевые маги схватили меня за руки и потащили к замку. Тогда на мою защиту попытался встать свин. Он путался в ногах у магов, существенно замедляя движение, и пользовался своей магией. Она, к слову, оказалась весьма специфической: желтая вспышка, гнилостный запах — и сапоги Феликса развалились на глазах.
Парней это только разозлило сильнее, и пихать меня стали с удвоенной силой, особо при этом не церемонясь. Я брыкалась, ругалась, царапалась. Свин колдовал, но после еще пары испорченных сапог его пинком отшвырнули в сторону.
Свин взвизгнул и пропал. А я вдруг решила, что назову его Татошей.
Сбежавшее зелье, о чем только думаю?!
И самое обидное, что кругом сновала масса народу, но никто и не подумал прийти на помощь вляпавшейся в неприятности ведьмочке.
Узнать, что задумали подлые маги, мне было суждено. Притом не просто узнать, а прочувствовать на своей шкуре.
Меня втолкнули в просторный зал без окон. В свете зеленых магических огней в глаза сразу бросился начертанный на полу круг с пентаграммой. Кругом чувствовался ореол чуждой мне силы. Трезво оценив, что шанс против четверых тренированных магов у меня невелик, я закусила губу. А потом вообще зацепилась за выступающий камень и растянулась на полу.
Страх сковал не только тело, но и мысли. Они застыли, словно желе, и упорно не желали придумать хоть какой-нибудь выход.
Еще было стыдно и унизительно. Но я выкручусь! И обязательно отомщу!
— Лучше признайся по-хорошему, — прошипел тот самый рыжий, выплетая заклинание, которое должно было запомнить все сказанное мной в этом зале и продемонстрировать потом всем желающим.
— Иначе что? — зло сузила глаза я.
Даже с учетом того, что, сидя на полу, приходилось смотреть на врагов снизу вверх, получилось убедительно.
Будущие боевые маги поежились. У Феликса так и вовсе задергался глаз.
— Зря ты спросила, — по-змеиному улыбнулся незнакомый коротко стриженный брюнет.
— В круг ее! — скомандовал тот, кто вот уже несколько дней таскал мне белые розы.
Упирающуюся изо всех сил меня потащили к белой линии круга. Я дергалась, вырывалась, толкалась, ругалась, даже проклятие наслать попыталась, но мерзкие маги были явно сильнее.
— Руки уберите, тушканчики сушеные! Вам за это влетит! У-у, я до вас доберусь! Такую порчу придумаю, до конца жизни на коленях прощение вымаливать будете!
Ничего не действовало. Угрозами будущие боевые маги совершенно не впечатлились. Что с них взять, маги они и есть маги. Ни совести, ни чести, ни сострадания к несчастной ведьмочке, загнанной в угол!
Сама не знаю, в какой момент по щекам потекли крупные горячие капли.
Последний рывок, сильный толчок — и я перелетела линию, оказавшись внутри круга. Время на миг будто замерло, по коже продрал страх. Подлые людишки! Ну вот что я им сделала? Я утерла тыльной стороной ладони мокрые щеки и попыталась подбодрить себя мыслью о том, как именно буду мстить, но ничего путного придумать не успела.
Линия круга вспыхнула. Пространство за ее пределами затянула белая дымка.
Это еще что такое?! Я лихорадочно озиралась по сторонам, но ничего за пределами круга разглядеть не могла. Только наливающуюся зеленью пентаграмму внутри… И вырваться не получилось, у магов хватило ума наполнить контур силой, в одиночку мне его не прорвать.
— Ну и что дальше? — нарочито храбро спросила своих мучителей. — Будете держать меня тут, пока кто-нибудь кого-нибудь окончательно не достанет? В таком случае победа явно будет не за вами.
По ту сторону белой пелены послышались смешки.
— У нас есть идея получше, ведьма.
Зелень узора вспыхнула ярче.
И тут до меня запоздало дошла одна истина: таким цветом светятся пентаграммы, наполненные темной магией — самоуничтожающиеся порталы, всякие некромантские штучки, пентакли призыва разных потусторонних тварей… Ой, мамочки! Вот это я попала!
Да что ж мне так с магами не везет? Не маги, а шакалы какие-то, честное слово!
Узор полыхнул так, что я ослепла на миг. Когда же в глазах прояснилось, в центре пентаграммы медленно поднималось, будто из самого пола вырастало, чудовище. Мохнатое тело, размером с медведя, жуткая морда с клыками и горящие алым потусторонним светом маленькие глазки.
Места внутри круга как-то сразу стало возмутительно мало. Я завизжала на высокой ноте и почти вжалась в невидимую стенку. Прорваться, естественно, не удалось.
Монстр одобрительно фыркнул, почуяв жертву, и сфокусировал на мне взгляд.
Страшно было до тошноты. В таком состоянии я готова была признаться в чем угодно, даже в том, к чему никакого отношения не имею. Мамочки-и-и!..
— Давай же, ведьма, скажи правду! — подначивали маги.
Их уродец еще раз фыркнул, оскалился и стал надвигаться на меня. Может, правда, стоит согласиться со всем? Тогда все закончится… Но вместе с новой волной панического ужаса пришло чувство протеста. Вот еще, ведьмы магам не сдаются!
И я не собираюсь. Я им всем еще покажу!
— Правду? Хорошо! — крикнула, борясь с дурнотой. — Вы недалекие, мстительные и мелочные. Это недостойно боевых магов и мужчин вообще. Такая правда устроит?
Разобрать ответ не успела, потусторонний монстр бросился на меня.
Не соображая, что делаю, я начала колдовать. Лихорадочно, необдуманно, изо всех сил. Первое заклинание, призванное разорвать противника в клочья, с обиженным шипением прошло сквозь него. Но жутик притормозил, а я выиграла время. Контур содрогнулся — а вот это даже не понимаю отчего. Идея выставить щит провалилась с треском. Понятия не имею, что эти недомаги тут наворотили, но защитные заклинания в круге не работали. Вообще. Никак. Оставалось только нападать. Я это не особенно люблю, но чего не сделаешь ради спасения собственной жизни и последующей ведьминской мести!
С перепугу все заклинания, которые практиковала на хищной и агрессивной нечисти, припомнила!
А чудовищу хоть бы хны. Только разозлилось сильнее.
От непрестанного колдовства и хождения по кругу меня начало мутить. Сил осталось совсем мало. А тут еще ногу подвернула, и как плюхнусь на попу! Больно, между прочим.
Монстр использовал неожиданную фору для броска. Прямо передо мной разверзлась зубастая пасть… и, похоже, эти зубы давненько не чистили, потому что пахло оттуда не очень приятно.
Потусторонний рыкнул, дыхнул.
Фу-у!
Нервы у меня сдали окончательно.
Примерно в тот же момент слух стал улавливать звуки. Парни сдавленно шептались, споря, не пора ли прекратить… потом грохнула дверь… и стало очень шумно. Но я уже ни на что не обращала внимания. Собрала все силы, так, что в глазах потемнело, а из носа хлынула кровь, — кончики пальцев сделались очень горячими от застывшего на них заклятия. Я использовала его только раз, вместе с подругами, когда мстили за Надинку, но порядок действий хорошо помню.
Перед внутренним взором сплетались ниточки магии, темнея от бледно-желтых до темно-золотых. Они двигались, собираясь на кончиках пальцев. Когда пальцам стало так горячо, что терпеть не осталось сил, я с силой швырнула проклятие в потустороннего монстра… который до сих пор почему-то не напал…
Пу-х-ф-ф-ф-с!..
Жуткое чудовище с противным шипением исчезло, оставив после себя лишь едкий запах серы.
Что, вот так просто?
Но проклятие было уже выпущено, вернуть его я никак не могла.
Темно-золотое плетение, пульсирующее магией, лишь слегка задело контур — и тот мгновенно растворился. А оно, все такое же сильное, устремилось под потолок огромного зала. Мутная пелена рассеялась, теперь я могла видеть, что творится вокруг… Собственно, только то и могла, что сидеть и широко распахнутыми глазами смотреть.
Маги, впрочем, были заняты тем же: сбились у стены и неверяще наблюдали, как потолок затягивает мое колдовство.
Ой, и Глеб тут! Стоит у двери, такой грозный, и на этих огнями в глазах полыхает. Меня спасать пришел. Так приятно стало… И вдруг захотелось хихикать.
— Идиоты, — сквозь зубы процедил младший преподаватель. — Я с вами потом разберусь.
— Мы же не виноваты, что она не смогла отличить иллюзию, — попробовал выступить Феликс. — И вообще, это же традиция, разыгрывать новичков! Мы ей знак симпатии, можно сказать, оказали!
Глеб бросил на него взгляд, обещающий весьма неприятные последствия, и медленно, выставив руки перед собой, стал приближаться ко мне.
— Цветана… Цветана, ты меня слышишь? Спокойно, все уже закончилось. Эти гусеницы безмозглые просто решили тебя разыграть.
Просто?!
Тяжелая пустота в голове взорвалась сотнями раскаленных искр. Меня начало трясти, и в глазах снова собрались слезы.
Полуденный все бормотал и бормотал что-то успокаивающее. Я не особо слушала. Облегчение и злость навалились так внезапно, что даже силы откуда-то появились.
Добравшись до меня, Глеб опустился рядом, прямо на пол, не заботясь об одежде и статусе преподавателя, и притянул трясущуюся меня к себе. Крепко сжал. Я благодарно уткнулась мокрым лицом ему в шею и зажмурилась. Неужто все закончилось? Вот так просто?!
Тем временем колдовство исправно вершило свою разрушительную деятельность. Стены неуловимо завибрировали, слух уловил все нарастающий гул, от потолка отвалилось несколько камней и, кажется, кому-то из недомагов засветило по затылку. Поделом.
— Еще и накажут из-за этой… ведьмы, — шептались они.
— Она ничего не смыслит в иллюзиях высшего порядка, а отдуваться нам.
Такое зло меня разобрало! А ничего, что у нас сила разнонаправленная, и я их плетений вообще не вижу? Ничего, что меня напугали до полусмерти и вообще не церемонились? И главное, ведь не факт, что, если бы Глеб не появился, они бы вообще остановились!
Как раз утвердилась в решении мстить им, пока всей душой к ведьмам не проникнутся, когда Глеб отстранился и проникновенно посмотрел мне в глаза.
— Цветана, я понимаю, что эти лоботрясы перед тобой очень виноваты. И они ответят, обещаю. Но сейчас твое заклинание угрожает разрушить тренировочный зал, а у меня совершенно нет времени с ним разбираться.
Ой, да. Я переусердствовала. Но так испугалась и так хотела вырваться из круга… Да и тренировочного зала магов жалко не было вот совсем. Подумаешь! Не ведьминская мастерская же страдает.
В крайнем случае, всегда можно сказать, что я нечаянно, и вообще меня довели.
— И что? — спросила заранее враждебно. — Вобрать обратно я его все равно не могу.
Чистая правда, кстати.
— Это и не нужно, просто перенаправь его.
Прямо скажем, совет был дельный, но я не собиралась прислушиваться. Я же нечаянно и все такое… Пусть этих элитных негодяев хоть камнями закидает, что ли!
— Ведьмочка, я прошу! — рыкнул Глеб, но взгляд его остался все таким же проникновенным.
— Вот еще, — возмущенно фыркнула я, глотая опять почему-то подступившие слезы. — Они же даже не маги, они… настоящие свинтусы!
Под потолком, чуть ниже темно-золотой сетки, которую видела одна я и немножко Глеб, полыхнула алая молния. Следом послышался грохот.
Ой… Кажется, оно само перенаправилось.
Что ни говори, а эта Академия меня любит! Уже второй раз помогает отомстить.
— Ну, хоть так, — вздохнул Полуденный, заинтересованно поглядывая на мечущихся у двери хряков.
Жертвы ведьминской мести с ужасом взирали друг на друга, заполошно хрюкали и, путаясь в ногах, которых внезапно стало аж в два раза больше, носились по залу.
Хорошо хоть ругать не стал. Я благодарно вздохнула и отчего-то опять разрыдалась у него на плече. От облегчения, наверное.
— Живо прекратили этот визг и пошли к куратору за наказанием! — скомандовал Глеб. — И до ректора этот инцидент дойдет, можете не сомневаться. Ведьминский факультет сейчас на особом контроле.
— Хрю…
— Хрю!
— Ви-и-и-и-и!!!
— Ладно, сначала к ведьме Эсмеральде, потом к куратору, — смилостивился Глеб.
Еще минуту после их ухода он терпеливо слушал мои всхлипы и даже гладил по спине, потом подхватил на руки и понес к выходу.
В коридоре меня чуть не затискали совершенно счастливые девчонки.
А Глеб до самой мастерской нес. А это две лестницы и много-много коридоров! Приятно-о-о…

Наказание в форме недельного дежурства на кухне и еще двух недель неоплачиваемой работы в патруле лично меня не впечатлило. Напугали бедную ведьмочку… ну, можно сказать, что до поросячьего визга, а им за это почти ничего не было?! Отработку в патруле вообще можно считать дополнительной практикой.
Несправедливо.
К тому времени как в мастерскую вернулась ведьма Эсмеральда с новостями, я успела выпить успокаивающий отвар, перестать трястись и убедиться, что с Татошей полный порядок. Еще узнала, что девчонки, когда эти изверги меня уволокли, первым делом побежали звать Глеба. Ну и теперь вот про наказание.
Интуиция подсказывала, что противные маги на этом не успокоятся.
Ну и ладно. Будем решать проблемы по мере их возникновения.
От предложения отпустить меня с занятий домой я отказалась. Что я, больна, что ли? Страх давно прошел, оставив после себя невнятное чувство стыда. Еще на девчонок было немножко досадно: ну зачем они позвали Глеба? Почему не Богдана? Перед Полуденным почему-то было особенно неловко.
— Что же, раз инцидент исчерпан, можем приступить к главному на сегодня. — Богдан неспешно расхаживал среди столов, а нам порой приходилось выворачивать шеи, чтобы уследить за его перемещениями. — Сейчас определим профиль каждой из вас. Потом младший преподаватель Полуденный прочитает вводную лекцию о технике безопасности, а я тем временем составлю расписание. Получите листы на руки и до завтра можете быть свободны.
Похоже, он и сам рассчитывал сегодня уйти пораньше, но не тут-то было. Уже на стадии определения преобладающих способностей, а вместе с ними и будущей специализации, начались проблемы. А как иначе, с ведьмами ведь дело имеют!
Первой была Элька. Она сама вызвалась.
Делалось это достаточно просто. Богдан держал в руке незаряженный кристалл на цепочке, ведьмочке же предстояло послать в него первое заклинание, которое в голову придет.
Элла и послала! Что-то темно-синее, пульсирующее. Оно пронеслось мимо, оставляя в воздухе быстро тающий желтоватый след и гадостный запах, и впиталось в кристалл. Прозрачный камень пожелтел и покрылся плесенью. Фу!
— Вредительство, — резюмировал магистр Богдан.
Мы с Красой переглянулись и спрятали улыбки. Ну, Элька! Кто бы мог подумать! А такой рассудительной и уравновешенной казалась, совсем даже не мстительной.
— Моя ученица, — умиленно проворковала ведьма Эсмеральда.
Возражений не последовало, и декан ведьминского факультета сделал какую-то пометку в ведомости.
Следующей к нему подошла я. И тут проблемы продолжились.
И дело было вовсе не во мне! Я была такая злая после случая с магами, что просто чуяла — сейчас в кристалл врежется порча, и меня тоже Эсмеральда заграбастает себе, потому как за пакостничество у нас именно она отвечает. Но не тут-то было!
Вспышка — визуальный эффект от заклинания — получилась искристо-синей. Она молнией пролетела по классной комнате и врезалась в новый кристалл. Сильно врезалась, потому что магистр Богдан покачнулся и выругался сквозь зубы.
Звяк! — сказал кристалл и разлетелся на осколки.
— Простите, я не нарочно, — пролепетала я и, вооружившись чистым платочком, бросилась к магистру, по руке которого стекал алый ручеек.
Многовато от меня проблем для одного дня.
— Ничего, бывает. — Полуночный выдавил слабую улыбку и позволил мне обмотать ладонь платком, предварительно убедившись, что там не осталось осколков. Только после этого огласил вердикт: — Общая магия. С тобой буду заниматься я сам.
С сердца словно камень свалился. Не разозлился! В ученицы берет!
Но не успела я вернуться на место, как из дальнего угла, который занимал Глеб, прилетело сдержанно недовольное:
— Возражаю.
Я дернулась, словно молнией ужаленная, и садиться пока не стала. Кажется, сейчас меня будут делить.
— Прошу прощения? — С холодным выражением на лице и высокомерно вздернутой бровью Богдан Полуночный больше походил на аристократа, чем на мага.
— У нее одинаковые способности ко всем видам магии. И довольно неплохие, могу заметить, — объяснил свою позицию молодой маг. — Я тоже могу с ней заниматься.
Вот этого я и боялась. Что-то так неуютно стало, хоть в окошко выскакивай! Но тут третий этаж, а внизу колючие кусты роз, и метла надежно зажата в креплении… В общем, от необдуманных телодвижений пришлось воздержаться.
— Цветана уже моя ученица, — начал злиться магистр. — Это решено.
— Ничего не решено. — Глеб только входил во вкус. Перспектива заполучить в обучение меня и одновременно позлить заклятого врага ему необычайно нравилась. — С ней должен заниматься ты, если ведьмочка хочет обучаться общей магии. Но это же скучно! Тем более ты даже плетений ее полностью не видишь, не сможешь указать на ошибку в случае необходимости. А я, благодаря толике ведьминской крови, могу! И вообще, вдруг она хочет варить зелья, создавать амулеты или специализироваться на нечисти? Тогда однозначно ко мне!
Правильно все он говорил, но что-то мне совсем тоскливо стало. Просто набор стандартных заклинаний — это действительно скучно. Большей части из них меня еще ведьмак Роланд научил. От учебы в Академии хотелось чего-то иного: научиться разбираться в иллюзиях и защищать себя от магов для начала. Интуиция уверяла, что с Глебом рамки будут шире. Он еще молод, сам недавно был на моем месте, с ним учеба вполне может оказаться веселой. Но не слишком ли веселой? И не взъестся ли на меня за такие дела магистр Богдан? Да и становиться подопечной Глеба, после того как он нес меня на руках, а я рыдала у него на плече, было слегка странно. Сегодня я во всей полноте осознала, что значит чувствовать себя между двух огней.
— Если появится необходимость, я обращусь к тебе за консультацией, — сквозь зубы процедил Полуночный. — Цветаной занимаюсь я сам. Точка!
Зеленые глаза молодого преподавателя нехорошо вспыхнули, но тут Эсмеральда решила вмешаться:
— Что вы спорите? Нет чтобы девочку спросить!
Логично, в общем-то. Но как я хотела этого избежать…
В итоге не только мужчины, но и я посмотрела на ведьму с нескрываемой «благодарностью».
— Ладно, — сдался магистр, но чувствовалось, что ему это против шерсти. — Цветана, выбирай.
Задумчиво проскользив взглядом по мастерской, я подавила желание напроситься второй подопечной к ведьме и неопределенно пожала плечами.
— Даже не знаю…
— Тогда давайте с Красой разберемся, — внесла еще одно разумное предложение ведьма Эсмеральда. — А Цветану заберет тот; кому ведьмочки не досталось.
Маги в восторг не пришли, но согласились.
Декан ведьминского факультета вооружился очередным амулетом.
Краса встала, потопталась немного, наморщила лоб — и выпустила, наконец, заклинание.
Амулет лишь слегка качнулся в руках магистра и… сделался ярко-розовым, в точности как фамильяр Красы. Шиншилла даже щелкнула зубами ревниво.
— Зелья, — с безмятежной улыбкой объявил магистр боевой магии. — А это значит…
Глеб с мрачным видом вернулся на свое место.
А вот Краса так легко сдаваться не собиралась.
— Ни за что!
— Адептка Проточная, — Полуночный упреждающе сузил глаза, — кристалл определил ваши способности. И лучше всего вам удаются именно зелья.
Последнее, кстати, было правдой. За время, которое мы жили вместе, мне уже доводилось пару раз пробовать ее отвары. Краса готовила их без энтузиазма, спустя рукава, но результат всегда оказывался выше всяческих похвал.
Кислое, как лимонный сок, разочарование, разлившееся в груди, я постаралась проигнорировать. Это же хорошо, что я не попадаю к Глебу. Впрочем, речь идет в основном о написании диплома, над которым надо начинать думать уже сейчас, потому что что в ведьминской школе, что в Академии, учиться нам всего три года.
— Плевать! — взвилась обычно спокойная и улыбчивая девушка, в ее глазах взметнулась злость. — Я — внучка магистра! Я укротила черную метлу! Я способна на большее, чем всякие чаечки полезные варить!!!
Упомянутая черная метла, до того мирно висящая в своем креплении, скептично затрещала прутьями. Пришлось осадить ее предупреждающим взглядом. Нехорошо, конечно, получилось: теперь Краса снова надеется стать боевым магом, но если бы метла сбросила ее с большой высоты, было бы еще хуже. Только это мою совесть и успокаивало.
Треск стих, но оба боевых мага уже успели обратить на нас с метлой внимание. И такие у них взгляды заинтересованные стали… Странно, что они не друзья, при такой-то схожести мышления.
Отвернувшись к окну, я спрятала пылающие щеки под прохладными ладонями. Хоть бы смолчали!
— Проточная, занимаясь зельями, вы в любой момент можете доказать, что отлично умеете что-то еще, — проявил дипломатичность наш декан. — Я буду только рад. Но пока указываю именно этот профиль.
Злые искорки в глазах внучки магистра сменились слезами.
— Вы не понимаете… — всхлипнула она и, поникшая, поплелась к своему месту.
— Чего именно? — заинтересовался магистр Богдан.
Краса глянула на него обвиняюще и со слезами в голосе ответила:
— Если бы я стала очень сильной ведьмой, я бы потом, после выпуска, попробовала поступить на боевой факультет…
— И провалилась бы с треском, — жестко оборвал мужчина. Его дипломатичность я все-таки переоценила.
— П-почему? — прохныкала ведьмочка.
— Собственно, по той же причине, по которой все боевые маги Империи не смогли в свое время остановить ведьму, оказавшуюся элементалем, — меланхолично пояснил Полуночный. — Разная специфика магии. Ты же просто не увидишь их плетений! Максимум можешь стать очень слабеньким теоретиком. Оно тебе надо?
Краса кивнула, вроде как сдаваясь, но упрямый взгляд, брошенный на магистра Богдана, лучше любых слов говорил, что она так легко не отступит. Пока же инцидент был временно исчерпан, и учебный день пошел по плану: магистр Богдан отправился в свой кабинет составлять и заверять расписание, а Глеб вышел из своего закутка на свет, чтобы прочитать нам вводную лекцию по технике безопасности. Последняя сводилась всего-то к нескольким зыбким правилам.
От боевых магов держаться подальше.
Боевых магов по возможности не проклинать.
А если все же прокляли, сматываться быстро и далеко и все отрицать.
В общем, относительно безопасным это все было для магов. Но приятно оказалось еще раз убедиться, что наши преподаватели на нашей стороне.
Глеб закончил достаточно быстро, и у нас образовалось немного свободного времени. Краса усиленно дулась, Элла принялась собирать с пола осколки разбитого мною кристалла, я же решила провести эти минуты с пользой и подсела к ведьме Эсмеральде.
— Что случилось, моя хорошая? — Наставница по вредительству ободряюще улыбнулась. — Хочешь о чем-то спросить?
Собравшись с духом, я все же начала:
— Помните, здесь с полгода назад одна ведьмочка училась?
— Милица? — Черные брови удивленно взлетели. — Конечно. Но чем она могла тебя заинтересовать?
Пришлось объяснять.
— Это моя подруга, мы выросли вместе. Потом она уехала поступать… Договорились встретиться в Академии, но ее здесь нет. Может, вы слышали, за что ее исключили?
Эсмеральда наморщила лоб и задумчиво накрутила на палец прядь кудрявых волос.
— Ее не выгоняли, она сама ушла.
Что?! Да быть такого не может!
— Неправда! — возмутилась я.
— Еще какая правда, — продолжая теребить кудряшку, сообщила ведьма. — Тогда ведьминский факультет еще не открыли, старичок-ведьмак как раз на пенсию ушел, с Милицей одна я занималась. Я же у себя на столе ее заявление об исключении нашла, потом заверяла у Гусыни.
— А она не сказала, что это ей в голову взбрело? — Я жалобно посмотрела на наставницу.
— Нет, извини, — с искренним сожалением развела руками Эсмеральда. — Она так внезапно пропала, что я даже спросить не успела.
Разговор, который должен был хоть что-то прояснить, только добавил вопросов. Что такое должно было случиться, чтобы Мила ушла из Академии по доброй воле? Неужели будущие маги ее так достали? И где она теперь? Почему поисковые заклинания не смогли ее найти?
Настроение упало окончательно. Я вернулась на свое место и просидела там тихой мышкой до самого появления магистра Богдана.
— Вот и все на сегодня, — улыбнулся он, раздавая нам листы с расписанием. — Встречаемся завтра в девять.
Как водится, без неожиданностей не обошлось. И не сказать, что они оказались приятными.
Ведьмы изучали всего три предмета, что являлось причиной плохо скрываемой зависти тех же боевых магов, которых гоняли в хвост и в гриву. Общая магия давала знания по части заклинаний, ритуалов и управления силой, зелья и травы… ну, тут название говорит само за себя, и вредительство, оно же пакостничество, где изучали всяческие порчи, проклятия и мелкие подставы разных видов. Учеба для нас была не слишком сложной и всегда веселой. Может, поэтому нас и ненавидят? Никакой физподготовки или заунывных лекций о том, что в жизни точно не пригодится, но знать зачем-то надо, притом обязательно.
Итак! Понедельники отводились на общую магию с магистром Богданом и младшим преподавателем Глебом, практические занятия по ней же и организационные встречи с куратором. Этот день недели обещал быть непростым, но полезным хотя бы. А вот вторник угрожал стать настоящим ведьминским кошмаром! Главным образом потому, что проводить его придется с магами, целителями и всеми прочими, кто учится в Академии. Магистр Богдан с совершенно довольной улыбкой сообщил, что выбил для нас разрешение посещать поточные лекции. История магии, азы целительства, самооборона и да, физподготовка. По ведьминскому факультету пронесся горестный стон.
По средам, согласно плану, мы должны заниматься травами и зельями с Глебом. По четвергам — вредительством с ведьмой Эсмеральдой. Пятницы выделялись на практику по вредительству в домашних условиях, которая особо не контролировалась. Можно считать, дополнительный выходной.
Не так уж все и плохо, но… физподготовка?! Они это серьезно?
Мы с девчонками обозрели неприлично довольных боевых магов и взялись за руки под столом. Ничего, прорвемся! Все занятия во вторник не влекут за собой экзаменов или зачетов, они нужны просто для общего развития, так что можно немножечко почудить.

Глава 6

Новенький котел пришлось отдать под приготовление пищи, а Красе купить другой. Теперь раздувшаяся от осознания собственной важности и сегодня какая-то особенно розовая шиншилла Ядя вдохновенно ваяла нам омлет с ветчиной, который в ее списке значился зельем номер сто девять, а мы с соседками, вдыхая изумительные ароматы и блаженно жмурясь, обсуждали учебные дела.
Поточные лекции мы начнем посещать только со следующей недели, потому пока дела шли неплохо. Богдан покорил нас своими знаниями, и мы, словно губки, старались впитать как можно больше. Преподаватель и маг в магистре оказались сильнее, чем аристократ, и, не видя наших плетений самостоятельно, Полуночный не гнушался обращаться за помощью к Глебу. Они все так же умудрялись цапаться при малейшей возможности, но процессу обучения вверенных им ведьм это нисколько не мешало.
Сам Глеб гонял нас, как если бы мы были боевыми магами. В среду устроил зачет по травам, а в четверг занял у ведьмы Эсмеральды два часа от ее любимого вредительства и затеял лабораторную по лечебным зельям. Самые сложные выбрал, изверг! Те, где на крупицу какого-нибудь корешка ошибешься — и все, прощай, результат.
Нет, то есть это мы сами во всем виноваты. Изначально Полуденный собирался читать нам вводную лекцию о травах, растущих в центральной части Империи. Но мы это все прекрасно знали, а потому дружно сморщили носы и потребовали научить нас чему-то полезному и интересному, достойному Академии. В итоге нарвались на зачет и лабораторную. Ими Глеб остался доволен и со следующей недели обещал подкорректировать программу в сторону чего-то более сложного и необычного.
Разозленная его поведением Эсмеральда со следующей недели перенесла основные занятия по вредительству в ведьминскую школу, в которой официально работала. А нам только в радость! Если так посчитать, противных магов придется видеть всего три дня в неделю.
Сегодня была пятница. Та самая, которая предполагала домашнюю практику по вредительству, а на самом деле являлась дополнительным выходным. И пусть противные маги и вредные целительницы опухнут от зависти!
— Девчонки, как думаете, бывает так, чтобы магией заразиться можно было? — вдруг спросила Элла. — Ну, знаете, коснулся тебя кто-то, и ты перенял часть его умений.
Отвлекшись от мыслей о еде, мы с Красой обеспокоенно посмотрели на подругу. Странная она в последнее время… Бледная, невыспавшаяся, от каждого шороха вздрагивает. Вот и сейчас, несмотря на то что было тепло, Элька куталась в шаль и даже ни разу не повела носом в сторону котла.
— Знаешь же, что так не бывает, — настороженно отозвалась внучка старого магистра.
— Иначе все к тридцати годам уже были бы магистрами, — добавила я.
И что это ей в голову взбрело? Надо же было такое придумать!
— Вот и я была уверена, что не бывает, — почесала кончик носа наша вредительница.
— А спрашиваешь тогда зачем? — продолжала допытываться Краса.
За Эллу вдруг стало так боязно, что мы даже писк розовой шиншиллы, возвещающий о готовности завтрака, проигнорировали. Не до того сейчас! К счастью, магия Яди прекрасно позволяла перемещать зелья в сосуды, а еду в тарелки. Это спасло омлет от подгорания и безвестной кончины в мусорном ведре. Зато Ядя, лишенная утренней порции восхищения, смертельно обиделась и укусила хозяйку за палец.
— Просто… — Элька совсем поникла. — Я вроде бы заразилась…
— Что-о?! — Мы с Красой так и подпрыгнули, чуть стол не сшибли.
Потом выдохнули, посмотрели друг на друга, на нашу страдалицу разнесчастную, и принялись задавать более конкретные вопросы:
— От кого? Надеюсь, не от какого-нибудь мага несносного. — Это Краса. — А то станешь такой же заразой, а нам воспитывай тебя потом, пробуждай доброе и светлое!
— А чего нахваталась-то хоть? — Я была более рациональна. — Если чего-то полезного, может, не так и плохо?
Отчаявшись обратить на себя внимание, Ядя заставила тарелки переместиться на стол. Впрочем, интерес к завтраку не вернули ни летящие по воздуху тарелки, ни аромат, от которого еще недавно слюнки текли. Вот что с ведьмочками любопытство делает!
Элька меж тем совсем затосковала.
— Помните ту сумасшедшую ведьму с торговых рядов? — упавшим голосом спросила она.
— Ага! — Мы с Красой дружно кивнули.
— Она тогда меня за локоть сильно схватила, — обняв себя руками за плечи, продолжала наша страдалица. — И после того мне стали сниться эти сны…
Сознайся она в подобном боевым магам, они бы ее на смех подняли, но мы, ведьмы, привыкли считать, что невозможного не существует. А потому, даже смутно себе представляя, как чокнутая ведьма могла повлиять на сны нашей подруги, мы с Красой придвинулись ближе и обняли Эльку с обеих сторон.
— А что снится-то хоть? — уточнила я и не стала возражать, когда Элла пристроила голову ко мне на плечо.
— Страшное, — пожаловалась наша начинающая провидица.
Ну не считать же родную подругу сумасшедшей? Пусть уж лучше провидицей будет.
— Рассказывай! — затребовала Краса.
— Академия, но там пусто и мрачно… — начала перечислять Элла. — Алтарь со страшными узорами. И ведьмочки, им плохо и больно. Они заперты и не могут выбраться.
— Похоже на обычный кошмар. — Меня передернуло.
— Еще мне снилось, что Цветана целуется сначала с Феликсом, а потом с Глебом, — слабо улыбнувшись, поделилась Элька.
Краса тихонько, чтобы не обидеть меня, хихикнула.
— Не смей больше снить непотребства с моим участием! — возмутилась я.
Ишь чего удумала! Противного Феликса я трехкратно проклясть готова, а потом просто прибить, что же до Глеба… хватит того, что я рыдала у него на плече. Теперь без всяких поцелуев смотреть на него боюсь.
— А еще что Краса пишет диплом по зельям. Усовершенствованному приворотному, которое раскрывает истинные чувства, — продолжала откровенничать ведьмочка. — И на следующий день Красу правда определили заниматься зельями. Теперь вы мне верите?
Не знаю, но на всякий случай постараюсь держать дистанцию и с Феликсом, и с Глебом.
Омлет жевали холодный. Потом Краса битый час сюсюкала над шиншиллой и чесала ей спинку, пока та не согласилась подогреть нам чай. Пока же вода в котле закипала, внучка старого магистра придумала план действий:
— Надо аккуратно расспросить у деда, бывает ли так.
— Только про меня пока не рассказывай, — взмолилась Элька. — Не то я со стыда сгорю.
— А обо мне тем более! — строго предупредила я.
Надо же было такое напророчить! Между прочим, мне вообще не до поцелуев, подругу искать надо.
Хлопнула дверь, и некоторое время спустя в кухню заглянул как всегда бодрый и полный сил Горислав.
— Вот вы где, — кивнул он нам. — Решаете, что надеть на праздник, или будете сражать магов порчами, пакостями и приворотами?
— Ты о чем, дедушка? — забеспокоилась Краса, но, зная за собой вину, встала, чтобы помочь Яде разлить чай по чашкам.
Горислав прошел к своему месту и благодарно кивнул, когда к нему прилетела тарелка с омлетом.
— Как это — о чем? — Он даже удивился. — Сегодня в Академии праздник начала учебного года. Я, когда мимо шел, видел мельком, как маги колдуют над эффектным освещением и фейерверками, а целительницы украшают замок цветами.
На минуту над кухней воцарилась нехорошая тишина. Мы с девчонками переглянулись, мысли в головах крутились одинаковые, потому что, не сговариваясь, мы дружно кивнули и сверкнули по-ведьмински вредными улыбками.
— А ведьм, значит, не пригласили… — нехорошо так протянула Элла.
— Наверное, потом скажут, что наши приглашения затерялись где-нибудь, — понуро склонила голову Краса.
— Ничего, мы сами придем, — предложила хороший план я. — Ну а что, у нас же практика по вредительству? А испортить этим зазнайкам праздничное настроение — чем не пакость?
Идею одобрили и всецело поддержали. А к тому времени, как чай в чашках закончился, мы решили, что должны выглядеть лучше всех.
— Как раз успеваем смотаться в лавку готовой одежды, — воодушевилась Краса. — Девчонки, по метлам!
Собрались в рекордные сроки и с метлами наперевес выскочили во двор. Мне вдруг подумалось, что сегодня здесь Феликс не появится. Учитывая, что извиняться будущий маг не торопится, дарить цветы он мне будет еще долго, но вряд ли его кто-то предупредил, что по пятницам у ведьмочек выходной. Так что букет получу на празднике, у всех на виду.
Мелочь, а пакость! И от этого так приятно на душе становится, так солнечно…
Пришлось замешкаться ненадолго, чтобы отпихнуть от себя черную метлу, которая почему-то вдруг забыла, что у нее другая хозяйка. Но уже через несколько мгновений путаница была устранена, и мы взмыли над городом.
С высоты ведьминского полета Лавиенна была потрясающе красива. Каменные домики с садами или хотя бы цветами на окнах, старинные здания, императорский дворец, замок Академии и несколько замысловатых строений других учебных заведений, парки с фонтанами, кондитерские и трактиры… Некоторое время мы просто летали, любуясь красотой. Потом Краса сориентировалась, нашла взглядом нужный магазинчик и дала команду снижаться. Со вздохами сожаления мы с Элькой последовали за ней.
Наряды выбирали часа два, не меньше. Но результат того определенно стоил.
В милом персиковом платье Краса выглядела непривычно хрупкой. Элька выбрала алое, с короткими рукавами-колокольчиками и пояском под грудью, и в этом наряде она сделалась особенно жгучей брюнеткой. Кажется, даже бледность исчезла в неизвестном направлении. А я надела фиолетовое с серебряной вышивкой, а на праздник решила расплести косы и немного поколдовать над волосами, чтобы они действительно были рыжими.
Возвращались домой пешком. И если мы с Эллой преспокойненько пристроили покупки на метлы и шли налегке, наслаждаясь прогулкой, то Красе приходилось тащить коробку с платьем, туфельками и еще несколькими купленными мелочами. Собственно, мы потому и шли, что черная метла ни за что не согласилась везти хозяйку вместе с коробкой. Или хотя бы одну коробку. Вот одну Красу — это пожалуйста, но платье, в понимании волшебной метлы, должно было попасть домой самостоятельно. И даже злобные взгляды в моем исполнении не подействовали.
Ну не зараза ли?! Обклею стразами, будет знать!
Идти было не особенно далеко, и путь наш лежал по центральной части города, так что мы заинтересованно вертели головами, и даже Краса, разглядывая вывески и витрины, забыла о неудобствах. Все же возможность хорошенько напакостить магам-зазнайкам стоила небольших жертв!
Вот они «обрадуются», когда мы все-таки придем! А счастью целительниц вообще предела не будет.
— Стойте… — вклинился в мои мысли голосок Эльки. — Я ненадолго.
И она зашагала к лавке старьевщика.
Мы с Красой переглянулись, наказали метлам не сметь никуда улетать и поспешили за подругой. А то ее без присмотра оставь, еще каким-нибудь даром разживется, а нам потом мучайся.
Внутри царил полумрак и пахло пылью и старыми вещами. Многочисленные полки были заняты книгами в кожаных переплетах, украшениями, надежно запрятанными под стекло, старыми лампами, магическими жезлами, коллекционными куклами и прочими интересными вещами. Лавки, подобные этой, частично находились вне закона, в том смысле, что хозяин платил в казну завышенный втрое налог, а взамен никто не спрашивал, откуда у него появилась та или иная вещица. Порой попадалось действительно что-то стоящее. Например, вон та ведьмина книга может оказаться полезной… Это я к тому, что нас с Красой не особенно удивило желание Эллы заглянуть сюда.
Элька уверенно прошла к прилавку, за которым чистил старый жезл из черненого серебра пожилой хозяин, мы же остались у входа, с любопытством разглядывая все вокруг, но и за подругой не забывая присматривать.
Посещение ею лавки действительно не заняло больше минуты.
— Вот это кольцо, пожалуйста. — Она точно знала, чего хочет.
— Две серебряные монеты. — Хозяин, в котором маленькие черные глазки и заостренные волосатые уши выдавали родство с нечистью, — тоже.
— Всего-то?! — Ведьмочка даже подпрыгнула.
Впрочем, она быстро взяла себя в руки и полезла за кошелем.
— А хочешь дать больше? — сориентировался хваткий тип.
— Только попробуй задрать цену, нашлю порчу на бедность! — не осталась в долгу ведьмочка.
Они смерили друг друга оценивающими взглядами, после чего в руки к Эльке перекочевало желанное кольцо, а нечистик заполучил свою плату. Расстались эти двое совершенно довольные друг другом.
Мы с Красой этого радужного настроения разделить не могли. Нас грызло любопытство.
И как только все трое оказались на улице, мы поспешили разобраться, что тут к чему.
— Дай посмотреть! — Мы с двух сторон атаковали Эльку.
Деваться нашей скрытнице было особенно некуда, и она протянула руку, позволяя рассмотреть простенькое кольцо на своем пальце. Выглядело оно дешево: имитация старого серебра и лунный камень овальной формы. И почему она так удивилась, когда старьевщик назвал цену в две монеты? Лично я бы и одной за эту безделушку пожалела.
Объяснение могло быть лишь одно.
— Оно тебе снилось? — осторожно предположила я.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы поманили за собой метлы и неспешно направились к дому.
— Что? — удивленно взмахнула ресницами Элла.
— Да кольцо же! — нетерпеливо фыркнула Краса.
Окинув нас каким-то усталым взглядом, Элла вздохнула и решила сказать… ну, надеюсь, что правду:
— Оно мое.
Сказать, что мы удивились, — значит ничего не сказать.
— Не может быть!
— Как?!
Правильнее было бы спросить, каким образом вещица попала в лавку. И с какой радости Элла стала за него платить, если оно и так принадлежит ей?
Впрочем, мыслили мы примерно одинаково, даром что ведьмочки, так что подруга обозрела наши слегка вытянувшиеся мордашки и принялась отвечать на незаданные вопросы.
— Его украли, когда я в город приехала. Сама виновата, ходила с раззявленным ртом, по сторонам глазела, а за вещами не следила. Вот и получила. Думала, уже не увижу его, а тут иду, а оно в витрине лежит себе спокойненько. Чудом заметила.
Пока все с трудом, но увязывалось.
— Колечко такое важное, да? — Краса еще раз мазнула взглядом по серебру и лунному камню и в ожидании ответа переключила внимание на Эльку.
— Да нет, — пожала плечами та, — просто мне мама его перед самым отъездом подарила, жалко было потерять.
— А зачем платила за него? — Мое любопытство было более настороженным и рациональным. — Почему не призналась, что вещь твоя?
Всегда бледные щеки Эллы залил чуть заметный румянец.
— Растерялась! — выпалила она и сверкнула на нас глазами. — Хватит уже меня допрашивать!
Скажи она это спокойно, я бы и сама угомонилась, но сейчас… Чует ведьминская интуиция, здесь зарыта какая-то тайна!

Хочешь, чтобы на тебя гарантированно обратили внимание, опоздай. Но не сильно, чтобы не пропустить что-нибудь интересненькое.
Но припозднились мы не поэтому. Сначала, как всякие приличные ведьмочки, долго собирались, потом я запихивала свина в новенький костюмчик из черного атласа, пристегивала шейный платок с блестящим камешком и уговаривала надеть поводок. А перед самым выходом мы с Элькой, ноя и канюча, упрашивали Красу зачаровать нам духи. Что ни говори, а работа со всяческими зельями, маслами и эликсирами удавалась ей лучше, чем кому бы то ни было.
И вот наконец три метлы снизились перед воротами Академии.
Мы спрыгнули на мостовую, оглядели друг друга, одобрительно кивнули и щелкнули каблучками.
Готовы! Ну, держитесь, недомаги!
— Шухер, ведьмы! — заорали из пристройки для сторожа.
Но с первого раза никто не услышал, а второго не случилось — Элька уже направила туда немую порчу действием до трех часов. А что, у нас же внеклассная практика по пакостничеству! И вообще, может, нам обидно видеть, что даже сторож тут против ведьм!
Гордо вскинув головы, мы прошествовали к крыльцу.
Там нас, конечно, заметили, а самые смелые даже рискнули препятствовать. Двое незнакомых старшекурсников встали поперек дороги, одарили незваных гостий в наших симпатичных лицах нахальными улыбками и продемонстрировали раскрытую папку с какими-то каракулями.
— Видите, вас нет в списке приглашенных, — с деланым сочувствием вздохнул один — с уложенными по последней моде русыми волосами и яркими синими глазами. — Забыли включить.
— Нам очень жаль, — сочувственно-издевательски кивнул его друг — широкоплечий брюнет с татуировкой в виде древнего символа на шее.
Мы с девчонками понимающе переглянулись. Кажется, нас только что относительно вежливо послали. Но поскольку с этими храбрецами мы раньше не пересекались, решили проявить гуманность. Ну, в ведьминском понимании.
Нацепив на лица вежливые улыбки, мы попятились. Недомаги победно просияли.
Да что ж они такие наивные-то?! Или самоуверенные? Метлой клянусь, это сказывается недостаток ведьм в Академии! Уж мы бы их быстро спустили с самодельного пьедестала на грешную землю…
Улыбнувшись своим мыслям, я вскинула ладонь.
Листы, аккуратно вложенные в папку, полыхнули оранжевым и рассыпались пеплом.
Почти уже боевых магов перекосило.
— Теперь в списках никого нет, — заверила Элька.
— И что же, разгоните всех из замка? — победно ухмыльнулась Краса.
— Девчонки, вперед! — скомандовала я и, бесцеремонно отпихнув преграду с дороги, стала подниматься на крыльцо.
Ведьмочки рванули следом. Метлы и фамильяры не отставали.
— Вы что творите?! — отмерли старшекурсники.
Бедняги были в таком шоке, что даже швырнуть в нас чем-то магическим не попытались. Какая жалость! Зря я, что ли, полтора часа защиту выплетала?!
— А вы думали, можно безнаказанно праздновать без нас? — возмутилась Краса.
— Запомните, — расщедрилась на дельный совет я, — если кто-то встает на пути ведьмы к веселью, он тут же бывает проклят, сглажен и испорчен. С фантазией!
Старшекурсники взвыли. Видимо, вспомнили, что сила у нас разнонаправленная, и если уж мы там чего наведьмачим, то избавиться от чар только мы и поможем, больше никто.
А из окна первого этажа за творящимся безобразием наблюдал Феликс и откровенно посмеивался над вляпавшимися «коллегами». Ох уж эти боевые маги! Никакого единства, сплошная конкуренция.
— Они что, нас еще и прокляли? — простонал синеглазый.
— Н-не знаю, — всхлипнул татуированный. — Чувствуешь что-нибудь?
— Нет.
— И я нет.
Но пришли они почему-то не к самому логичному выводу:
— Ведьмы!!!
Мы с Красой польщенно раскраснелись, а Элла обернулась, полыхнула огнями в глазах и предупредила:
— А еще раз нам на пути попадетесь, я вас тогда и на танец приглашу!
Магов тут только и видели.
Зато мы наконец совершенно беспрепятственно вошли в холл.
В честь праздника замок украсили цветами и переливающимися гирляндами, а по залам и коридорам неспешно летали круглые желтые огоньки. Звучала музыка, кто-то из преподавателей толкал поздравительную речь, повсюду сновали нарядные парни, реже попадались девушки. И если магини явились в штанах, рубашках и корсетах, которым, впрочем, нечего было подчеркивать, то миловидные целительницы ради такого случая достали свои лучшие платья.
Некоторые девушки и вправду казались достаточно хорошенькими. Но лишь до того момента, как при виде нас их очаровательные мордашки исказила злоба.
Мордашки превратились в перекошенные морды. Об очаровании тактично промолчу. Поклонники, которыми самые удачливые уже успели обзавестись, нервно икнули и шарахнулись в разные стороны.
А еще целительницы называются! Нет уж, лично я к ним на прием не пойду, лучше буду полтора часа Красу на зелье уламывать. Она хоть и вредничает, но не со зла же.
— Что они тут делают?! — прошипела рыжая красотка в черно-золотом одеянии. — Мы же договаривались…
Зря она об этом упомянула. Пока нас пассивно ненавидели, мы еще могли бы невозмутимо напакостить, но теперь… какая уважающая себя ведьма в своем уме откажется от мести? Мы с девчонками переглянулись и обменялись понимающими улыбками.
Целительница не смотрела. Слишком занята была, выслушивая извинения смутно знакомого мне парня с факультета боевой магии.
— Татоша, взять! — шепотом скомандовала я, после чего целеустремленно направилась ко входу в большой бальный зал.
Поводок был длинный, и свин вроде как по собственной инициативе решил прогуляться мимо целительниц.
Его близости противные девицы не обрадовались.
— Аааа! Уберите от меня это чудовище! — взвыла мирная с виду шатенка в милом розовом платье. — Оно меня испачкает!
— И наверняка оно воняет, — сморщила хорошенький носик белокурая лекарка в темно-синем струящемся наряде.
— Что вы хотите, она же из деревни приехала, — фыркнула печально знакомая мне рыжая. — Не могла не взять дурные привычки с собой.
Объяснять, что провинция — это не обязательно деревня, а свина я купила уже в Лавиенне, было бессмысленно. Насчет ведьм вообще и меня в частности местная элита уже все решила, и менять своего ошибочного мнения никто не собирался.
Что же… Значит, придется заменить элиту. Как минимум на один вечер, потому что пока они здесь, нам повеселиться нормально не светит.
Торговец фамильярами не ошибся, свин был бракованный. И выражалось это не только в лишнем темном пятнышке, но и в том, что полагающаяся ему стандартная магия средненького уровня оказалась деструктивной и работала только на порчу имущества. Но я питомца любила таким, каков он есть, а он взамен был послушным, дома ничего не портил… и, наоборот, портил, когда я просила. Как, например, сейчас.
Целительницы и их поклонники были так заняты, обсуждая меня, что нападения как-то не ожидали. И когда послышался треск ткани, натурально окаменели, кто в какой позе стоял, некоторые даже рты закрыть не успели.
Швы на платьях разошлись. Разноцветные лоскутки, словно листья осенью, осыпались к ногам девчонок. Для парней мы со свином ограничились всего лишь расклеившимися сапогами.
Довольно повизгивающий свин подбежал ко мне. Я присела на корточки, погладила любимца в знак поощрения, после чего отстегнула поводок.
И тут отмерли целительницы.
— Ааааа!
— Ведьма!
— Как ты посмела, дрянь деревенская?!
Ни одна уважающая себя ведьма не откажется от возможности хорошенько отомстить. И каждая из нас твердо знает, что, сделав свое черное дело, надо драпать. Желательно не оглядываясь.
Визжа так, что уши закладывало, девицы похватали остатки платьев, наспех наложили хиленькие иллюзии и поспешили испариться.
— Что там происходит? — расслышала я, когда мы уже почти добрались до большого бального зала.
Говорила пожилая женщина. Видимо, кто-то из преподавательниц.
— Скорее всего, пришли ведьмы, — а вот этот голос я отлично узнала. Глеб! — Все в порядке, госпожа Истейна.
Подбодренные его присутствием, мы с девчонками вошли в зал.
Надо отдать преподавателям должное, на наше появление они прореагировали совершенно индифферентно. К слову, их было не очень много: одна пожилая дама и трое молодых мужчин, назначенных следить за порядком на празднике. Но первая сонно хлопала густо накрашенными ресницами и так и норовила найти местечко поспокойнее, чтобы минутку вздремнуть, а остальные сами развлекались вовсю.
Отпущенный на свободу свин отправился разбираться с оставшимися целительницами. А мы решили ни в чем себе не отказывать и направились к столу, где стоял трехэтажный поднос с пирожными.
Слопав по клубничной корзиночке, мы запили это дело морсом, а когда огляделись, внезапно обнаружили, что являемся единственными девушками в зале. Ну, если не считать пожилой преподавательницы и магинь, которые больше походили на худосочных парней. Последняя целительница с визгом убегала прочь, ловя разлетающееся на ходу платье.
Глеб понимающе улыбался.
— Далеко пойдут! — отметил один из молодых преподавателей.
— Мои ведьмы. — Полуденный так и лучился самодовольством.
Его ведьмы? Хм! Это еще как посмотреть. Если с нашей стороны, то это он — наш маг!
Но лимит вредности мы на сегодня исчерпали, поэтому прояснять этот вопрос не пошли.
Вечер шел своим чередом. Без целительниц, от которых почему-то особенно явно веяло неприязнью, будто даже дышать стало легче. Маги не нарывались. Кое-кто из них пригласил танцевать магинь, другие ели, потягивали слабое вино, обсуждали что-то свое, боевое, некоторые время от времени мотались на улицу, чтобы раздобыть чего покрепче разбавленного вина. Преподаватели притворялись, будто не замечают.
И только мы так и торчали у стола с пирожными, которые, ввиду своей доступности, уже перестали казаться такими привлекательными. На нас смотрели кто с интересом, кто с неприкрытым раздражением, но никто не подходил.
— Как танцевать хочется, — тягостно завздыхала Краса.
— Ага. — Я сама не ожидала, что скажу это!
— Мало было избавиться от злобных соперниц, — проворчала Элька, из-под опущенных ресниц поглядывая на занятых своими делами магов. — Мы им не нравимся.
— Скорее, они нас боятся, — задумчиво пробормотала я, отставляя опустевший стакан. — И я не понимаю: почему этих противных целительниц не боятся, а от нас шарахаются, как от чумных!
Так обидно вдруг стало! Ну чем мы хуже этих мегер, у которых силы унция, а зазнайства — в котел не вместишь?!
— Странно, что это нужно объяснять, — прозвучал рядом приятный голос, и, повернув головы, мы увидели одного из преподавателей. Не Глеба. — Если целительницам вдруг взбредет в головы колдовать, маги, особенно не напрягаясь, справятся с любыми их кознями. В то время как простейшую пакостную порчу один из моих лучших студентов до сих пор на себе носит. Кстати, не хотите снять?
Обращенный исключительно на меня взгляд заставил занервничать.
— Нет.
— Так я и думал, — с преувеличенным сожалением вздохнул молодой преподаватель, а потом взял и галантно поклонился Красе. — Не потанцуете со мной?
Ведьмочка замялась. Танцевать ей жутко хотелось, но принять приглашение преподавателя было страшновато. В итоге, как это обычно и бывает с ведьмами, после минуты внутренних терзаний «хочу» победило, и Краса вложила дрожащую от смущения ладошку в руку мужчины.
Они присоединились к немногочисленным парам, кружащимся на выделенном для этого свободном пространстве.
Не успели мы с Элькой испустить по завистливому вздоху, как перед подругой обозначился целитель из старшекурсников. Эльку тоже увели.
И ко мне двигался кто-то смелый, но… на полпути сменил траекторию. А вслед за ним и второй. Потом третий.
Я уже почувствовала неладное и изрядно рассвирепела, когда рядом возник сначала букет привычных уже белых роз, потом протянутая рука, и только потом Феликс.
Стоит. Молчит. И нахально ухмыляется!
Последнее — настоящий вызов для ведьмочки.
Но если букет я сразу взяла, то насчет танца серьезно сомневалась.
— Хочешь пригласить меня? — уточнила, опасливо косясь на предлагаемую ладонь.
Впервые за время знакомства Феликс улыбнулся почти доброжелательно.
— Ну, ты же, наверное, хочешь потанцевать…
— Если честно, я еще не простила тебя за иллюзию, — избавиться от настороженного отношения к нему не получалось.
— Я тебя за порчу тоже не простил, — хмыкнул парень. — Так что мы квиты.
А вот это уже наглость несусветная!
— Сравнил тоже маленькую безобидную порчу с зачарованным кругом и монстром! — возмутилась я.
— Между прочим, из-за твоей маленькой и безобидной мне скоро подрабатывать придется, — кисло скривился в ответ будущий боевой маг. — Розы, знаешь ли, стоят недешево, а твое колдовство заставляет брать самые лучшие.
Совесть слегка шевельнулась в укромном уголке души.
— Тогда действительно квиты, — ослепительно улыбнулась я и вложила руку в его ладонь.
Двигался Феликс отменно, при этом не лапал, держал дистанцию и за следующий час умудрился ничем не взбесить меня. Напротив, даже веселил. Например, он признался, что таким умением танцевать обязан боевым тренировкам. Я не поверила, но смеялась от души. Избавление от свинячьего облика и вытянувшиеся лица целительниц в устах парня тоже превратились в захватывающую байку. И дежурство в патруле. И даже помощь по кухне, где провинившийся студент предстал чуть ли не героем, спасшим главную домовиху от едва не выплеснувшегося на нее колчана с супом.
Я, конечно, лапшу с ушей потихоньку снимала, но немного расслабиться и повеселиться себе позволила. А вздумает что-нибудь выкинуть, опробую защиту, которую выгшетала полтора часа. Я внесла в заклинание небольшие изменения, вот заодно и узнаю, работает ли оно в таком виде.
Увы, план Феликса оказался до безобразия прост и не имел ничего общего с местью или пакостью.
Устав от танцев, я остановилась у окна, чтобы отдышаться. Огоньки кружили по залу, создавая волшебную атмосферу, краем глаза я успела заметить, что подруги сменили партнеров и теперь танцевали со старшекурсниками, Феликс принес мне бокал с тем самым слабым вином. Ну, это для тренированных парней оно слабое, а у меня уже со второго глотка голова пошла кругом и потянуло хихикать.
Недомаг выждал еще немного, и только убедившись, что жертва его обаяния дошла до нужной кондиции, аккуратно завел интересующий его разговор:
— Слушай, раз мы так хорошо общаемся, может, снимешь свою порчу, а?
Маневр я просекла, но настроение было до того хорошее, что решила сжалиться. Все-таки он правда старается.
— Ладно. Давай сейчас ты попросишь прощения, я приму твои извинения, и будем считать инцидент забытым.
Хотела еще пояснить, что это я не из вредности, просто изначально условие снятия порчи было именно таким, не выполнив его, даже я с пакостным заклятием ничего поделать не могу. Но мага так перекривило, что я трусливо решила промолчать.
— Прощения? У ведьмы?! — изумился Феликс.
— У меня, — внесла ясность и на всякий случай отступила на шаг.
Он прожег меня ненавидящим взглядом и выплюнул:
— Ладно, извини. Больше не повторится.
И в тот самый момент, когда волшебные слова были сказаны… ничего не произошло. То есть совсем ничего.
— Ой, я не успела сказать… — и еще на шажочек отошла. — Извиняться надо искренне, от чистого сердца, и прилюдно.
Будущий боевой маг посмотрел так, что мне в срочном порядке захотелось провалиться и проинспектировать местные подземелья. Там наверняка масса всего интересного!
— Ты издеваешься?! — простонал Феликс, полыхая глазами.
— Нет, — ответила честно. — Но когда насылала порчу, я была дико зла.
— Или просто пыталась привлечь к себе внимание, — фыркнул этот на всю голову боевой маг.
Настал мой черед возмущаться.
— Что?!
— Сама посуди, — пустился в объяснения он, привалившись плечом к стене, таким образом происходящее выглядело так, будто мы просто мило болтаем, — если бы ты тогда не напакостила, я бы через минуту и думать о тебе забыл. А так по сей день цветы таскаю.
Негодование было таким сильным, что я на минуту онемела. Да как он смеет? Что этот маг о себе мнит?!
Конечно, он не мог не воспользоваться ситуацией.
— Интересно, на что ты рассчитываешь? — вкрадчиво уточнил Феликс и как-то внезапно оказался совсем близко ко мне.
— П-поверх порчи прокляну! — забеспокоилась я и попыталась метнуться в сторону, но не успела, в локоть железной хваткой вцепились пальцы.
— Могу предложить только это, не больше, — прошипел недомаг, склонив свое лицо к моему… а в следующий миг впился в губы поцелуем.
Нагло, дерзко и немного грубо. Мне совсем не понравилось.
Да он чуть меня не задушил!
Терпение мое иссякло в тот миг, когда воздуха стало не хватать. Дернулась — он не отпустил, наоборот, удвоил старания. Я сильнее дернулась — недомаг не прореагировал. Пришлось ущипнуть его за ухо. Вот теперь Феликс отпрянул и с удивлением уставился на меня.
А вид какой самодовольный… И все смотрят…
И Глеб.
Щеки словно кипятком обдало. Гусь самовлюбленный! Да как он вообще посмел?!
Утерев губы тыльной стороной ладони, я коротко сообщила, что думаю по поводу случившегося:
— Фу!
Затем развернулась, подхватила юбки и бросилась бежать прочь из зала.

Глава 7

Опомнилась в одном из коридоров. Не предполагалось, что кто-то из студентов поднимется наверх, поэтому праздничное освещение наколдовали только для первого этажа. Пришлось создавать золотистый комочек света собственными силами. Справилась я без проблем, и когда окружающее пространство озарило теплое сияние, обнаружила, что забрела в административное крыло. На ближайшей двери, из-под которой прорезалась полоска света, висела табличка с именем ректора.
Разумнее было бы покинуть замок и лететь домой, но для этого придется пройти через холл, а попадаться кому-то на глаза не хотелось. Они все такие противные! И ненавидят ведьм!
А мы им ничего не сделали!
Лучше отсижусь в мастерской, а когда все разойдутся, спущусь за метлой.
Как раз вспоминала, как отсюда пройти к ведьминскому факультету, когда за ректорской дверью послышались шаги. И у меня сработал инстинкт. Плохо соображая, что вообще творю, я метнулась вперед по коридору и спряталась за кадкой с декоративным деревом. Там уже осознала, что сделала глупость. Вот до чего приличных ведьмочек всякие маги доводят!
Следом пришло другое понимание: правильно сделала, что спряталась. Просто шаги приблизились к двери, дверь приоткрылась, и прозвучал хорошо знакомый голос:
— И все же я категорически против.
Богдан! И он был чем-то крайне недоволен.
Резко выбросив руку вперед, я поймала свой светящийся кругляш и сжала в ладони, заставляя погаснуть. Незачем привлекать к себе лишнее внимание.
— Повторяю, для их же собственного блага ведьмы должны быть отчислены, и чем быстрее, тем лучше, — проскрипел ректор.
Что-то так холодно стало… Я обхватила себя за плечи и затаила дыхание.
Треклятая Академия! Даже ректор тут нас ненавидит!
— Сломать девчонкам жизнь — что-то не похоже на благо, — едко хмыкнул магистр Полуночный, чем живо напомнил мне Глеба.
У этих двоих больше общего, чем они хотят признать.
— Лучше отчисленные, но живые, — сказал ректор совсем уж страшное.
— Смею вас уверить, я способен позаботиться о своих студентках, — бросил ему наш маг и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь.
— Наглый мальчишка, — вздохнул ректор и закрыл дверь.
Я выдохнула и выбралась из укрытия.
Ну и что все это значит? Надеюсь, они просто боятся, что недомаги что-то с нами сделают. Потому что какая еще опасность может подстерегать ведьмочек в столичной Академии, лично я не представляю.
С этими мыслями и направилась к родной двери. Шла без опасений, поскольку Богдан скрылся в другой стороне. Домой, наверное, отправился.
Прятаться уже расхотелось, внутри зрела потребность поделиться услышанным с подругами. Однако когда вспыхнул наколдованный свет и я увидела Глеба, застывшего спиной к окну, не сдержалась и вскрикнула.
— Фу, напугал!
— Почему-то подумал, что ты придешь сюда. — Глеб заставил дверь за мной закрыться, а сам отлепился от подоконника и шагнул навстречу.
— А о том, что я захочу побыть одна, не подумал? — Его присутствие нервировало.
— Должен признать, такая мысль закралась ко мне в голову, но потом я решил, что немного шоколада и бокал вина тебе не помешают, — обезоруживающе улыбнулся молодой маг и кивнул куда-то в сторону своего стола.
Последний находился в самом темном углу учебного помещения, и мне пришлось отправить туда золотистый комочек света, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть.
О, да он подготовился!
На столе обнаружился поднос с тарелочкой шоколада разных видов, двумя кусочками торта и двумя же бокалами.
Я повела плечами и попятилась к двери. Пустая мастерская, да что там — весь этаж пустой! Все это — и мы вдвоем. Как-то неловко стало. Особенно учитывая тот факт, что внутренне воспринимать Глеба старшим, важным и далеким не получалось.
— Преподаватель Полуденный… — пролепетала я и запнулась, не зная, что дальше сказать.
— Что? — вызывающе улыбнулся он.
Ведьминская натура вызов приняла сразу же. И я поняла, что попала.
— Вы обо всех студентках так же заботитесь? — уточнила ядовито.
— Нет, только о самых интересных и многообещающих, — хмыкнул Глеб и, сделав знак следовать за ним, прошел к своему столу. — Ты первая такая. Кстати, в неформальной обстановке зови меня просто по имени. Все эти регалии раздражают.
Ага, меня тоже. Ведьминскому чувству справедливости вообще противно признавать чье-то превосходство. Ну разве только более сильной и красивой ведьмы, но всегда с надеждой добиться того же.
— Цветана? — Мое имя в его устах звучало приятно.
Помявшись немного, я все-таки подошла к столу.
Ничего же плохого не случится, если я сделаю пару глотков и возьму кусочек шоколада!
— Ты всегда сбегаешь от парней, которые тебя целуют? — демонстративно глядя куда-то в сторону, спросил Полуденный.
Я вспыхнула.
Какие эти маги все-таки!.. Даже лучшие из них.
Будто у меня так много опыта в подобных делах!
— Феликс меня не целовал! — возмутилась искренне. Потом поняла, что сказала не совсем правду, и пустилась в объяснения: — То есть не совсем. Он просто уговаривал меня снять порчу, а когда не вышло, попытался унизить. Надо было сглазить его, а не убегать!
Красивое лицо неуловимо разгладилось.
— Наглый мальчишка испортил моей ведьмочке все веселье?
Вредность потребовала немедленно расставить приоритеты: не их ведьмы, а наши маги! Но я так обрадовалась тому, что Глеб мне верит, что наглое замечание пропустила мимо ушей.
— Ага!
Полуденный улыбнулся, как кот, углядевший оставленную без присмотра плошку сметаны, и подал мне бокал.
— Что же, попробуем заменить неприятные воспоминания хорошими…
— Ладно, только недолго, — отчего-то смутившись, залепетала я. — А то подруги будут волноваться.
Когда брала бокал, наши пальцы соприкоснулись на миг, и от этого простого и совершенно ничего не значащего касания вверх по руке побежали горячие мурашки.
— Не будут, — отмахнулся Глеб. — Я сказал им, что потом приведу тебя домой.
Ну и наха-а-ал! Ведьминская вредность присвистнула и вообще удивилась, как это он с такими данными не ведьмак. Такой талант пропадает!
— И они согласились? — уточнила недоверчиво.
— Я был убедителен. — Маг отсалютовал мне бокалом.
Первый глоток был несмелый… а потом все закрутилось само собой. Мы ели сладости, потягивали вино, Глеб шутил, я улыбалась. И поскольку этому магу я не пакостила, сейчас можно было чувствовать себя в безопасности и знать, что он здесь из-за собственных желаний, а не ради того, чтобы я с него порчу сняла. Это было приятно.
Голова шла кругом. Самая смелая ведьминская фантазия оказалась на расстоянии вытянутой руки, шутила, поддразнивала, травила байки… Мысли застлала легкая дымка, и происходящее казалось несбыточным сном. А потому, когда вино закончилось и зазвучала тихая мелодия, словно сочась из самих стен, а Глеб подал мне руку, приглашая на танец, я согласилась не раздумывая.
Тренировался он, видимо, больше, чем Феликс, потому что двигался еще лучше.
Но вел себя и вполовину не так прилично! Он крепко прижимал меня к себе, время от времени поглаживал мою спину, не жалел слов восхищения.
Каюсь, я развесила ушки. И когда танец замер, а ладони партнера поймали в теплый плен мое лицо, не сразу почуяла неладное.
Глеб медленно склонялся надо мной, щекоча кожу теплым дыханием с запахом сладостей.
— Что ты делаешь?! — всполошилась запоздало.
— Окончательно вытесняю из твоей прелестной головки воспоминания о том, что было внизу, — сообщил Полуденный, целуя меня.
Поцелуй закружил сильнее вина и танца, вместе взятых. Не осознавая толком, что делаю, я закрыла глаза, поддалась, не стала сопротивляться. Утонула в сладкой дымке ощущений, растаяла. Руки инстинктивно легли на плечи Глеба, обтянутые парадным серым мундиром боевого мага, почувствовали силу и проникающее сквозь ткань тепло, а потом, все так же повинуясь какой-то внутренней потребности, скользнули выше, обвились вокруг шеи, запутались в жестких волосах.
Глеб действовал напористо, сжимал меня все крепче и целовал так, будто стремился выпить душу. Дыхания не хватало, но и мысли отстраниться не было. Напротив, я мстила! Изо всех сил цеплялась за него и стремилась поцеловать еще жарче, чем целовал он… победить?
И своего я добилась — он отстранился первым.
Победила вроде бы, но отчего же внутри так жжет разочарование?
Несколько мгновений так и простояли. Глеб раскраснелся и тяжело дышал — я никогда не видела, что боевые маги умеют краснеть! Я же просто моргала и пыталась вернуться в реальность.
— Не убегай. — Памятуя мое поведение внизу, Полуденный отошел на шаг и встал так, чтобы оказаться между мной и дверью. — Я провожу тебя домой.
Ну вот, все закончилось. Надо вдохнуть, выдохнуть и постараться не смущаться, когда приду к нему на занятия после выходных.
Если бы все было так просто!
— Хорошо, — отозвалась, собрав остатки самообладания.
Мы задержались ненадолго, чтобы прибрать следы добравшегося до ведьминского факультета празднества, и вместе вышли в коридор. Там снова остановились, и Глеб принялся обновлять охранные чары. Я топталась рядом, просто ждала — и тут холодком по коже прогулялось какое-то предчувствие.
Не знаю, заметил ли маг, но мой прерывистый вздох расслышал и, как вздрогнула, тоже увидел.
— Цветана? Все хорошо?
Напряглась, прислушалась… Ничего такого. Может, это волнение после поцелуя еще не прошло?
Я уже готова была заверить мага в том, что все в порядке, как внимание зацепилось за какую-то мелочь.
Что же не так? Но как ни старалась, определить не получалось. Голова гудела, ноги устали от каблуков и танцев и требовали устроиться поудобнее, никак не получалось сосредоточиться.
— Мяу!
Звук заставил меня подпрыгнуть.
А следом послышался и другой, будто когтями по дереву скребут.
— Ты слышал? — напряглась я.
— Что? — Глеб наконец закончил с чарами и уже готов был отвести меня домой, но я ловко увильнула от предложенной руки и направилась туда, куда повело чутье.
Маг проводил меня ошалелым взглядом, мотнул головой, вспомнил, что вообще-то он здесь главный, и как рявкнет:
— Цветана, нам в другую сторону! — И уже менее убедительно: — Прекращай свои шуточки…
Пришлось объяснить ему странности в ведьминском поведении:
— Похоже, Элька своего кота потеряла. Вот растяпа! Сейчас подберу Матвея и пойдем, ладно?
Глеб Полуденный был слишком хорошо воспитан, чтобы спорить с девушкой из-за такой мелочи, особенно с ведьмой, особенно учитывая тот факт, что он с ней недавно целовался. Так что ответом мне стал недовольный кивок. И чтобы дело двигалось быстрее, Глеб выпустил несколько светлячков, которые тут же рванули вперед и озарили коридор золотистым сиянием.
Неожиданностей не предполагалось. Мы с девчонками тут целую неделю ходили и знали, что впереди места немного и всего одна дверь, за которой находится кладовка со швабрами. Дальше запертый из-за необходимости ремонта переход на лестницу — и все.
Однако сейчас я все шла… и шла… и шла… пузатые золотые светляки двигались вперед, освещая путь, а коридор все не кончался. В его конце по-прежнему маячила арка заделанного перехода, но до нее внезапно оказалось так далеко… и по обеим сторонам от меня щерились пыльными ручками двери.
— Глеб…
Расширившимися от удивления глазами я рассматривала таблички.

Класс превращений. 

Ведьминская косметология. 

Тренировочный зал для полетов на метлах. 

Прорицательская. 

Кафедра любовной магии. 

Злые чары. 

— Цветана, стой! — заорал Полуденный. — Назад. Живо!
Но было поздно.
Шкряб-шкряб — послышалось из-за ближайшей двери с аккуратненькой табличкой «Ведьминская мастерская № 3». Словно в каком-то сне, я схватилась за ручку и потянула.
Дверь со скрипом поддалась.
С оголтелым мявом из-за нее выскочило нечто и вцепилось когтями в меня.
— Ай!
— Цветана!
Миг спустя Глеб все испортил. Потому что маги постоянно все портят, особенно боевые.
Он рванулся ко мне, но стоило ему ступить на ту часть коридора, которой раньше не было, как все кругом вспыхнуло, завибрировало, загудело — и меня как вышвырнет прямо Глебу в руки! Чудо, как он еще на ногах устоял и не завалился вместе со мной!
Светляки погасли. Когда же Глеб, крепко придерживая меня одной рукой, второй сотворил новых, впереди был только тупик с дверью в кладовку. И если бы мы с магом оба не были пыльные с головы до носков обуви, непременно бы решили, что нам все почудилось.
— Коллективных галлюцинаций не бывает, — на всякий случай напомнила я. — Если только ты не подсунул мне просроченное вино.
— Оно тебя поранило? — Полуденный был серьезен, как никогда.
— Посвети-ка сюда… — попросила я и, когда золотистый светляк завис надо мной, облегченно пискнула: — Это же просто кот!
Насчет «просто» я, конечно, погорячилась. Кот был черный, магический, что свойственно фамильярам, тощий и перепуганный. Сжавшись в комок, он мелко дрожал, а при малейшей попытке оторвать его от моего платья начинал рычать, шипеть и царапаться. Это я еще о том, что он появился неизвестно откуда, не упомянула. А, и главное: это был точно не Элькин кот! Похож, но не он.
Минуту я внутренне разрывалась между «платье порвал, зараза» и «бедненький, что ж его так испугало?», потом Глеб переключил мои мысли на другое.
— Может, виной тому выпитое вино, но прямо сейчас я склонен думать, что все байки про пропавший факультет — чистая правда, — пробормотал он больше себе, чем мне.
Учитывая, что он только что появился, а потом опять исчез прямо на наших глазах, я тоже в это поверила. Только решила уточнить одну малюсенькую деталь:
— Какие байки?
— А, — махнул рукой маг, — когда я тут учился, про ведьминский факультет болтали разное. У него вообще дурная слава.
Я фыркнула. Вот это как раз неудивительно. Когда это за ведьмами ходили хорошие слухи? А тут на нашу репутацию еще и противные маги с завидущими целительницами наверняка поработали.
Подумаешь!
— Но ты же понимаешь, что все эти сплетни надо делить надвое? — Я опасливо покосилась на Глеба и потихоньку погладила мелко дрожащего кота. — Мы вовсе не мечтаем приворожить первого попавшегося мага!
— Речь не об этом, — понизив голос, будто рассказывает страшилку, отозвался Полуденный и протянул руку, чтобы погладить кота, но тут же ее отдернул и зло оглядел длинную царапину, наливающуюся кровью. — Говорили, будто целый факультет с ведьмами за ночь пропал. Вечером был, а утром его уже нет. Не только самих ведьм, но и помещений, которые они занимали. Ходили слухи, что по ночам тут пахнет зельями и звучат девичьи голоса. В мою бытность студентом было модно на спор ночевать в этом коридоре. Так вот, один первокурсник после такой ночевки стал до смерти бояться ведьм и черных котов. И другие болтали… разное, но я как-то считал, что таким образом они набивают цену своему «подвигу».
Все время монолога за Глебом внимательно следили горящие зеленью в темноте глаза кота. Но пока маг к нему рук не тянул, кот не нападал. А меня вообще не трогал, я его до сих пор машинально гладила, а кот жался ко мне теплым дрожащим комком.
— Постой! — вклинилась я в речь Полуденного. — А разве нам не отдали бывшие помещения ведьминского факультета?
Помнится, магистр Богдан с ведьмой Эсмеральдой напирали именно на это.
— Отдали, — согласился боевой маг. — Ту часть, что не исчезла. Сама посуди, в старые времена тут училось несколько десятков ведьм, как бы они поместились в наших нынешних владениях?
Даже если бы декана из его кабинета выдворили, — никак. Я прикинула это и совсем расстроилась.
— Еще ходили слухи, что с тех пор ректор несколько раз пытался открыть ведьминский факультет, но всегда что-нибудь случалось, — вспомнил Глеб.
— Что именно?
— Не знаю, я этим не интересовался.
Потоптавшись еще немного под дверью, мы даже до тупика в конце коридора прогулялись, но ничего особенного не случилось. Глеб магически прощупал пространство — и тоже ничего. Тайна упорно не хотела разгадываться, а время меж тем давно перевалило за полночь. Отчаявшись добиться чего-то прямо сейчас, мы покинули Академию до начала следующей недели.
Отцепляться кот категорически не желал, пришлось так и идти с ним по улице. Ну, хотя бы он часть дыр на платье прикрывал… По правде сказать, куда больше меня смущал невозмутимо шествующий рядом Глеб. Потому что в ведьме с котом, да даже в ведьме в драном платье, по большому счету не было ничего особенного, а вот в том, что рядом с этой ведьмой вышагивает молодой маг и поддерживает ее под руку, когда она случайно спотыкается, редкие прохожие находили нечто любопытное и та-а-ак пялились! Особенно женщины. Особенно на моего спутника. Даже пожилые матроны в экипажах, возвращающиеся со светских приемов.
И под зельем правды не сознаюсь, но в глубине души я одновременно жаждала отправить его домой и повесить воплощению смелой ведьминской фантазии на лоб табличку «Занято! Ищите себе другого мага!». У-у, так бы и сглазила!
В свете всего этого внезапный приступ откровенности поразил даже меня саму.
Мы как раз свернули на улицу, ведущую к дому Проточных, оставалось пройти не так много, и тут я взяла и ляпнула:
— У меня подруга пропала.
До дрожи захотелось с ним поделиться. Именно с ним. С чего вдруг?
— Как это — пропала? — Глеб, который до того шел с отрешенным видом и слова с момента, когда мы вышли за ворота Академии, не произнес, сразу же обратил на меня внимательный взгляд. — Краса? Или Элла? С ними вроде все в порядке было, когда домой улетали… Цветана, не шути так.
Глубокий вздох дался мне с трудом. В груди сжималось что-то.
Сама бы что угодно отдала, лишь бы это было шуткой.
— Мила. — Внутри прочно засела потребность все ему рассказать. — Она поступила сюда, так радовалась. А потом перестала писать. И у своей новой столичной подруги появляться перестала. А преподаватели расходятся в показаниях: одни говорят, что ее выгнали, другие — что сама ушла. И мои поисковые заклинания все ко мне вернулись ни с чем.
К моменту, когда выдавила последнее слово, в глазах уже стояли слезы. Из-за них дороги я почти не видела, поэтому совсем не возражала против руки мага, сжавшей мою ладошку.
Он переплел наши пальцы, согрел меня своим теплом и чуть слышно спросил:
— Ведьмочка?
— Ага.
— Ищешь ее?
— Уже не знаю, с какой стороны за это хвататься, — теперь я откровенно жаловалась.
— Я с тобой, — просто сказал Глеб.
Мы уже стояли у калитки. На мгновение я пожалела, что она не способна исчезать подобно ведьминскому факультету. Или переноситься на некоторые расстояния… Тогда моя ладошка пробыла бы в ладони мага еще какое-то время.
Прощались молча. Глеб крепко обнял меня, забывшись, придавил кота, за что на него гневно нашипели. Потом отстранился, щелкнул по носу в попытке подбодрить и втолкнул за калитку. А сам зашагал прочь по улице.
Проводив взглядом спину в сером мундире, которая почти сразу скрылась в темноте, я вошла в дом.
На первом этаже пришлось задержаться, чтобы накормить кота. Никогда не видела, чтобы животное ело с такой жадностью! Я едва успела открыть дверь кладовки, как фамильяр жалобно взвыл, а в следующий миг вонзил зубы и когти в палку копченой колбасы, подвешенную к специальному крючку. Поначалу я опешила, а потом было уже поздно — послышалось смачное чавканье.
Обозрев творящееся безобразие, я тоскливо покосилась на кувшин с молоком, из которого собиралась налить в блюдечко, и на кота, который бессовестно жрал, нисколько не смущаясь своего висячего положения, вздохнула и решила, что куплю завтра Гориславу новую колбасу.
Но кота пришлось из кладовки убирать, пока он не покусился еще на что-нибудь. Для этой цели я аккуратно сняла с крючка грубую нить и, держась за нее, вынесла колбасу в кухню, где и опустила на пол. И даже успела отдернуть руку, когда кот решил, что на его добычу посягают, и выпустил когти. Без царапины обошлось.
Жалостливая ведьминская натура пересилила, и я вернулась в кладовку, чтобы, как и планировала, налить молока в блюдце. Когда же вернулась к коту, от колбасы почти ничего не осталось… то есть уже совсем ничего. Впрочем, от молока фамильяр тоже не отказался, вылакал все до последней капли, а потом так жалобно посмотрел на меня, припал на лапы и ушки к голове прижал.
— Ми-я-а-а-у!.. — горестно простонал кот.
Сияющие зеленью в полумраке глаза с непередаваемой скорбью взирали на закрытую дверь в кладовку.
Я почти прониклась!
— Ну уж нет, дорогой, — нашла в себе силы быть строгой. — И не надо втягивать бока! Если бы я только что своими глазами не видела, как ты умял палку колбасы размером больше тебя в три раза, я бы непременно купилась! А так даже не сомневаюсь, что до утра ты как-нибудь протянешь. Но могу отнести тебя наверх, если пообещаешь не царапаться.
Кот скорбно вздохнул и запрыгнул на стул, чтобы я могла подхватить его.
Понятия не имею, с чего я взяла, что он не опасен и можно его оставить с собой в комнате на ночь, но страха или хотя бы легкого беспокойства не было. С котом на руках я поднялась по лестнице, на цыпочках, чтобы никого не разбудить, прокралась по коридору, вошла к себе, сотворила небольшой комочек света… и ойкнула. В комнате меня ждал сюрприз.
Вернее, ничего он не ждал, а бессовестно дрых в моей кровати!
А учитывая, что вышеупомянутый сюрприз представлял собой двух ведьмочек в вечерних платьях, трех нарядных фамильяров и одну метлу, места мне там не осталось.
Полное безобразие!
Постояла, подумала, глянула на кота… и решила по-тихому смыться в Элькину комнату и лечь спать там, уже почти выскользнула за дверь, но черноволосая ведьмочка словно почувствовала, что выбор пал именно на ее владения, и зашевелилась.
— О, Цветанка пришла! — простонала она, разлепляя глаза. — Краса, хватит дрыхнуть!
Та еще проснуться толком не успела, а уже скомандовала:
— Ты обязана нам все рассказать. С подробностями!
— Что рассказать? — опешила я.
Сбежать захотелось вдвое сильнее. Останавливал исключительно тот факт, что мы все равно живем в одном доме. Догонят, поймают и все выпытают, никуда не денусь!
— О вас с Глебом. — Краса, покачиваясь из стороны в сторону, села и вежливо так спихнула обнаглевшую метлу на пол. — Что было?
Щеки словно кипятком обдало. Я крепче прижала к груди кота, будто он мог меня защитить.
— Ничего!
— И поэтому ты в четыре утра домой пришла? — с видом дознавателя обличила меня Проточная.
— Это он тебе платье порвал? — сдвинула брови Элька. Учитывая, в каких местах было порвано платье, могу себе представить, что она подумала!
— И почему ты растрепанная такая? — Краса тоже обратила внимание на мой не совсем нормальный внешний вид. — И что это за тощее чучело у тебя в руках?!
Элла сделала большие глаза и свистящим шепотом уточнила:
— Вы же с ним не…
Так, пора уже что-то делать с этим потоком вопросов!
— Мы влезли в неприятности, потом он проводил меня до дома. Платье порвал кот. Ничего особенного не было! — Вид у обеих подруг был до того воинственный, что про вино, танец и поцелуй я решила не упоминать.
— Просили же, с подробностями! — взвыли они.
Черная метла, которая снова беспардонно взгромоздилась на кровать, согласно затрещала прутьями.
Я умостилась рядом с девчонками, отцепила от себя кота, окончательно дорывая платье, и начала пересказывать события прошедшего вечера.

Глава 8

Поспать почти не удалось. Сначала я делилась с подругами своими злоключениями и мы вместе придумывали версии насчет того, что же могло стрястись с целым факультетом ведьм, потом коту стало плохо и слопанная колбаса попросилась наружу, пришлось выхаживать его. Хорошо, девчонки меня не бросили, помогали в меру сил: Краса приготовила отвар, а Элька помогла убрать безобразие. В итоге разбрелись только утром, когда горемыка наконец притих, а Горислав уже отправился на прогулку.
Лично я уснуть так и не смогла. Забравшись в кровать, честно пролежала какое-то время с закрытыми глазами, но то тяжелое дыхание нового питомца отвлекало, то шуршание свина в его корзинке, то совсем уж мрачные мысли в голову лезли. Неужели ведьмы целым факультетом сгинули? Да быть такого не может! Потому что попросту не существует такой беды, из которой бы ведьминская смекалка не нашла выход. И не каким-то боевым магам с нами тягаться! Но куда, в таком случае, девался ведьминский факультет? И откуда вокруг него столько мрачной таинственности, которую так любим мы, ведьмы, но терпеть не могут маги? И где Мила? Последнее, пожалуй, важнее всего. И если она найдется, я согласна так и не узнать тайны пропавшего факультета. А она точно найдется, Глеб поможет. Ни капельки не сонные мысли соскользнули на образ неожиданного союзника. Какой он все-таки… вредный, конечно, но нос не сильно задирает, танцует хорошо, еще у него глаза смеются и улыбка просто потрясающая. И когда Феликс меня поцеловал, ему о-о-очень не понравилось. Мне и самой, по правде сказать, совсем не понравилось, но то, что не понравилось Глебу, казалось важнее. И приятно так стало…
На губах обозначилась мечтательная улыбка, под опущенными веками одна за другой проносились картинки прошедшего вечера… и тут чувствую, под боком мастится что-то.
Распахнула глаза, села, огляделась.
Метла!
— Вот поганка черная! — прошипела в сердцах.
Метла вроде даже обиделась.
Пришлось тащить ее в комнату Красы и для профилактики снова угрожать обклеить стразами. Кажется, подействовало.
Но дрема улетучилась с концами, и вернуть ее я даже не пыталась. Оделась, выпила чаю и решила провести субботнее утро с пользой. Для начала написала письмо маме. Давно следовало, но все руки не доходили. Рассказала про поступление, новых подруг, преподавателей, даже вредных магов и пропавший факультет упомянула, только про Милу ничего писать не стала и про вчерашний поцелуй с Глебом. К чему родительнице лишние волнения?
Запечатав письмо, засела за домашние задания. Потом был обед в компании проснувшихся девчонок, прогулка до почтовой башни, чтобы отправить письмо, запланированный поход в мясную лавку, еще учеба, букет белых роз, небрежно просунутый сквозь прутья калитки… Совсем распоясался недомаг! И куда моя порча смотрит?! Вообще-то вручать цветы он должен был лично в руки.
Так прошла суббота.
А на следующий день, как раз за завтраком, я узнала кое-что важное. Вернее, вспомнила.
Но началось все с растрепанной Эльки, спустившейся к завтраку позже всех. Мы с Красой свои оладушки уже съели, и я трижды гоняла нового фамильяра от Элькиной тарелки. Еще вытолкала из кладовки и отругала за то, что таскал еду у других животных. И разнесчастный вид с прижатыми ушками на меня ни чуточки не подействовал!
— Красулечка, все что хочешь для тебя сделаю, только сваргань мне какое-нибудь зелье от кошмаров, — простонала Элька, появляясь на кухне.
С тех пор как зелья стали ее профилем, варить их Краса окончательно возненавидела, и тот факт, что даже без особых стараний у нее получалось лучше, чем у нас с Элькой вместе взятых, Проточную только раздражал. Но если хорошенечко поканючить, она сдавалась. Ворчала и пыхтела, но, покорная судьбе, плелась к котлу.
Усердствовать долго в этот раз не пришлось, ей хватило одного взгляда на бледную Эльку, под глазами которой залегли усталые тени.
— Опять сны про ведьм мучают? — уточнила Проточная, поднимаясь и направляясь к котлу.
— Хуже прежнего. — Элла упала на свободный стул, но тарелку с завтраком от себя отодвинула.
Чем тут же воспользовался безымянный кот, и на сей раз остановить его я не успела.
— Вур-вур-вур… Чавк-чавк-чавк! — понеслось над столом.
Розовая шиншилла, которая бдительно наблюдала за поеданием нами приготовленного ею завтрака, недовольно надулась и прицелилась цапнуть воришку за оттопыренный тощий хвост, но не сложилось. Хвост быстренько был прижат к боку, а сам кот, не прекращая жевать, переместился на другую сторону тарелки, подальше от агрессивно настроенной живности. Шиншилла удрученно вздохнула и притворилась, что ее больше интересует зелье, которое уже начала варить хозяйка, чем всякие хвосты. Но, чую, украденные оладушки кому-то еще припомнят!
— Он когда-нибудь наестся? — покосилась на прожорливое животное Краса.
— Ты бы десять лет взаперти просидела, тоже бы озверела. — Элла смотрела на кота с жалостью, за съеденный завтрак не рассердилась, даже за ушком почесала. — Бедненькой… Заметили, он даже не мурлыкает?
— Не хочется вас разочаровывать, — вклинился в нашу болтовню молчаливый до сих пор Горислав, — но ни одно животное, даже волшебное, не протянет десять лет без еды.
Мы с девчонками обменялись настороженными взглядами. Вообще-то он прав.
И тут меня осенило!
— Марица говорила, что Мила, когда начала учиться, завела черного кота. И от Гусыни я что-то подобное слышала!
Как можно было забыть?!
Вот и кот смотрел с осуждением.
— Связка на месте. — Элька даже встрепенулась. Она сидела ближе всех к коту, а потому и чувствовала его магию лучше. — Девчонки, да наш усатый страдалец — действующий фамильяр!
Новость была потрясающая. Меня захлестнула надежда.
— Если фамильяр жив, то и ведьма жива. — Это я в нашем учебнике по общей ведьминской магии прочла.
Животное может пострадать или погибнуть, и это лишь слегка навредит ведьме, но если с самой ведьмой что случится — фамильяру конец. Никаких исключений. А значит, Мила еще дышит. Может, ей плохо или она истощена так же, как этот кот, но она жива. Шанс ее найти есть.
Горислав окинул нас каким-то странным взглядом, настоятельно попросил не влезть в какую-нибудь историю и не притащить в дом пятого фамильяра и, сославшись на встречу со знакомым, ушел. Мы дружно выдохнули. Можно спокойно обсудить сложившуюся ситуацию и не бояться, что придется объясняться со старым магом.
— Понятно теперь, почему он никак не наестся, — вздохнула Краса, медленно помешивая отвар.
— Бедняжка, сколько же он там просидел! — Элька до того прониклась кошачьими страданиями, что самолично смоталась в кладовку за кусочком ветчины. И даже ревнивый взгляд ее собственного кота ведьмочку не остановил.
— Получается, Мила тоже там была, — задумчиво пробормотала я.
— Надо отыскать путь на пропавший факультет! — Глаза моих соседок зажглись воодушевлением.
Предложение было единогласно одобрено и поддержано. Но дальше слов дело не пошло. Ни у одной из нас не было ни единой идеи, как пробраться в место, которого вроде как и не существует. Или же существует, но очень странно. Он сам появился, я ведь ничего не делала! И исчез тоже сам. И что нам теперь, поздней ночью, топтаться в коридоре, пока он не станет длиннее и не появятся многочисленные двери? Так себе план.
Над кружкой с отваром змеился пар. Элька не пила, ждала, пока немного остынет. Мы с Красой скучали за компанию, подперев щечки кулачками.
Ладно, если не получается придумать что-то прямо сейчас, надо переключиться на другое. Придет время — и нужная мысль появится.
— Расскажи про свои сны.
Элла имела весьма плачевный вид, так что ее проблема тоже заслуживала внимания. Что это мы все только обо мне?
— Девушки… Две или три, и среди них точно есть кто-то с ведьминским даром, — медленно заговорила новоиспеченная провидица и придвинула к себе кружку. — Они заперты в темном и холодном месте, больше недели, на них магические путы и заклинание, которое большую часть времени держит их в стазисе. На полу и стенах горят зеленью символы. И сил у девчонок остается все меньше.
— А ты уверена, что это не обычные кошмары? — осторожно уточнила я.
— Как в том, что я — ведьма! — запальчиво воскликнула Элька.
— Тогда надо пойти в управление городского патруля и все им рассказать. — Предложение Красы было не лишено здравого смысла. — Там должны точно знать, пропадали ли в последнее время молодые ведьмы.
Да, но там работают маги, и вряд ли они воспримут наше желание помочь с должным энтузиазмом.
О том же, видно, подумала и Элька, поэтому лишь скептически хмыкнула.
— И как мы это объясним? Они даже к известным провидицам не всегда прислушиваются. А могут из чистой вредности еще и обвинить в чем-нибудь.
Эти еще не на такое способны, тут ни одна из нас не сомневалась.
Спор продолжался, пока отвар в кружке не закончился. И несмотря на то что мы с Элькой были категорически против, победила дружба: решили все же пойти, но под иллюзиями. Сегодня выходной, начальства наверняка нет на месте, а маги попроще и помоложе, может, и не разглядят ничего.
В итоге к строгому серому зданию, перед которым болтали о служебных подвигах три мага в форме, подошли три ведьмы средних лет с корзинками, заполненными пучками трав.
После нескольких минут препирательств с дежурным нас неохотно провели к магу.
На этом, собственно, успехи и закончились.
— То есть вы утверждаете, что вас мучают страшные сны, и на этом основании я должен начать расследование? — Маг нас внимательно выслушал, но серьезностью ситуации как-то не проникся. — Ах да, еще есть отчисленная ведьма, которая подалась неизвестно куда, и байки старого замка. Я ничего не забыл?
Даже Краса поняла, как глупо все это выглядит со стороны, и сникла.
Маг откинулся в потертом кресле и так паскудно ухмыльнулся, что меня разобрала злость. Сглазить его, что ли? Он, конечно, не виноват, что все так, но он маг, вредный, предвзятый, и вообще мог бы быть и повнимательнее, все же мы не на свидание его звать пришли.
Поразмыслив минутку, все же решила, что полноценный сглаз он не заслужил, и незаметно выкинула из корзинки на пол пучок полыни. Замаскированный свин тут же шмыгнул под стол.
Когда маг встанет, его ждет сюрприз, мелкий, но неприятный.
Уж не знаю, какие пакости он еще знает, но портить одежду и обувь мой фамильяр мастак Ничего, вот раскошелится маг на новые сапоги, глядишь, и добрее к ведьмам станет. Можно еще к тем, у входа, подослать свина, а то они так на нас смотрели враждебно…
— Извините, мы, пожалуй, пойдем, — вежливо улыбнулась Элька и встала.
И мы следом.
— Идите. — Маг тоже поднялся. Надо же, галантный какой! — И не пропадайте.
Последнее было сказано с откровенной издевкой, так что мы, окончательно удостоверившись, что нам тут не рады, гордо и быстро направились к выходу. А лично я испытала острое чувство морального удовлетворения, когда за спиной маг неприлично выругался. Видимо, сапоги уже пришли в негодность.
Месть ведьминская сладка!
Свин нагнал нас на улице, как раз в тот самый миг, когда иллюзии растаяли.
— Глупая была затея, — покаянно вздохнула Краса.
— Сваришь еще отвар от кошмаров, и лично я не в претензии, — ободряюще потрепала ее по плечу Элька.
— Лучше что-то, блокирующее видения, — высказала свою мысль я. А потом и другую, которую лучше было бы оставить при себе: — А ты почему колечко не носишь?
Мгновение звучал только стук каблуков, все звуки оживленной улицы будто стихли.
— Оно мне великовато, боюсь потерять, — с вызовом ответила Элла.
Краса ограничилась осуждающим взглядом.
Далось мне то кольцо? Но выбросить его из головы до сих пор не выходит.
И почему Элла так реагирует на обычный, казалось бы, вопрос?
Что-то тут определенно не так…
Обдумать странное поведение подруги не успела, мы уже дошли до дома, а там мое внимание сначала привлек букет, знакомо просунутый в калитку, а потом Глеб, маячивший рядом с той самой калиткой. Для ясности: букет по-прежнему был от Феликса. Молодой маг поглядывал на белые розы, с трудом скрывая раздражение.
— Преподаватель Полуденный?! — изумленно пискнули девчонки.
Мне досталось сразу два исполненных негодования взгляда. Похоже, соседки решили, что я от них утаила какие-то подробности наших с Глебом отношений. Иначе с чего бы ему здесь появиться в выходной?
— Ведьмочки, — маг приветственно склонил голову, — если позволите, я ненадолго украду у вас Цветану.
И вид серьезный и деловой. С таким на романтическую прогулку не приглашают.
— Зачем это? — вскинулась Краса.
Элька сложила руки на груди и грозно зыркнула на преподавателя, словно прикидывала, порчу на него наслать или простым сглазом ограничиться.
— Мне пришла в голову отличная идея для индивидуального практикума по общей магии, — с достоинством сообщил Глеб. — А у Цветаны как раз подходящий профиль. Хочу опробовать.
Девчонки растерялись и притихли, уж слишком правдоподобно у него получилось. Сам Глеб вид имел предельно честный и отрешенный, словно и в самом деле явился сюда только как маг и преподаватель. А мне стало обидно почему-то… Но раньше, чем успела разобраться в причинах этого странного чувства, Глеб сообщил:
— Обещаю вернуть в целости и сохранности через пару часов.
Затем взял меня за руку и увел в ведомом пока ему одному направлении.
Моя ладошка вновь оказалась надежно спрятана в его руке, окутана его теплом, которое редкими мурашками поднималось к самому локтю. Глеб шел не слишком быстро, подстраиваясь под мой шаг. И вообще день вдруг стал казаться таким приятным… Опомнилась я через три улицы, когда поняла, что движемся мы в противоположную от Академии сторону.
В этом районе рассыпались всяческие лавки, магазинчики, попадались довольно неплохие таверны.
Полуденный окинул взглядом яркие вывески и, как ни в чем не бывало, уточнил:
— Любишь сахарную вату?
Я внутренне вся запузырилась от возмущения.
— Странный ты выбрал способ пригласить на свидание, — прозвучало даже чуточку враждебно.
Нет, ну каков маг! Заявился в выходной к моему дому, корчил из себя преподавателя, наврал с три короба — а теперь сладости мне предлагает… У-у-у, так бы и… вот не знаю: прокляла или приворожила?
— Понятно, — вздохнул Глеб. — Значит, куплю тебе пирожок с яблоками.
Вот… маг! По-другому и не обзовешь. Боевой, на всю голову элитный, и ни за что не скажешь, что еще только начинающий. Ибо характер уже паршивый, а совести там даже не предвидится. В общем, я окончательно вскипела.
— Тебе порчу с шоколадными конфетами или с прыщом на носу? — уточнила деловито.
А что, мы с девчонками сладкое любим, было бы неплохо, если бы этот враль каждый день коробочки таскал.
Сама не понимаю, что это я так разошлась…
— Цветана, мы тянем время, — терпеливо пояснил маг. — Поэтому наслаждайся пока прогулкой, обещанный практикум я тебе потом устрою.
Предвкушение в его голосе должно было меня насторожить, но осознав, что целовать меня сегодня не будут, я успокоилась и согласилась на пирожок. Сладкой ваты хотелось больше, но после нее пальцы липкие будут, так что пусть лучше пирожок.
Мы бродили по городу, говорили о разном. Я рассказала о новом фамильяре и о своих мыслях насчет него. Выслушав, Глеб согласился. За что был немедленно прощен — приятно, когда кто-то настроен с тобой на один лад, и все его недостатки в виде другой магии и ужасного характера перестают иметь значение. Еще обсуждали учебу, общих знакомых, праздник. С Глебом было легко и хорошо, я уже и без всяких практикумов гулять была не против. Уж не знаю, что по этому поводу думал сам Глеб, но предложение, которое он мне сделал, оказалось несколько неожиданным:
— Может, снимешь с этого Феликса порчу?
Я даже с шага сбилась.
— Зачем?
— Он уже больше недели тебе цветы носит. Для наказания, по-моему, достаточно, — принялся увещевать Полуденный.
— Вот сразу чувствуется, что ты маг, — опечалилась я. — Таких простых вещей не понимаешь! Да он за эту неделю мести еще на три порчи заслужил! Так что оцени мою выдержку и больше с такими глупостями не приставай.
Маг натурально заскрипел зубами. И что я такого сказала?
— Цветана!
— Ну что еще? — Я растерянно моргнула.
— Половина Академии треплется, что вы — парочка, другая половина считает, что ты пытаешься его соблазнить! — рыкнул маг и зло сузил глаза.
Стало интересно.
— А ты к какой половине относишься?
Глеб неприлично выругался сквозь зубы, резко остановился, притянул меня к себе и… поцеловал. Прямо посреди улицы, под возмущенные охи каких-то кумушек, которые живо принялись обсуждать, какой воспитанной была молодежь «в их время», не то, что сейчас.
Поцелуй был наказанием. Злой, яростный, подавляющий. И в то же время в моей душе даже тени желания остановить его не возникло. Поначалу пыталась противостоять и, затолкав смущение в самый укромный уголок души, впилась в него так же настойчиво. Но уже через мгновение расслабилась, растеклась в сильных руках, открылась навстречу, запрокинула голову и просто отвечала.
Растворилась, утонула в его тепле и ощущениях.
Долго…
Отпрянули друг от друга мы одновременно. Словно какая-то неведомая сила проскочила между нами, отрезвила, успокоила.
Стоим, бессмысленно моргаем…
— Поцелуй — первейшее средство угомонить ведьму. — Первым взял себя в руки Глеб.
Ага. Так это он меня так успокаивал.
Сделаю вид, что поверила.
— Подожди меня здесь, пожалуйста, — пролепетала я, затем круто развернулась на каблуках и зашагала к одной из лавок.
Заодно успокоюсь и придумаю, как вести себя с ним дальше.
— Цветана! — Раздавшееся мне вслед рычание заставило живо заинтересоваться вопросом: а как правильно успокаивают боевых магов? — Не смей от меня сбегать!
С его стороны все так и выглядело, наверное. Пришлось в срочном порядке успокаиваться и объяснять свое поведение.
— У меня возникло срочное дело. Это на минуточку, потом я вернусь.
Объяснение Глебу чем-то не понравилось. Он недовольно сдвинул брови, наверняка обдумывая, какое это у меня могло возникнуть дело сразу после поцелуя. Потом примерился взглядом к направлению, в котором я убегала, нагнал и уточнил:
— В лавке старьевщика?
— Ага.
Входили внутрь вместе. Просто я вдруг со всей ясностью поняла, что проще не обращать на него внимания, чем пытаться отделаться. Так и поступила. В итоге, когда приблизилась к прилавку, Глеб мрачной тенью маячил за спиной.
Старые вещи создавали в небольшом зальчике неповторимую ауру. Будто во временной портал вошла! Здесь пахло стариной, выделанной кожей и немного пылью, на полках тут и там блестело что-то, громко тикали большие напольные часы, и в самом воздухе ощущалась разлитая магия. Что и неудивительно — многие из выставленных на продажу вещей были напитаны силой, а то и вовсе являлись артефактами.
— Особенных обручальных колец давно не было, — истолковал наше появление по-своему хозяин. — Но если заглянете на следующей неделе и прихватите с собой кошель потолще, возможно, я смогу чем-то помочь.
Щеки залил румянец.
Смущение было еще сильнее, чем когда Глеб поцеловал меня посреди улицы.
— О, нет, что вы! — зачастила я, желая как можно скорее сгладить неловкость. — Мы совершенно по другому вопросу. Вернее, я. Господин маг просто за компанию зашел.
Глаз на затылке у меня нет, поэтому я не могла видеть, что там делает «господин маг», а вот старьевщик сдвинул очки на кончик носа и окинул нас каким-то странным взглядом, будто двух букашек под увеличительным стеклом разглядывал:
— Удивительно… Обычно я в таких вещах не ошибаюсь, — пробормотал он больше себе, чем кому-то еще. — Так что же вас интересует?
Надежда что-то здесь выяснить была мизерной, но я все же решилась задать вопрос.
— Помните, пару дней назад ведьмочка купила у вас старинное кольцо с лунным камнем?
Трясущиеся и похолодевшие пальцы лихорадочно комкали белое кружево на рукаве одного из моих любимых клетчатых платьев.
— Смутно. — Ответ, как и ожидалось, был краток и скуп.
— Она еще удивилась, что вы с нее взяли не много…
— Не припомню, уж простите.
Поведение торговца сомнительным товаром было абсолютно обыденным: такие личности не любят отвечать на вопросы и крайне редко и неохотно делятся информацией о посетителях и их покупках. И хотя все случилось как и ожидалось, я растерялась. Вот как теперь поступить? Развернуться и уйти? Или еще поспрашивать? Может, порчей пригрозить?
Меня уже почти разорвало между первым и последним вариантом, когда из-за спины прозвучало чуточку высокомерное:
— Вы ответите на все вопросы этой девушки, если, конечно, хотите и дальше спокойно работать… и иметь свою собственную лавку.
На прилавок посыпались монеты. Золотые.
У меня даже рот от изумления приоткрылся.
А судя по отблеску на стене и тому, как неуловимо позеленел старьевщик, Глеб еще и заклинание какое-то продемонстрировал.
Законопослушная ведьмочка во мне возмутилась до самой глубины души такими методами, но когда хозяин магазинчика снова переключил внимание на меня, это неприятное чувство мгновенно сошло на нет.
— Что именно вы хотите узнать? — Теперь он был сама вежливость и услужливость. — Если не ошибаюсь, вы тоже были здесь и все собственными глазами видели.
Полуденный, все так же держась позади меня, заинтересованно хмыкнул.
Пришлось одернуть себя. Не отвлекаемся! С ним я потом поговорю, сейчас важнее информация.
— Расскажите, пожалуйста, про то кольцо. Что в нем такого особенного?
И по ухмылке, искривившей морщинистое лицо, я поняла, что вопрос задала правильный.
— Эта вещь из опустевшего города, одного из тех, что образуют Мертвый треугольник. Вы не знали?
Кабы знала, стала бы я спрашивать?!
Ай да Элька!
— И как оно попало сюда? — стараясь держаться так, чтобы изумление не проступило на лице, задала следующий вопрос я.
— Уличные воришки иногда заглядывают ко мне, если попадается что-то ценное, — поджал губы старьевщик. — Редко. Только поэтому и взял то кольцо. Дорого его все равно не продашь, сведущие люди такую вещь в доме держать не захотят, а у других с деньгами не так хорошо. Пустил как обычную безделушку. Но вашей подруге, признаю, удалось меня удивить.
Ага. Меня тоже.
На плечи легли теплые ладони и слегка сжали, таким образом давая понять, что пора сворачиваться.
— О нашем разговоре никому ни полслова, — предупредил Глеб и развернул меня к выходу.
Звякнула колокольчиком дверь за нашими спинами, и я явственно представила облегченный вздох старьевщика.
Лавка осталась на некотором расстоянии позади, когда мой спутник нарушил молчание.
— С тобой не соскучишься, ведьмочка.
— Магам вообще скучать противопоказано, они от этого становятся еще большими занудами, — вернула шпильку я, торопливо вышагивая за ним по улице.
Глеб хмыкнул и мстительно ускорил шаг.
— Знаешь, я все больше склоняюсь к мысли, — медленно, с какой-то-мечтательной улыбкой на губах, проговорил он, — что каждому боевому магу нужна, просто жизненно необходима его собственная ведьма.
— Мы направляем вашу энергию в безопасное русло. — В кои веки я была хоть в чем-то согласна с магом!
— А еще с завидным постоянством умудряетесь влипнуть во что-нибудь опасное, — фыркнул Глеб. — И без помощи кого-нибудь здравомыслящего тут не обойтись.
Что-о?! Это он сейчас сказал, что мы без них пропадем?
И еще нахально улыбается?!
Внутри вся пузырясь от негодования, я уже готова была рассказать, а при надобности и наглядно продемонстрировать, как мы, ведьмы, умеем выкручиваться из неприятностей, но Глеб, словно почуяв неладное, ловко переменил тему. Спросил про кольцо. И сразу догадался, что дело тут в Эльке. Потому что я его точно не покупала, а у Красы есть дед, который ни во что опасное влезть ей точно не позволит. В общем, постановка вопроса была такая, что отмолчаться никак. Пришлось рассказывать.
Знала я пока немного, так что рассказ уложился в несколько минут. И как-то так само собой получилось, что я и про сны Элькины кошмарные упомянула. Глеб слушал так, будто кроме меня и того, о чем я говорила, сейчас в мире не существовало ничего. Ну как тут устоять и не поделиться тем, что поедом ест изнутри?!
— Так иногда бывает, что столкновение с кем-то со схожим даром может разбудить спящие способности, — объяснил он, когда я замолкла. — Было бы неплохо, если бы Элла походила и на занятия для провидиц.
— Вряд ли она захочет, — вздохнула я.
— Ты ей скажи, пусть подумает. — Полуденный ободряюще сжал мою руку и улыбнулся. — Но как преподаватель, я ничего сейчас не слышал. В соответствии с уставом Академии я обязан сообщить о связи своей студентки с опустевшими городами руководству. А оно, в свою очередь, должно ее отчислить.
— Вот еще! — Во мне взметнулась злость. Может, еще и связи никакой нет, а они уже меры принимают. Маги, что с них взять! — Только попробуй.
— И пробовать не собираюсь, — хмыкнул Глеб и привычным уже движением слегка щелкнул меня по носу. Я не менее привычно мотнула головой, но уклониться от его руки не смогла, вдобавок и косой по этой самой руке треснула. — Кстати, мы пришли.
В следующий миг меня ждало сразу три открытия. Первое: уже стемнело, а значит, сдать меня девчонкам на руки через два часа Глеб безнадежно опоздал, и они там все издергались, наверное. Не столько от страха, сколько от любопытства. А расплачиваться потом мне! Второе: мы стояли у Академии, только подошли зачем-то с другой стороны. Ворот тут и в помине не было, но Глеба этот факт почему-то не смущал. Вон как уверенно шагает по газону! И меня не забывает тащить за собой. И третье: Глеб уже наложил маскирующие чары и вообще вид у него крайне таинственный.
— Что ты затеял? — забеспокоилась я.
Непорядок! Это ведьма должна втравливать в неприятности, прерогатива мага — спасать. Сам только что подписался!
— Не я, а мы, — самоуверенно улыбнулся Глеб, прошелся взглядом по каменной кладке стены, окружающей замок, и, выбрав место, нажал.
Камень под его ладонью просел.
С тихим шорохом часть стены ушла в землю, открывая ход.
Ох, надеюсь, маскирующие чары и на этот маневр распространяются!
Не позволив мне толком опомниться, Глеб втащил меня на территорию Академии. Как только мы прошли, за спиной вновь послышался характерный шорох.
— А я почему не в курсе?! — гневно сверкая глазами, зашипела на обнаглевшего мага.
— Мы собираемся влезть в архив и посмотреть, что там есть по ведьминскому факультету, — посвятил меня в мои же собственные планы Полуденный.
Занятно. Хорошо, к завтрашним занятиям я заранее подготовилась, потому что здесь мы, похоже, застрянем надолго.
Нет, все же не получится у нас идеальных отношений. Потому что идеальные отношения — это когда ведьма влипает, маг спасает, а метлы и фамильяры под ногами путаются. Только сейчас это поняла. Вот была бы идиллия…
— Цветана, где ты витаешь? — рыкнул в ухо Глеб.
— Я согласна, — вздохнула обреченно.
— На что? — заинтересовался он.
— Лезть в архив.
— Это подразумевалось, — отмахнулся маг, будто ведьминское мнение его вообще не волновало. — Не отвлекайся, пожалуйста.
Обидеться, что ли? Бесят меня эти маги. А конкретно этот — вообще сводит с ума. Но почему же тогда с ним так хорошо и уходить никуда не хочется?
Огромная территория вокруг замка была погружена в темноту. У ворот и главного входа наверняка включили фонари, но их отсветы отсюда не виделись. Разве только охранные заклинания на стене изредка вспыхивали. Уж не знаю, что там сделал Глеб, но они никак не реагировали на наше присутствие.
Миновав сад целительниц, где те выращивали всякие полезные травки, мы остановились у одного из темных окон первого этажа.
— А теперь практикум, — ослепительно улыбнулся Глеб.
Я закатила глаза. Связалась на свою голову.
— Охранные заклинания накладывали опытные маги, я ничего не смогу с ними сделать, — напомнила на всякий случай.
— Делать не надо, просто смотри, — велел Полуденный.
Хотела напомнить, что видеть их плетения я вообще-то тоже не должна, раз уж у него эти знания внезапно из головы вылетели. Но не напомнила. Потому что заклинания вдруг вспыхнули алым и золотым. И я их прекрасно видела!
Сильная охранка, кстати. Мне до такого еще учиться и учиться.
Пальцы Глеба порхали, едва касаясь чужих заклинаний. Мне только и оставалось с широко распахнутыми глазами и приоткрытым от изумления ртом следить за его манипуляциями и магическими потоками. Невероятно! С ума сойти можно! Какого волкодлака я все это вижу?!
Скоро плетение померкло, сделавшись почти прозрачным.
Маг, особо не церемонясь, толкнул окно, и то распахнулось.
— Готово, — сообщил Глеб, подтянулся на руках и ловко перемахнул через подоконник. — Поняла что-нибудь?
Ухватившись за протянутую руку, я позволила втащить себя… как оказалось, в какую-то подсобку.
— Почему я чувствую чужеродную силу? — спросила шепотом, обозревая составленную у стен мебель и ящики с пришедшими в негодность дешевыми артефактами.
— Очевидно, потому, что не такая уж она чужеродная, — туманно сообщил Глеб, закрыл окно и с помощью заклинания справился с замком на двери.
Послышался тихий щелчок, и мы вышли в длинный темный коридор.
— Глеб! — Я вцепилась в его руку и одарила вредного мага крайне недовольным взглядом. — Объясни нормально!
— У тебя в семье магов случайно не было? — Прямо скажем, он выбрал не самый удачный момент, чтобы заинтересоваться моей родословной.
— И не случайно тоже, — пробурчала в ответ.
— Просто ты настолько же магиня, насколько ведьма. Вот я и подумал…
Договаривать он не стал, посмотрел на меня выразительно, после чего удобнее уместил мою ладошку в своей руке и повел вперед по пустынному коридору, через несколько поворотов, в другую подсобку с лестницей, ведущей на подземный уровень. Там хотя бы магическое освещение работало, так что двигаться было легче и можно было сосредоточиться на том, чтобы делать это бесшумно.
Впрочем, меня больше волновал неизвестный маг, внезапно обнаруженный в моей родословной. То есть заподозренный.
То есть не было никакого мага!!!
— Может, все дело в том, что мой профиль — общая магия? — В конце концов я не выдержала.
Глеб к этому времени успел отыскать нужную дверь и справиться с замком и защитными плетениями.
— У магов и ведьм она разная, — напомнил он, вталкивая меня в помещение, забитое ящиками и полками с папками. — Цветана, ты сейчас договоришься до «отвратительно» по моей части предмета.
Я задохнулась от возмущения.
— Но мы не на занятиях!
— Кажется, я что-то говорил насчет практикума, — припомнил бессовестный маг.
— И вообще, не мешай мне придумывать отговорки! — взвыла я.
— Лучше вспомни, зачем мы здесь, — посоветовал похититель моего спокойствия.
Интересно, он правда считает, что можно вот так взбаламутить мое любопытство, а потом вести себя как ни в чем не бывало?
С пальцев Полуденного слетели штук восемь светящихся комочков и рассредоточились по довольно большому помещению.
Впрочем, он первый не выдержал и снова поднял тему, занимавшую все мои мысли:
— Цветанка, а ты от кого дар унаследовала?
Стою. Молчу. Взгляд уткнулся в пол.
Глупейшая ситуация, если честно. А все потому, что я не знаю! Просто не интересовалась этим как-то… Мама и бабушка от магии в любом ее виде далеки, других родственников с их стороны я не застала на этом свете, а об отце и его семье ничего не знаю и никогда не хотела знать. Как и он обо мне. Сейчас впервые за долгие годы о нем подумала.
— От кого-то из совсем далеких предков, — ответила через некоторое время, стараясь придать голосу как можно больше безразличия. — Я не знаю точно. Давай уже искать сведения о пропавшем факультете!
— Не больше трех поколений, потом кровь разбавляется и дар уже не проявляется, — серьезно напомнил Глеб.
После этого он наконец оставил меня в покое и действительно отправился искать.
На наше счастье, учились и работали в Академии в основном боевые маги, остальные были скорее исключением. Да-да, я не оговорилась, счастье! Потому что боевые маги, они же почти как военные, дрессированные в смысле, порядок любят, а все, что его нарушает, на дух не переносят. Ведьм, например. Ведь ведьма и порядок — это вообще несочетаемое! Разве только это будет тот самый порядок, который ведьма и установила.
Ну да я отвлеклась. А все это, собственно, к тому, что найти нужную информацию в архиве оказалось легче легкого. Все секторы подписаны, полки и ящики пронумерованы, а на столе архивариуса лежит учетная книга, в самом начале которой вставлена памятка в комплекте с картой зала. Мечта для начинающего шпиона!
Руководствуясь картой, мы прошли в самый темный угол к самому пыльному стеллажу с табличкой «Ведьминский факультет». Документации было не особенно много, и все так аккуратно разложено, каждая папка поставлена в строго хронологическом порядке… Ни единого поискового заклинания не понадобилось.
Мне аж противно стало от такой дотошности.
Полчаса в архиве стояла тишина, прерываемая только нашим дыханием и шорохом документов. Глеб искал что-то полезное, а я с любопытством заглядывала ему через плечо. Студентки, наставницы, табели успеваемости, ведомости с результатами экзаменов… Все было однообразно, и я в определенный момент отвлеклась, позволила мыслям ускользнуть к своей семье. Той ее части, о которой мне мало известно.
Надо будет написать маме еще письмо и спросить, не было ли магов в роду отца. Это важно. Я имею право знать!
Изменившееся настроение сообщника я почувствовала за мгновение до того, как он хмыкнул.
— А вот это уже интересно…
— Что там? — Я придвинулась, уткнувшись подбородком ему в плечо.
Объяснил Глеб быстрее, чем я все прочитала.
— Сначала целая пачка жалоб от ведьмочек на магов, которые их достают и всячески пытаются выжить из Академии. Потом пошли угрозы. Это длилось почти год. В конце концов одна из ведьмочек потеряла дар, когда эти идиоты заключили ее в круг и призвали низшего демона. Учинили разбирательство, но, если я правильно понял протокол заседания, ректор магов хоть и наказал, ведьм решено было переселить из замка в отдельный корпус… на окраине города, рядом с самым злачным районом.
— Но это же несправедливо! — до глубины своей ведьминской души возмутилась я.
— Ведьмы, видимо, тоже так решили, — кивнул Глеб, уголки его губ подрагивали. — И когда на следующий день секретарь принесла их декану постановление о переносе ведьминского факультета с последующей передачей занимаемых ведьмами помещений факультету боевой магии, той части этажа, которую занимали ведьмы, просто не нашлось на положенном месте.
Короткой паузы хватило, чтобы оценить ситуацию в общих чертах.
— Выходит, маги просто облюбовали себе несколько лишних помещений, оставалось только ведьм выгнать, — поделилась выводами я. — А ректор с самого начала был на их стороне!
— Получается, так. — Глеб скривился. — Впервые мне стыдно за коллег.
— А ведьмы магов красиво сделали! — Настроение было веселое. — Так им!
На лице Полуденного промелькнула озорная улыбка.
— Похоже, они еще и порчу какую-то после себя оставили. Справишься?
— Да! — Не принять этот вызов я не могла. — Пусть не сразу, но обязательно. Только не вздумай отдать мою порчу другой ведьме!
И что это маг такой довольный?
— Думаешь, я упущу возможность проводить с тобой время и вместе разгадывать старую тайну? — прищурился он.
Так образовался наш странный союз. Мне тоже до дрожи хотелось выяснить истинные обстоятельства исчезновения ведьм, и против общества Глеба я ничего не имела, так что спорить не стала. Почему-то искренне верилось, что вместе у нас все получится. Вредность ведьминская требовала внести в договоренность пункт о недопустимости поцелуев и прочих вольностей, но что-то меня останавливало. Он ведь и согласиться может, и решить придерживаться данного слова, маги — они такие. А бедной ведьмочке потом страдай!
Но все-таки какое отношение имеет исчезновение Милы к пропавшему факультету? Как там очутился ее фамильяр? Вопросов до сих пор оставалось слишком много.
Глеб сплел запоминающее заклинание, чтобы при возможности перенести самые важные сведения на бумагу, потом вернул все в папки и на полки. Я даже пыль наколдовала, чтобы уж точно ни у кого не возникло подозрений в несанкционированном посещении архива.
Путь сюда повторился, только в обратном порядке. И теперь маг восстанавливал защитные заклинания, которые сам же повредил. Я смотрела, набиралась опыта, но в целом необходимости в своем присутствии здесь не видела, о чем не постеснялась сообщить:
— Не было никакого смысла тащить меня с собой. Я ничем тебе не помогла.
— Но тебе же было интересно? — не отвлекаясь от своей деятельности по восстановлению защитных чар, уточнил маг.
Спорить с этим было бессмысленно.
Да, но…
— Ты — безалаберный, безответственный разгильдяй! — честно сообщила я. — И ведешь себя не как преподаватель.
Глеб посмотрел на меня, и в его глазах рассыпались искорки искреннего веселья.
— Хочешь, открою тебе тайну? — заговорщически прошептал он.
Я кивнула. Мы, ведьмы, вообще обожаем всяческие тайны.
— Не имею никакого желания преподавать. Просто моим родным достижения Богдана не дают покоя, вот они и насели.
— И отказаться было никак? — Мне эта проблема знакома не была, и я не знала, сочувствовать ли магу. Хоть наши с мамой взгляды на жизнь регулярно расходились, она всегда находила в себе силы поддержать меня. Почему Полуденные не могут сделать так же?
Судя по тому, как скривился при упоминании о семье маг, им это даже в голову не приходило.
— Выкручусь как-нибудь, — делано беззаботно махнул рукой Глеб. — Вот разберемся, что тут маги с ведьмами наворотили, и я с чистой совестью займусь собственными делами.
Тоскливый голосок в самой глубине души проныл, что займется ими он наверняка где-то не здесь. Сразу горько так стало…
По дороге домой честно поделили тайны: Глеб обещал навести справки о пропавших ведьмах, мне же досталась порча.
Надо будет как-нибудь вместе с девчонками задержаться допоздна. Как знать, может, и откроется нам спрятанный факультет?

Глава 9

На губах еще горел поцелуй, когда я на цыпочках, стараясь создавать как можно меньше шума, вбегала в свою комнату.
Предосторожность, впрочем, оказалась напрасной.
Там меня поджидали. И не спали, как в прошлый раз, а встречали недовольными мордашками и любопытными взглядами.
В общем, девчонки вели себя именно так, как я и предсказывала.
— Цветана, мы же чуть с ума не сошли! — укоряюще посмотрела на меня Элька.
— И теперь ты должна сказать, что вы с Глебом как минимум тайно поженились, чтобы наше любопытство было вознаграждено за мучения. — Краса была, как всегда, беспардонна.
Спрятать улыбку не удалось.
— Нет, но мы целовались. — Я решила не жадничать и поделиться подробностями. — Только об этом никому!
— Да за кого ты нас принимаешь! — возмутилась Краса, сияя глазами. — Ни полслова!
— Осторожнее, пожалуйста, с ним, — взмолилась Элла. — Глеб вроде бы неплохой, но он маг все-таки. А они сама знаешь как к ведьмам относятся. Он поразвлекается и бросит, а ты потом страдать будешь.
Сердца коснулся холодок. Наверное, поэтому я ответила чересчур резко:
— Это мы еще посмотрим, кто кого бросит и кто от всего этого будет страдать!
Беспокойства на лицах подруг стало куда меньше.
А через минуту мне и самой удалось отмахнуться от глупых мыслей, которые вдруг полезли в голову. Ну их, этих магов! Мне еще тайны разгадывать, подругу спасать, потом учиться… Растолкав девчонок, я забралась на кровать и шепотом предложила:
— Хотите, расскажу, где мы были и как ведьмы сделали боевых магов десять лет назад, когда пропал наш факультет?
Естественно, они хотели.
Стоит ли говорить, что этой ночью мы тоже не выспались?
Утро выдалось хмурое, и настроение ему полностью соответствовало. Завтрак прошел в молчании. Девчонки еще толком не проснулись, я параллельно с едой писала коротенькое письмо маме с вопросом о своем даре. Не забыть бы отправить.
Надеюсь, она ответит…
Может, в отцовской семье ведьмы были? Интерес к этой моей родне как проклюнулся вчера, так и не угас до сих пор.
Поставила последнюю точку, вздохнула, борясь с волнением, свернула послание трубочкой, скрепила магической печатью… и обнаружила, что девчонки гневно шипят друг на друга.
— Ну жалко тебе, что ли? — обижалась Краса.
— Примерить не дам.
Судя по тому, что Элла нервно покручивала кольцо на пальце, речь шла о нем.
То самое, с лунным камнем.
Сомнения одолевали минутку, но я все же решила вмешаться.
Мы ведь подруги! Между нами не должно быть тайн! Тем более что мои тайны из меня вытрясли в первые дни знакомства.
— Эль, а что ты знаешь об опустевших городах?
Она всем телом вздрогнула.
— Н-ничего.
Прозвучало неубедительно.
— Точно?
— Ага.
— Просто старьевщик говорит, что твое колечко оттуда, — выложила я свой козырь.
Краса смотрела на нас округлившимися от удивления глазами.
— Ты допытывалась? — Всегда спокойная Элька так и взвилась. — Шпионила за мной?!
Еще немного, и на меня бы наслали порчу, так она разозлилась.
— А ты нам врала, — напомнила я строго. — Так что мы в расчете, и если у кого-то и есть право злиться, так точно не у тебя.
Одарив меня обиженным взглядом, ведьмочка шумно вздохнула и рухнула обратно на свой стул.
— Ну и что за тайны завелись у нас в доме? — отмерла Краса.
— Простите, я дала слово не болтать об этом. — Наша скрытная подруга уткнулась взглядом в узор на скатерти.
Проточная, кажется, собралась совсем обидеться.
Не хватало еще рассориться нам всем!
— Это касается твоей семьи? — осторожно спросила я. — Ты говорила, что они занимаются темной магией. Они вне закона, да? И они скрываются в одном из разрушенных городов?
Элла несмело посмотрела на меня и слабо кивнула.
— Я тоже там жила, пока в Академию поступать не решила.
— Но это же запрещено! — воскликнула Краса, за что тут же получила от меня под столом пинок.
Чистосердечное признание мы из Сателлы все же вытрясли. Поначалу она увиливала и говорила крайне неохотно, но после того, как я еще пару раз одернула внучку магистра и предложила поклясться молчать, подруга сдалась.
Ее рассказ здорово напоминал сказку. И если бы за прошедшие дни я не успела Эльку хоть сколько-то узнать, непременно бы решила, что она выдумывает.
Оказалось, что ее предки когда-то правили Империей! Потом одна из их дальних родственниц родилась с даром темного элементаля и не сумела ему противостоять. Столько дел наворотила! Настали смутные времена, и во всем обвинили правящую семью. Одна из боковых ветвей только и ждала этой возможности. Устроили переворот, императора с наследником и еще несколькими родственниками казнили, но его бабка прихватила правнуков и сбежала. Сначала у подруги укрылась, потом, когда новые власти с Ведьмой разобрались, спряталась в одном из опустевших городов.
Элька уже там родилась. Через много лет.
По ее словам, там не только опальные родственники нынешнего императора скрываются. Эти опустевшие города совсем не такие пустые, как принято считать. Наверное, поэтому все попытки восстановить их провалились с треском.
— Так что никакая я не некромантка, — со вздохом призналась ведьмочка. — Но по соседству с нами жила одна семья, они-то и научили меня разному. А моя мама вообще нечисть. Вот так-то. Но я не новый элементаль, клянусь!
Кто бы объяснил, почему я поверила.
Просто в тот момент больше интересовалась другим.
— Богдан как-то упомянул, что семья Глеба находилась в очень дальнем родстве с той темной, — припомнила я. — Так получается, вы с ним родственники?
— Очень дальние, — не стала больше ничего скрывать подруга. — Это даже родством не считается.
После всех откровений мы с Красой пребывали в таком шоке, что даже дуться не стали. Быстренько проглотили остатки холодного завтрака, похватали фамильяров и по метлам.
До Академии добирались с ветерком. Потому что опаздывали!
Но у входа нас поджидало привычное уже препятствие.
Феликс с букетом.
Я настроилась быстренько получить цветы и прошмыгнуть мимо, но почему-то с боевыми магами это никогда не срабатывает. Феликс загородил нам дорогу и намертво вцепился в букет. Я тоже вцепилась, подергала. Ядя нервно топталась на плече хозяйки, поглядывая, как бы бестолковые люди не попортили полезный ингредиент. Маг был сильнее, а шиншилла вот-вот собиралась плюхнуться в обморок, так что руки я убрала. Придется слушать, что он скажет.
— Прости за мое поведение на празднике. — Надо признать, слова Феликса стали неожиданностью. — Сам не знаю, что на меня нашло.
О! Маг — и извиняется? Перед ведьмой? Ради такого и опоздать не жалко. Да даже схлопотать наказание, и то не жалко!
— Может, вино? — улыбнулась я.
— Может. — Сегодня он был сама покладистость.
Что ж, когда надо, я тоже умею пойти на уступки.
— Ладно, забыли.
Но отдавать мне цветы парень не торопился. По смазливой физиономии вижу, еще что-то хотел сказать. Хотел и не решался.
— Спасибо, — наконец пробормотал он, но, по-моему, это было не совсем то. — Я теперь понимаю, что с тобой по-другому надо…
Веры ему не было, в особенности после того, что я узнала о магах в архиве, но почему бы и не послушать?
Другие опаздывающие с интересом косились на нас, но в большинстве своем предпочитали бежать на занятия. На боевом факультете с этим строго.
Ведьмочки ждали меня. Что давалось им нелегко, учитывая врожденную ответственность и пунктуальность. Да и преподавателей расстраивать не хотелось, они у нас хорошие. Только поэтому Краса решила вмешаться:
— Тогда, может, ты заодно и извинишься перед Цветаной за тот раз, когда порчу схлопотал, раз все понял и осознал? — без тени злорадства предложила она. — Увидит мало кто, все уже в аудиториях сидят. Порча сама свалится, а тебе не придется больше таскаться с цветами.
Сердце ведьминское — оно доброе, вон даже мага сочувствием не обошло. Но оценить порыв этому конкретному магу было пока не по силам.
Феликс так посмотрел на ведьмочку, что та невольно отступила на шаг.
Ой, что-то у меня предчувствие нехорошее…
Но спасать ситуацию было уже поздно.
— А тебе завидно, толстуха? — зло зыркнул на девушку студент. И куда девалась вся покладистость, недавно столь усердно демонстрируемая? — Завидуешь, наверное, подругам. Они-то у тебя ничего, особенно Цветана. А на тебя даже завалящий целитель не посмотрит. Даже после бутылки первача.
С ведьмами такое редко случается, но мы с Элькой растерялись. Просто это… это… это даже для боевого мага низко!
А Краса, которую растили в любви и которая до этого момента и не подозревала, что какой-нибудь смазливый боевой маг может решить, что с ее внешностью что-то не так, в первый миг замерла, словно статуя. Ее глаза сделались стеклянными от набежавших слез.
В следующее мгновение произошло сразу три вещи.
Феликс, не чувствуя за собой совершенно никакой вины, предложил:
— Цветанка, может, погуляем вечером?
Очнувшись, Краса резко повернулась и, смахивая со щек слезы, бросилась бежать к замку.
Но за миг до этого Ядя успела плюнуть. И промазала. А заметив, что ядовитый плевок в мага не попал, мстительная шиншилла решила действовать иначе: грозно зашипела, распушилась вся, соскочила с плеча хозяйки и бросилась к ее обидчику.
Нападения Феликс не ожидал, а потому поначалу остолбенел.
Впрочем, ненадолго. Мы с Эллой опомниться не успели, как он дико взвыл и схватился за… ну, то, что ниже спины находится.
Я как-то привыкла считать, что это ведьмы при каждом удобном случае приключения на это самое место находят. Оказывается, маги тоже не исключение.
— Шиншилла же ядовитая, — прошептала Элька, виновато втянув голову в плечи, но не хихикать у нее не получалось.
— Не наши проблемы, — пожала плечами я. Затем подождала, пока Ядя заберется ко мне на плечо, схватила подругу за руку и заспешила в замок. Это был как раз тот случай, когда пора делать ноги. — Жаль, не за язык цапнула, ему бы на пользу пошло.
Весь двор хохотал над Феликсом, в очередной раз вляпавшимся в ведьму. Ничему-то некоторых жизнь не учит! И хотя занятия уже начались и народу перед замком было не очень много, опаздывали не мы одни, плюс обслуга и преподаватели, прохожие, которые, услышав крик, столпились у распахнутых ворот, и к некоторым окнам прильнули студенты. Свою порцию унижения горе-маг получил.
Сбежать до того, как он придет в себя и начнет мстить, мы с Элькой успели. И даже не отхватили честно заслуженный нагоняй за опоздание. Глеб сам еще не пришел, а магистр Богдан был по уши занят тем, что распекал трех старшекурсников с боевого факультета. Во сколько прибежали мы, он не следил.
Краса рыдала в углу.
Отдышавшись и поощрив шиншиллу орехом, мы успели подслушать, чем провинились маги. Оказывается, Богдан, который явился на два часа раньше положенного, застал их за попыткой вскрыть охранные чары и пролезть в нашу мастерскую. В карманах взломщиков обнаружились испорченные ингредиенты, которыми те планировали заменить наши. Подделка была такая, что на первый и даже на второй взгляд не отличишь. А это наводило на закономерный вывод, что парни не по своей инициативе пришли. Не только по своей.
Опять ведьм выживают. И делается это при активной поддержке некоторых преподавателей, метлой клянусь!
— Что-то мне уже страшно идти на потоковые лекции, — шепотом поделилась своими переживаниями Элла.
— Дома повторим парочку порч. Так, на всякий случай, — прониклась я.
Декан вновь открытого ведьминского факультета разозлился жутко, и все же серьезно наказывать недомагов не стал, ограничился обычной отработкой в патруле. И к тому времени, как он закончил и отпустил нарушителей, мы с Эллой утешали Красу. Та исправно рыдала. Все три фамильяра, насупившись, сидели в углу. Обстановка занятию по общей магии соответствовала мало, даже с учетом того, что в ученицах предполагались ведьмы, а у нас все не как у людей.
При виде девичьих слез, льющихся бурным потоком, важный боевой маг как-то даже подрастерялся.
— Кхм. — Он затравленно огляделся по сторонам, но спасение приходить не спешило, пришлось выкручиваться собственными силами. — Девушки, хватит тут сырость разводить, не то плесень прорастет, а пополнять запасы этого ингредиента еще не пора.
Вот! И мы с Элькой о том же уже двадцать минут Красе талдычим!
— Ы-ы-ы… а-а… у-у-у-у… боевой маг… ы-ы-ы… а он такой-такой!.. такой!!! — прорыдала наша страдалица.
— Противный? — склонившись к ней, подсказала Элька.
— Глупый, бессовестный, еще и слепой к тому же, — добавила лестных эпитетов я.
— Краси-и-и-ивый! — горше прежнего разрыдалась внучка магистра. — А я…
Случай еще запущеннее, чем поначалу думалось. Мы с Эллой обменялись обеспокоенными взглядами.
Магистр счел за благо отгородиться от нас преподавательским столом и только так, кажется, почувствовал себя в относительной безопасности.
Фу ты! А еще важный боевой маг!
Надо запомнить: лучшее средство дезориентировать боевого мага — ведьминские слезы. Желательно с рыданиями, всхлипами и подвываниями.
— Кто-то что-то понял? — вопросил из своего укрытия магистр.
— Ы-ы-ы-ы-ы! — увеличила громкость расстроенная ведьмочка.
— Феликс сказал, что она толстая, — перевели мы с Элькой. — Ее шиншилла его за это ядовито покусала, но Красуля, кажется, расстроилась.
Уверенности у магистра заметно прибавилось. Он даже слабую улыбку выдавил. И поза его стала более расслабленной, теперь не казалось, что он прячется.
— Проточная, запомни, а лучше запиши: реветь из-за всяких магов — последнее дело! — попробовал он подбодрить студентку.
— А мы что говорим?! — поддержали мы с Элькой.
— Ы-ы-ы!!! — не прониклась Краса.
Богдан неуловимо позеленел.
— А теперь что? — Тонкую ведьминскую душу магу никогда самостоятельно не понять, поэтому он опять взывал к нам с надеждой получить объяснения.
— Она считает себя некрасивой, — вздохнула Элла.
— А еще она в Феликса влюбилась, — сдала подругу со всеми потрохами я.
Подумаешь! Между прочим, шок — это очень даже по-ведьмински!
Плач стих в тот же миг.
— И ничего я не влюбилась, — буркнула Проточная и обиженно посмотрела на меня.
— Конечно, влюбилась, — уступать я не желала, тем более уже видела первые успехи своей деятельности. — Иначе стала бы ты так убиваться из-за слов какого-то недомага?
Теперь-то она из кожи вон вылезет, но докажет, что я неправа! Вон как упрямо подбородок выпятила.
— Проточная, ты весьма симпатичная девушка, — внес свою лепту Богдан. — Это я как настоящий боевой маг говорю.
— Пра-а-авда? — взглядом вцепилась в него Краса.
— Разумеется, — серьезно кивнул мужчина.
Справедливости ради нужно признать, что он ни капельки не лукавил. То есть я, конечно, не могла точно знать, что магистр думает о внешности моей подруги, но сама считала ее симпатичной. Подумаешь, пухленькая немного! Зато у нее глаза синие-синие, огромные, улыбка милая и ямочки на щеках появляются. И руки всегда теплые. И платьев красивых полно. И вообще, я собственными глазами не раз уже видела, как на улице на нее парни засматриваются. Уверенность и веселый нрав порой лучше яркой внешности привлекают.
А этот Феликс — правда слепой! Или просто глупый.
Наслушавшись приятных слов, Краса успокоилась и заняла свое место. Мы с Эллой сделали то же самое, и началась лекция.
Странно как-то началась.
— На прошлой неделе я убедился, что база у вас хорошая, — зашел издалека главный наш преподаватель. — Теперь же хочу, чтобы вы, девушки, четко осознали, что ведьмам в этой Академии не рады. Не все, но многие. И в связи с этим вас могут подстерегать самые разные опасности.
Да, уж это мы прочувствовали.
Очень кстати мне вспомнился подслушанный разговор Полуночного с ректором.
— Поэтому сегодня мы будем учиться защищаться, — дошел до сути Богдан.
— Первая дельная мысль за неделю, коллега, — одобрил Глеб, закрыл за собой дверь и прошел к закрепленному за ним столу.
Богдан поморщился, будто с какой-то дурости сжевал половину лимона без сахара, но поделать с присутствием Полуденного он ничего не мог, поэтому решил держаться с достоинством и игнорировать. А мне что-то вдруг подумалось, что этих двоих назначили работать вместе специально, чтобы вновь открытый ведьминский факультет развалить.
Ну нет, мы этим злыдням такого удовольствия не доставим!
Ведьмы просто так не сдаются. А нормальные маги, когда начинают водиться с нами, умнеют и вообще обрастают всяческими талантами. Так что увидим еще, кто кого.
Лекция прошла интересно. Богдан рассказывал о способах нападения и защиты, о специфике магии, используемой магами, о щитах и простейших, но действенных заклинаниях, с помощью которых мы могли бы дать сдачи. Потом подключился Глеб и началась практика. Поначалу мы добросовестно чертили контуры, плели заклинания и учились ставить щиты. Получилось у всех троих, притом достаточно быстро.
Но легко, в ведьминском понимании, то же самое, что скучно, поэтому мы без всякого на то разрешения решили разнообразить деятельность. Сначала я добавила в стандартное плетение несколько узелков, как ведьмак Роланд когда-то учил. И даже Глеб, который более-менее видел, что мы там творим, не смог разобраться в получившейся защите, пока я не объяснила. Но перед этим нагло стребовала себе высший балл. Вполне заслуженный, между прочим, хотя некоторые вредные маги и пытались делать вид, будто это не совсем так.
Примерно тогда же выяснилось, что я — единственная, чьи плетения видит Богдан. Очередное свидетельство наличия в моей родне не только ведьм, но и магов. Любопытство острыми маленькими зубками впилось в душу. Когда еще мама на письмо ответит, а мне сейчас все узнать хочется!
Завершился практикум и вовсе в нашу пользу. В последний раз отрабатывали простейшие щиты… И вот маги как раз приготовились зашвырнуть в нас чем-то страшным на вид, но безобидным на поверку… А мы ка-а-ак расплачемся! Громко, навзрыд. Маги, впечатлившись, отпрянули, заклинания слетели с их пальцев, но промазали, черная метла, которой незаслуженно досталось, каким-то образом отразила нападение, и у Богдана уже наливалась шишка на лбу. Больша-а-ая. А мы утерли слезки, стребовали свои честно заслуженные плюсики за изобретательность, издали по победному писку и засобирались домой.
Запихивая книги и конспекты в сумку, я чуть не пропустила небольшой листок, дожидавшийся меня на столе.
Развернула, пробежала глазами ровные строчки.
Глеб просил придумать подходящий предлог и задержаться.
Внутри царапнулось что-то, но я не успела разобраться с эмоциями. В дверь вежливо постучали, и все внимание унеслось туда.
— Можно, — громко сообщил магистр Полуночный.
Именно такого ответа с той стороны и ждали. Дверь широко распахнулась, и к нам ввалилась весьма живописная компания. Первым шел настоящий боевой маг, высокий, тренированный, с бритым татуированным черепом, маленькими подозрительными глазками и парочкой вставных серебряных зубов среди своих собственных. Поверх потертой повседневной формы развевалась распахнутая дорогущая мантия. И держался он так, будто весь замок ему принадлежит, а мы пришли в слуги наниматься.
Декан, не меньше. Слишком много гонору для простого преподавателя.
Ясно теперь, кто так пагубно влияет на молодое поколение боевых магов.
Мы с девчонками переглянулись и, незаметно для окружающих, пришли к общему мнению. Ведьма ведьму всегда поймет! И так нам жалко стало, что Эсмеральды нет… Еще на прошлой неделе было решено, что она с нами теперь только по четвергам в ведьминской школе заниматься будет.
Следом за деканом боевого факультета, прижимая к еще утром пострадавшему месту валик, ковылял бледный и несчастный Феликс. Даже шиншилле его жалко стало. До того жалко, что она опять плюнула. И на этот раз не промазала бы, но кто-то подлый выставил щит. У-у, маги! Совести у них нет, одна наглость.
Ну а завершали процессию два друга Феликса, те самые, с которыми он меня иллюзией пугал. Вид у парней был тоже бледный и разнесчастный, и идти в ведьминские владения они не хотели, об этом неподдельные страдания на смазливых физиономиях свидетельствовали. Странно, чего это они? Вроде их мы еще не кусали.
Даже не прокляли, а они не ценят!
Ввалились они все, и дверь за собой с грохотом закрыли. Мы даже подпрыгнули.
— Богдан, — властно начал тип с серебряными зубами. — Приструни своих ведьм, они на моих парней кидаются!
Ишь, раскомандовался!
— Как именно кидаются? — заинтересовался Полуночный.
— С брачными намерениями! — не сомневаясь в собственных словах, огорошил нас чужой декан.
Справедливая ведьминская душа этого не стерпела.
— Что?! — взвыли мы на три голоса, а Глеб поддержал.
Он хоть и не ведьма, даже не ведьмак, но тоже почему-то пребывал в шоке.
— Всем известно, что ведьмы, даже столь юные, только и мечтают заарканить себе мага посильнее, — глядя на нас с неприкрытой неприязнью, бросил зубастый магистр.
Ему там что, в каком-нибудь бою голову ударило?
— Зачем? — в тишине, прерываемой нашим гневным сопением, прозвучал какой-то отрешенный голос Глеба.
Вопрос был странный и непривычный. Все взгляды сразу же скрестились на молодом маге, его задавшем.
— Что — зачем? — растерялся чужой декан.
— Ведьмам маги, — неожиданно поддержал коллегу Богдан. — Зачем?
Приятно так стало, мы с девчонками даже заулыбались. Ведь знали же: наши маги — самые лучшие! Не то что эти, с боевого факультета.
Целую минуту над нами висела тишина. На миг даже показалось, что в ней слышно, как шевелятся извилины в татуированной голове чужого декана.
— Не знаю, — наконец сдался он. — Нужны.
Презрительное фырканье на три голоса было ему ответом.
— Да толку с них? — Элька снизошла до внятного объяснения. — Наглые, самовлюбленные, недалекие. Тонкой ведьминской души не понимают. Цветка увядшего, пока не проклянешь как следует, не подарят.
— Счастье такое нам даром не надо, — поддержала ее Краса. — Оставьте себе.
Полуденный окинул нас, вставших плечом к плечу и враждебно скрестивших руки на груди, восхищенным взглядом. Полуночный одобрительно хмыкнул. Явственно послышался скрежет вставных зубов. Недомаги старались вести себя тихо и особо не отсвечивать.
— Замечательно! — Почему-то тот факт, что его маги ведьмам ну совсем не нужны, боевому декану не понравился. — В таком случае снимите с моего студента порчу и вылечите ему… хм… зад.
Желания лечиться Феликс не проявлял. Стоило нам посмотреть на него, он перехватил валик покрепче и начал пятиться.
А я вдруг отчетливо осознала, что всякие гадостные слухи про ведьм наверняка маги и распускают. Иначе почему это они знают, насколько нам нужны, а мы сами — ни сном, ни духом?
— Ронар, не указывай моим студенткам. — Магистр Полуночный говорил спокойно, но декан боевого факультета почему-то не рискнул с ним спорить. — Девушки?
А это он уже нам.
— Не вопрос, — изъявила готовность творить добро я. — Только пусть сначала извинятся.
— Перед ведьмами?! — заорал Ронар.
Твердолобый все же народ эти боевые маги.
Ведьмы в количестве трех штук энергично закивали.
— Еще чего не хватало! — рассмеялся чужой декан.
— В таком случае за лечением отправляйтесь к целителям, — посоветовал Богдан и выразительно указал на дверь. — Что же до порчи… сама развеется, когда вложенная в нее сила иссякнет.
Сказано это было так, будто он ожидал это событие достаточно скоро. Я же вспомнила, как замок поддержал мою злость на магов, алую молнию вспомнила и поняла, что мучиться Феликсу еще долго. И мне вместе с ним, потому как страдать в одиночку у него не получается, обязательно надо и мне проблем насоздавать. Маг, что тут еще скажешь.
— С удовольствием бы, — процедил сквозь зубы магистр Ронар. — Но эти недоразумения не смогли ничего сделать. Говорят, фамильяр ведьминский, магия непонятная, яд неизвестный, кроме ведьм никто не справится.
Правда? Мы-то считали, что целительницы с магами заодно и против ведьм, а оказывается, маги и их достали. Интересненько!
— Краса, сможешь вылечить? — деловито уточнил Богдан.
— Конечно! — закивала ведьмочка. — Только пусть сначала прощения попросит.
Втянув голову в плечи, Феликс запыхтел, как обиженный хомяк, а его декан как рявкнет:
— Помечтай, ведьма!
— В таком случае соответствующая тема у нас планируется через пару месяцев, — размеренно сообщил Богдан. — Пусть парень приходит, будет наглядным пособием. А до тех пор, насколько я понимаю ситуацию, рана не заживет, следовательно, сесть он не сможет, заниматься и тренироваться — тоже…
Он хотел еще добавить про действие яда, который не только не позволит ране затянуться, но и вызовет слабость, тошноту и прочие неудобные для боевого мага симптомы, но этого не потребовалось. Феликс и так достаточно впечатлился. А потому, напрочь игнорируя своего декана, выступил вперед и повернулся к Красе:
— Прости меня, пожалуйста. Я был неправ и повел себя как грубиян. Больше это никогда не повторится.
Визжать хотелось от радости. Потому что победа — это так приятно! Особенно победа над магом.
— Видишь, это несложно, — мстительно улыбнулась Краса. Потом, впрочем, обещание свое исполнила, распахнула дверь в лабораторию и указала на кушетку: — Проходи, снимай штаны и ложись.

Глава 10

Следующий час прошел продуктивно. Настолько, что мы даже из-за вынужденной задержки в Академии не расстроились, правда, проголодались жутко. Смущаясь и краснея, точно девица на выданье, Феликс приказание Красы исполнил.
А потом вообще чуть сквозь землю со стыда не провалился, когда вслед за ним в комнатку, где проходили практикумы по зельям, завалились мы все. В том числе и деканы, которых зелья и лечение вообще не должны были интересовать, не смогли отказать себе в возможности поприсутствовать и понаблюдать. Оказывается, и магам любопытство не чуждо!
Руководить лечением взялся Глеб, поскольку в его семье ведьмы были и об их магии он знал достаточно, в отличие от того же Богдана, которому перед каждым занятием приходилось тщательно готовиться и самому вникать в материал. Хотя, надо признать, Краса и сама отлично знала, что делать. Правда, смущалась жутко. Все же лечить приходилось такую часть тела, которую ведьмочка только на картинке в учебнике пока видела. А тут явно понравившийся ей маг!
Следы от зубов впечатляли. Вот сразу видно, волшебная зверюшка, обычной шиншилле такое не под силу. Но фамильяр ради своей ведьмы что угодно сделает!
Шиншилла польщенно раздулась и, усевшись на высоком столике, наблюдала, как ее хозяйка готовит нужные зелья, а потом смазывает ими ранки. Это чтобы нейтрализовать яд. Потом она с помощью магии заставила укусы затянуться и наложила клейкую повязку.
В определенный момент, когда боль стала слабеть, а зрители подрастеряли к нему интерес, мне даже померещилось, будто Феликс расслабленно растекся под руками ведьмочки.
Идея закралась в голову нежданно-негаданно и до того мне понравилась, что решение принято было мгновенно. Так тому и быть! Вот пожалует завтра Феликс с цветами, я ему и сообщу условия избавления от моей порчи…
Правила изменились. Одними извинениями он уже не обойдется.
Декан боевого факультета, убедившись, что завтра его студент будет в форме, махнул на нас рукой и удалился. Дружки Феликса, проникшись моментом, по очереди попытались пригласить Эльку погулять вечером, получили по отказу и были усланы в столовую за едой для нас и фамильяров. Доброе дело — еще не повод умирать голодной смертью! Оставив нас на попечение Глебу, Богдан скрылся в своем кабинете. А куда подевалась Элла, я вообще не поняла. Просто обнаружила вдруг, что Краса занята Феликсом и ничего другого вокруг не видит, а Глеб стоит рядом со мной и шепчет:
— Придешь?
Это он про записку.
— А девчонки как же?
— Красу отправлю к целителям, пусть аккуратно прояснит вопрос с магами, а Эллу попрошу по дороге домой зайти в лавку за каким-нибудь ингредиентом, — нашелся Полуденный. — Так что?
Устоять было выше моих сил.
— Ладно.
Так он и поступил, и в итоге часа не прошло, как мы остались одни. Дверь за Богданом едва успела захлопнуться, как Глеб сгреб меня в охапку и принялся целовать. Ведьминская душа с радостью отозвалась, и некоторое время утонуло в сладкой дымке. Хорошо все-таки с ним. Можно почувствовать себя маленькой и хрупкой, а рядом взрослый и сильный маг, оберегает, учит. Но что-то было не так, а вот что именно, понять я никак не могла.
Наверное, это «не так» и пробудило во мне здравый смысл, заставило увернуться от очередного поцелуя и оттолкнуть Глеба.
— Итак, ты вытащил меня сюда только за этим? — Я провокационно прищурилась.
Мастерская, да и весь замок уже начинали утопать в сумерках, и Глеб, обнаружив это, выпустил с десяток маленьких светящихся шариков, которые, подобно звездам, зависли под потолком.
Я поерзала, удобнее усаживаясь на кушетке, и на всякий случай отодвинулась от него. Так думается лучше.
— Если и так, то что? — вскинул бровь маг.
— Разочаруешь меня. — Почему-то хотелось ему противоречить.
Улыбка Полуденного и на улыбку-то не походила. Жесткая, исполненная превосходства и самодовольства.
— Сложно с вами, ведьмами, — отметил он, будто наблюдал за экспериментом. — Трудно привлечь и почти невозможно удержать этот интерес.
— Просто мы к магам предвзято относимся, — призналась я и с ногами забралась на кушетку.
Упустить случай маг не мог, тут же устроил мои ноги у себя на коленях и сжал горячими ладонями ступни.
— Ведьмочка моя, я делаю все возможное и невозможное, чтобы развеять твои предрассудки насчет магов.
— Пока у тебя получается, но не расслабляйся. — А сама я млела от его прикосновений. Мм-м, он еще и помассировал уставшие за день ножки. — Узнал про ведьм?
Новости насчет нашего небольшого расследования были единственным, что могло заставить меня не растечься сейчас окончательно.
— Узнал. — Глеб сделался серьезным, даже угрюмым. — После того как факультет пропал, имена преподавательниц и студенток больше нигде не всплывали.
Ладонями Глеб наверняка почувствовал мою дрожь, дошедшую до самых пальчиков на ногах.
— Кроме одного, — после короткого молчания продолжил он.
— Какого? — У меня ни единой догадки не было.
— Той самой ведьмочки, что потеряла силу из-за выходки парней. — Ниточки постепенно связывались, но рассмотреть единый узор пока не получалось. — Она тогда дома несколько недель отлеживалась, а когда поправилась, все уже произошло.
Ну и что из этого следует? А непонятно. Если бы речь не шла о ведьме, я бы решила, что это она все сотворила с пропавшей частью замка и отомстила таким образом за себя. Но стиль мести совсем не ведьминский, так что этот вариант я отмела.
— Надо с ней поговорить. — Это сейчас виделось единственным возможным ходом.
— Сходим на днях. — Ненавязчиво так Глеб изобрел еще один предлог нам побыть вместе, а я и не против.
С чувством выполненного на сегодня долга маг потянулся за поцелуем, но я не была бы истинной ведьмой, если бы его не обломала:
— Стой! — И когда он послушно застыл, поглаживая дыханием мне щеку, спросила: — Сможешь открыть кабинет Богдана?
— У меня ключ есть.
Точно! Там же и для них с Эсмеральдой столы предусмотрены, это они сами выбрали сидеть с нами.
— Давай проверим, вдруг там что-нибудь полезное найдется? — На самом деле мне почему-то важно было убедиться, что магистр Богдан играет на нашей стороне.
Глеб спорить не стал. То ли знал, что спорить с ведьмой — дело зряшное, то ли ни в чем не мог мне отказать. Оба этих варианта ведьминскую душу грели и радовали, так что я почти вприпрыжку понеслась к двери в кабинет, который единолично занимал декан.
Провернулся ключ, щелкнул замок. А защитные чары нас и вовсе посчитали за своих и пропустили.
— Странно, — отметил Глеб. — На тебя защита должна была среагировать.
Это ему просто было жаль развеивать заклинание, с помощью которого он собирался аккуратненько эту защиту сдвинуть, чтобы не нарушать плетений.
А вот с одним из ящиков стола пришлось повозиться. Он оказался заперт. К моменту, когда очередь дошла до него, мы уже проверили остальные и были, мягко говоря, разочарованы. Табели об успеваемости, журнал посещений, учебные планы, материалы, которые изучал сам Богдан, готовясь к нашим занятиям… Ничего интересного. И тут запертый ящик!
— Заметил, как Ронар нашему Богдану слово поперек боялся сказать? — шепотом спросила я, пока Глеб моей заколкой ковырялся в замке.
Хвалить при нем его кровного врага было не лучшей идеей, но я это только потом сообразила. Слова назад не запихнешь.
— Это он не привык еще, — реагировал Полуденный на удивление спокойно.
— К чему? — позволила себе еще немного любопытства я.
— Богдан три года был деканом боевого факультета. — У Глеба получилось меня удивить, признаю. — Но как появились вы, подал прошение о переводе на ведьминский. Они с ректором до сих пор сквозь зубы из-за этого разговаривают. Старик все никак нашего Богдана простить не может, а ведь он прочил его на свое место.
Наш Богдан. О как!
Сдержать любопытство теперь уж точно было никак невозможно, и я продолжила свои расспросы.
— Сильно его ненавидишь?
— Да нет, — пожал плечами Глеб. — По привычке скорее. И не ненависть это вовсе, так, старая вражда.
Чудно. Они уже почти помирились без всякого ведьминского участия.
Битва «Глеб — замок» продлилась минут пятнадцать и осталась за первым. С видом кладоискателя Полуденный ме-е-едленно выдвинул ящик, и я тут же придвинулась к нему, чтобы получше рассмотреть содержимое. Без всяких видимых команд светящиеся комочки слетелись вместе и зависли над нами.
Внутри обнаружились бумаги.
Ну, точнее, папка, а в ней уже бумаги. Важные, наверное, вот какая папка дорогущая, кожаная, с золотым тиснением. Может, назначение Богдана деканом или еще что… Ожидала я другого, а потому сейчас испытала легкое разочарование и отпрянула. В ведьминском понимании тайна, скрытая под замком, должна выглядеть не так. Заклинание, спрятанное в сфере, мощный артефакт или, на худой конец, старинный фолиант. А тут вполне себе современные документы… Так даже и неинтересно!
Глеб считал иначе. Он заинтересованно вчитался в ровные строчки, и в конце концов был вознагражден за терпение.
Я это по мрачно-довольному лицу поняла.
— Что там? — Разбираться самой было лень.
— Если верить документации, — медленно, словно сам не веря тому, что говорит, произнес молодой маг, — полгода назад сюда действительно поступила ведьмочка. Такая же упрямая, как ты. Заявилась и, ссылаясь на закон, потребовала записать ее на вводный курс. А потом пропала через четыре месяца, и больше ее никто не видел.
Стоило вспомнить о подруге, на губах сама собой обозначилась грустная улыбка.
— Милица такая, ага. — И тут разум зацепился за несоответствие: — Постой, как исчезла? Ее то ли отчислили, то ли она сама ушла…
Презрительно фыркнув, Глеб помахал у меня перед носом каким-то листом. Я не успела разглядеть, что там, но он любезно пояснил:
— Уважаемые боевые маги таким образом прикрывались от возможного расследования. Нашим вложили в уши приятную для них информацию об отчислении. Но с Эсмеральдой бы этот номер не прошел, она бы стала защищать права ведьмочки, потребовала бы дать той шанс восстановиться… Поэтому для нее разыграли сценку с добровольным уходом. Судя по почерку на заявлении, роль Милы сыграла одна из преподавательниц по иллюзиям.
В первый момент я от шока выпала в какое-то иное измерение. Во второй — остро пожалела, что пропавшие ведьмы не наслали какую-нибудь пакость на всю Академию. В третий — не менее остро захотела пристукнуть метелкой какого-нибудь боевого мага, ректора, например. Нет, я понимаю, что они о репутации учебного заведения заботились, но как они могли поставить ее выше человеческой жизни?! Совести у боевых магов все-таки нет. И из этого правила есть всего два исключения.
Успокоившись немного, я поняла еще одну немаловажную вещь.
— Получается, где-нибудь могли исчезнуть еще ведьмы, а такие вот мерзавцы могли это замолчать…
— Ты о видениях Эллы? — Глеб понял меня едва ли не с полуслова.
— Ну да.
Интуиция твердо решила этим видениям поверить.
Видя мое состояние, Глеб придвинулся ближе и обнял меня за плечи.
— Не волнуйся, мы справимся с этим, — тихо пообещал он, прижимая меня к себе, согревая своим теплом. — Обязательно найдем твою подругу. По крайней мере, узнаем, что с ней произошло.
— Верю.
Как будто у меня был выбор.
— Сейчас верну тут все на место и провожу тебя домой. — Маг поцеловал меня в висок и занялся делом.

Возражали против потоковых лекций мы совсем не зря. Ведьмочки — народ своевольный и противоречивый, в нас даже знания насильно не вобьешь, а сидеть в огромном зале, заполненном враждебно настроенными магами и целительницами, душа не лежала совершенно. Какая учеба, если так и тянет кому-то напакостить?!
Надо заметить, день не задался с самого утра. Просто я наконец предложила Эльке взять дополнительной специальностью прорицательство, она так впечатлилась, что отваром, блокирующим видения, подавилась… И все, до Академии мы больше не разговаривали.
А во дворе подруга выдала такое, что я сама воспылала желанием заблокировать в ней один лишний дар.
— Я видела тебя с Богданом, — без обиняков сообщила она. — Скажи честно, он тебе нравится?
Вопрос оказался до того неожиданным, что я сбилась с шага и зацепилась о свина. Он взвыл и силу свою не удержал. В итоге я с тоской обозрела расклеившиеся туфли, вздохнула, успокаивающе погладила любимца по розовой спинке и только потом обратила внимание на Эллу:
— А как видела? На занятиях? — Надежда — непомерная роскошь, но ведьмы вообще не любят себе в чем-то отказывать.
Элла сделала строгое лицо и медленно покачала головой.
— Нет. Вы были в большом красивом доме, такие нарядные, счастливые, гостей встречали, принимали поздравления и… это был ваш дом.
Что-то холодно стало. Я повела плечами под платьем.
— Наш — в смысле…
— Ваш. — Одно короткое слово камнем упало мне на сердце.
Пожалуй, я поторопилась поверить в правдивость ее видений. Надо пересмотреть свое решение.
Мы как раз прошли ворота. Сегодня не опаздывали, так что можно было не спешить и поболтать.
— Сны, которые тебя мучают, еще никак не доказали свою правдивость, — попробовала выкрутиться я.
Не вышло.
— Достаточно доказали, — упрямо вздернула подбородок Элла. — Так что, нравится тебе Богдан?
— С ума сошла? — хихикнула Краса. — Он же старый!
У меня был другой аргумент:
— Мне Глеб нравится, вы же знаете. — Само предположение насчет меня и декана возмущало до глубины души. Ну вот как можно было такое придумать?! — Магистр Богдан замечательный, но мне даже думать о нем как о мужчине неловко.
— Точно? — Темные глаза Эллы светились подозрением. — Феликс, потом Глеб… Ты не решишь пополнить количество своих поклонников еще и им?
Да чего она так завелась?!
— Элька, прекрати! — Мы с Красой в едином порыве осадили разошедшуюся подругу.
— Я же помню, как они с Глебом чуть не передрались из-за тебя, — не унималась та.
Было дело, признаю. Но с тех пор Полуночный никак повышенного интереса ко мне не проявлял. Возможно, в тот раз он просто хотел обойти Глеба? Да, это самое логичное объяснение.
Но почему Эльку так волнуют мои отношения с преподавателем? Ответ уже вертелся где-то на краю сознания, но мы как раз нашли нужный зал. Стало не до того.
Народу было много, тут все первокурсники собрались, шумно было, кое-где вспыхивали заклинания… Но стоило нам появиться в дверях, как все стихло. Присутствующие замерли, их взгляды иголками кололи кожу, и каждый шаг звучал как удар набата. И зачем только нацепили эти каблуки?!
В первый момент мы растерялись. Полностью свободных рядов не было, на каждом имелись как занятые, так и пустые места, но по всеобщей реакции сразу стало понятно, что сидеть рядом с ведьмами не хочет никто. И лично мне от этого стало сильно не по себе. Неприятно, когда тебя ненавидят. Очень неприятно. И не привыкла я к такому.
Кажется, целая вечность прошла.
Две магини, придвинувшись друг к другу, обменялись шепотком и тихо прыснули.
И тут рыжий парень с первого ряда нам помахал. Он смотрел без превосходства или неприязни, просто смотрел, так что мы закономерно усомнились, нас ли приглашают, даже оглянулись, но за спиной никого не нашлось. Лохматый блондин, до того вяло перелистывавший конспект, дружелюбно улыбнулся. Еще один первокурсник с того же ряда кивнул.
— Нас внезапно полюбили? — недоверчиво приподняла брови Элька.
— А может, лучше прогуляем? — струсила Краса.
Зато до меня наконец дошел истинный смысл происходящего.
— У них форма зеленая и белая, — зашипела я на подруг, заодно пихая их к свободным местам на первом ряду. — Еще волосы длиннее, фигуры субтильные и морды не такие наглые. Это целители!
О том, что на целительском факультете учатся и парни тоже, мы, конечно, знали, просто до сего момента они особо не отсвечивали, и мы пересекались исключительно с худшей половиной их братии. В Академии так принято, что конфликты решаются в основном внутри одного потока. Видимо, первокурсникам на какой-то церемонии посвящения, куда ведьм почему-то не позвали, доходчиво объяснили, что нас рекомендуется не любить. Вот целительницы и прониклись, и не успели еще начать учиться, как нажили себе кучу проблем.
Противные девицы, которых нашей милостью вся Академия видела без платьев, сидели на втором ряду и злобно пыхтели нам в спины. Не все, конечно, но четверых я точно узнала.
А их сокурсники оказались вполне милыми ребятами. Нас приняли нормально, конспектами с вводной лекции поделились, повосхищались фамильярами и метлами, а когда Краса распереживалась, как бы им за дружбу с нами боевые маги не устроили сладкую жизнь, рыжий, назвавшийся Ярославом, подмигнул и шепотом поделился тайной. Оказывается, так принято, что лечение травм, полученных недомагами на тренировках, доверяется студентам с того же потока. Под бдительным присмотром преподавателей, конечно. На первом курсе травм почти нет, разве что какое растяжение. Те, кто сдал вступительные экзамены на целительство, с этим точно справятся. Дальше задачки становятся сложнее, ну так и умений у целителей заметно прибавляется. Так и учатся, активно взаимодействуя. По мнению деканов, это укрепляет связи между факультетами. Да и будущим боевым магам совсем не помешает осознать тот факт, что маги других специальностей тоже на что-то годятся.
Боевики не рискнут портить отношения с целителями из-за каких-то ведьм. И одними целительницами обойтись не получится, потому что на боевой факультет в этом году принято шестьдесят человек, а на целительский — всего двенадцать. Расположение каждого из них на счету, иначе так исцелят, до конца жизни не вылечишься. Уж эти-то способы знают!
Волноваться за парней причин не было, и мы выдохнули.
История магии и еще одна нудная лекция прошли в клевании носами и вялом скрипении чернильными ручками по бумаге. Экзаменов или хотя бы зачетов не предполагалось, поэтому рвения не проявлял никто. Но и открыто прогуливать не осмеливались, за посещаемостью в Академии следили. Так что все места были заняты, а в воздухе так и витала всеобщая сонливость.
Так продолжалось до основ целительства. Ну то есть для большинства присутствующих все и дальше продолжалось, а вот у меня случилась встряска.
Вела предмет лично декан целительского факультета — Фаина Чертополох. И когда милая пухленькая старушка в платье с кружевами, украшенном старинной брошью на вороте, и со старомодной высокой прической вошла в лекционный зал, я почувствовала себя так уютно, будто в теплый плед завернулась и вишневого пирога отведала. Улыбка у госпожи декана была приятная, и глаза светились теплотой. Речь ее плавно журчала, слушать — одно удовольствие.
Неприятностей с ее стороны не ожидал никто.
Но я же говорила, что у ведьм все через метлу кувырком?
Госпожа Фаина мерно вещала о том, что умение себя исцелять порой может спасти жизнь. На самом деле это самое сложное в целительском ремесле. Когда делаешь это для другого, соединяются силы целителя и больного, плюс амулеты могут помочь. Так проще. Если же исцелять приходится себя, амулеты бесполезны, а простейшее заклинание забирает в три раза больше сил.
— Сейчас я вам наглядно продемонстрирую, — улыбнулась госпожа Чертополох. — Но мне потребуется доброволец. Есть желающие?
Большинство присутствующих ее вообще не слушали, так что желающих так сразу не нашлось.
— Пожалуй, очаровательная ведьмочка с косами с первого ряда, — определилась с добровольцем преподавательница. — Ну же, не бойся.
Ничего опасного или сложного не предполагалось, и все равно у меня мурашки побежали по спине.
Стоять перед враждебно настроенными магами неприятно. Наверное, дело в этом.
Тем более стоило мне встать и приблизиться к госпоже Чертополох, как даже те, кто до этого демонстративно дремал, проснулись и теперь внимательно следили за происходящим.
Решено, на первый ряд больше не сажусь!
— Ты меня слушала, надеюсь? — на всякий случай уточнила целительница.
Я сознательно кивнула.
Предыдущий почти час она как раз объясняла, как почувствовать в себе нужные потоки силы и направить их в нужное место.
— Будет только небольшая царапина, — предупредила декан целительского факультета.
В ее руках сверкнула игла с камешком янтаря на тупом конце.
— Вот бы эта ведьма при виде крови в обморок грохнулась, — размечтался кто-то из недомагов.
Его поддержали смешками.
— Адепт Хорьков, вы следующий, — отметила заслуги нахала госпожа Фаина.
Теплая пухленькая ладошка взяла мою руку…
— О!.. — целительница смотрела прямо на двойной белый шрам — след от клятвы.
Изумление ее было столь явным и она его так старательно выпячивала, что мне во второй раз за последние десять минут померещилось неладное.
Шрама почти не видно… если, конечно, не знать, что он там есть, и не присматриваться специально.
— Как интересно… — пробормотала подозрительная особа.
— Я поранила руку. — Сама не понимаю, откуда возникла потребность оправдываться. — Давно. В детстве.
Мягкий свет на миг исчез из глаз целительницы, его место заняло нечто другое. Впрочем, я не успела понять, что именно, так быстро она вернула маску на место.
А сомнений в том, что это лишь маска, теперь уже не было.
— Дважды на одном месте? — иронично приподняла тонкую бровь госпожа декан.
— С ведьмами иногда еще и не такие происшествия случаются. — Я чувствовала себя как уж на сковородке.
Отговорка подействовала, с рядов раздались редкие смешки.
Но только не на Фаину!
— И уже в детстве ты знала заклинание сильнейшей магической клятвы? — закатила глаза в фальшивом изумлении целительница. — В противном случае следа бы не осталось. Интересное у тебя было детство, ведьмочка… Я так понимаю, смысла спрашивать, о чем была клятва, нет? Не расскажешь? Ладно, не буду тебя мучить, ни к чему царапать такую хорошенькую ручку. Возвращайся на место, я выберу другого добровольца. Адепт Хорьков!
В лекционном зале стало так тихо, что казалось, будто от каждого шага разносится эхо.
Мне ведь не померещилось? Она специально устроила весь этот цирк?
Пока добралась до своего места, накрутила себя настолько, что думать больше ни о чем не могла. Откуда она узнала? Зачем выставила кусок моей тайны на всеобщее обозрение? Что затевает?
Я дрожала как осиновый лист и никак не могла сосредоточиться на том, что эта Фаина объясняет на примере своей новой жертвы.
— Цветанка, ты в порядке? — заметила мое состояние Элла.
— Нет, — шепотом ответила подруге. — Эта преподша что-то затевает. У меня предчувствие.
— Надо напоминать, что провидица у нас я? — Она ободряюще сжала мою руку. — Не накручивай себя.
Вот кто бы говорил! Сама не далее как сегодня из-за нелепого сна на меня набросилась. Но от язвительных комментариев я удержалась. Ни к чему портить отношения.
Краса, кстати, тоже не разделяла моего беспокойства.
— А по-моему, она милая…
Остаток занятия я сидела как на иголках и от каждого мимолетного взгляда преподавательницы дергалась, будто меня пчелы жалили. Куда только девалось все ее очарование и то чувство спокойствия, которое окутало меня, едва она вошла? Теперь этого не было. Мной овладело непонятное беспокойство, и отделаться от него, чтобы записать что-то из материала, не получалось.
Предмет не профильный, контроля за успеваемостью не будет — это плюс.
Прогуливать нельзя, иначе нарвусь на личную отработку, а такого потрясения я точно не выдержу — это огромный минус.
Вывод: надо сидеть тихо, желательно где-нибудь в середине, и на глаза главе целительского факультета особо не попадаться.
Перерыв принес свое открытие. Но перед этим — записку от Глеба.

Встретимся в восемь возле лавки старьевщика. 
Глеб. 

Лаконично. И поинтересоваться, нет ли у ведьмы на это время собственных планов, ему, как истинному магу, и в голову не пришло.
Наколдованный голубок, доставивший послание, потихоньку таял, рядом громко переговаривались, распихивая вещи по сумкам, студенты, а я смотрела на небольшой клочок бумаги и глаз отвести не могла. Побыть с Глебом хотелось, но… внутри опять царапалось что-то.
Что-то не так. Неправильно. Должно быть иначе!
Сегодня, в отличие от прошлого раза, у меня хватило времени прислушаться к себе и понять, что именно мне не нравится. А разобравшись, твердо решила на свидание, замаскированное под встречу по делу, не ходить.
— Цветана? — тронула меня за локоть Краса. — Что с тобой сегодня? Какая-то ты не такая.
— Если это из-за того, что я утром наговорила, — Элла тоже за меня беспокоилась, — то прости. Сама не понимаю, что на меня нашло!
Я внимательно оглядела девчонок, скользнула взглядом по не менее обеспокоенным фамильярам, даже черная метла нервно подергивалась. Что-то со мной правда не то. Обычно я более выдержанная. Глубоко вздохнула, смахнула вещи со стола в сумку и улыбнулась подругам:
— Спускайтесь на физподготовку, а я попозже подойду. Есть одно дело.
— А может… — судя по решительному виду, Краса порывалась увязаться за мной, но Элька ее остановила:
— Записку видела? — шикнула наша провидица. — Наверняка они с Глебом решили урвать минутку и побыть наедине.
— Ничего подобного! — с самым честным видом возмутилась я, первой направляясь к двери.
— Считай, поверили. — Девчонки двинулись следом.
А мне и не надо было, чтобы поверили, мне надо было, чтобы они отстали. Так и получилось.
Выждала немного, чтобы девчонки успели уйти, затем подошла к расписанию третьего курса боевого факультета. Так, у группы Феликса сейчас нечистеведение. В той части замка я пока ориентировалась не особенно, а времени было в обрез, пришлось выпустить поисковое заклинание. Они у меня примерно такого же уровня, что и магическая клятва. Уж о чем, а об основном ведьминском образовании ведьмак Роланд позаботился отлично. Заклинание даже магия места не ослабила и не исказила!
И несколько минут спустя я уже стояла перед нужным кабинетом. Набралась храбрости, заглянула, встретилась взглядом с Феликсом, отпрянула.
Теперь остается немного подождать.
Феликс оказался понятливый или же просто опасался, как бы я какой-нибудь выходкой его в очередной раз перед друзьями не опозорила. И вообще, он мне сегодня еще букет не вручил! Вышел парень почти сразу, я даже начать дергаться не успела.
— Цветана?! — неподдельно удивился он, протягивая мне белые розы. — Что ты здесь делаешь?
Задумчиво обозрев нежные бутоны, я испустила длинный вздох. Маги! Никакой фантазии, никакого разнообразия! Другие цветы купить он, конечно, не мог.
— Есть разговор, — сообщила коротко и цветы не взяла.
Какое-то время он еще держал розы в протянутой руке, прежде чем почувствовал себя неловко и руку вместе с букетом опустил. Цветы, будто обиженно, поникли.
— Слушаю тебя, — вздохнул будущий боевой маг и отвел меня в сторону, подальше от своей группы. — И почему-то заранее предчувствую, что то, что ты скажешь, мне очень не понравится.
Ну… Как сказать.
Мне пришлось собрать в кулак всю свою наглость, чтобы вытолкнуть из себя нужные слова.
— Условия избавления от порчи изменились.
— Мне уже не нравится, — вздохнул Феликс, и его рука на букете сжалась так, что костяшки пальцев побелели.
Нервные боевые маги пошли. Я ведь даже сказать еще ничего не успела.
— Спокойно, — примиряюще вскинула ладони.
Ой, кажется, у него глаз задергался.
— И что я должен сделать теперь? — гневно прошипел мне в лицо Феликс. — Сплясать? Без штанов пробежать вокруг Академии?
Кажется, у него еще варианты имелись, но я поспешила прервать, потому что тонкая ведьминская душевная организация могла и не выдержать столкновения с извращенным воображением боевого недомага:
— Пригласить Красу на свидание.
— Что-о?!
Воображение недомага столкновение с ведьмой тоже переносило из рук вон плохо.
— Она милая и веселая, тебе понравится, — пробормотала я, потом обозрела перекошенную физиономию Феликса и в правильности своих действий сильно усомнилась. — Пообщаешься с ней неделю, а если не сложится, постарайся ее разочаровать. Ну, не знаю, пусть она подумает, что ты грубый и недалекий и сама тебя лесом пошлет. И не смотри на меня так, я самооценку подруге поднимаю!
Следующую минуту я сосредоточенно молчала, а Феликс скептически на меня смотрел и думал о чем-то своем, маговском.
Затея, конечно, так себе, но его слова тогда действительно сильно задели Красу. Она виду больше не показывала, но утром, когда вышла из своей комнаты, глаза у нее были красные, заплаканные, и за завтраком Краса, которая жить не может без всяких вкусностей, только овсянку съела, даже без изюма. Оно, конечно, полезно, но с ее настроением пора что-то делать!
Я еще вчера знала, что так все и будет.
— Но порчу снимаешь прямо сейчас, — прервал затянувшееся молчание Феликс.
— Ладно.
— И эту неделю чтоб никаких ведьминских штучек!
— Хорошо.
— И выдай мне ведро приворотного, что ли! — Судя по тону, это было последнее требование.
Теперь глаз задергался уже у меня.
— Ну, знаешь… — прошипела обиженно и круто развернулась с намерением удрать, но была схвачена за руку.
— Да шучу я, — усмехнулся недомаг. — Я согласен.
— Правда? — смерила его недоверчивым взглядом. — В смысле, подругу мне не обижать!
— В крайнем случае начну сморкаться в скатерть, ковырять в носу и нагло пялиться на других девушек, она сама от меня сбежит, — заговорщицки подмигнул новоявленный сообщник.
Первоначальный план предполагал, что, пообщавшись с Красой, Феликс поймет, какая она на самом деле замечательная, и по-настоящему влюбится. Или хоть дружбой проникнется, что тоже было бы неплохо. Но предложенный им путь к отступлению тоже годился.
Что ж, поживем — увидим.
Надеюсь, эта «медвежья услуга» не выйдет мне боком.
Порчу с него я все же сняла. Сама не была уверена, что получится, поскольку условие не было выполнено: жертва воспитательных мер ведь так и не извинилась передо мной искренне и прилюдно. Но, видимо, яд шиншиллы хорошенько прочистил некоторым зазнайкам мозги, и они перестали думать о ведьмах гадости. Это было единственное относительно правдоподобное объяснение.
Осторожно нащупав свое плетение, я ослабила лишние узелки, затем вытянула немного силы из условия и воззвала к замку… Не совсем стандартное действие, но в тот день, когда все началось, замок будто поддержал меня, будто влил силы в мою злость. И сейчас, прикрыв глаза, я изо всех сил думала, что этот недомаг не безнадежен, я простила его, и вообще от него еще может быть польза.
Кончиками пальцев почувствовала холодок.
Готово.
Покончив с порчей, как предусмотрительная ведьмочка, я взяла с Феликса клятву Красу не обижать и, довольная собой, потопала на физподготовку. Пока выясняла, где занимается моя группа, умудрилась опоздать.
Когда я, пыхтящая, как умаявшийся ежик, прибежала на тренировочную площадку, занятие уже началось, группа выстроилась в ряд, и зверского вида препод как раз отмечал отсутствующих. Я окинула стоящих в ряду быстрым взглядом, отметила, что в товарищи по муштре нам достались целительницы, которые тоже вид имели весьма печальный, и двое парней с их же факультета, и пристроилась в хвост. Но маневр незамеченным не остался.
— Опоздала! — рявкнул препод так, что у меня уши заложило. — Плюс три круга!
Ну у них, однако, и методы!
А плюс к чему, кстати? Этот момент требовал срочного прояснения.
Хотя, на мой взгляд, с какой стороны ни посмотри, тут один сплошной минус. Я бы даже сказала, катастрофа.
Несчастные лица подруг послужили дополнительным подтверждением этим мыслям. И даже целительницы были с нами сейчас полностью солидарны.
Положение усугубилось, когда выяснилось, что программа рассчитана на будущих боевых магов и подгонять ее под нас никто не планирует. Зато без зачетов и экзаменов в конце года! Радость-то какая!
Я обозрела площадку, вокруг которой нам предлагалось бежать, а лично мне вместе с наказанием вообще пять кругов выходило, и явственно осознала, что с такими успехами до конца года просто не доживу.
Надо с этим безобразием что-то делать! Срочно притом.
— Два круга… А некоторым все пять, чтобы неповадно опаздывать было. Потом полоса препятствий и… — дослушать, что еще нас ждет, Элькиного терпения не хватило.
— А не многовато ли для хрупких девушек?
Препод вперил в возмутительницу спокойствия взгляд маленьких, близко посаженных глаз. Ведьмочка неловко переступила с ноги на ногу и с трудом сдержалась, чтобы не проклясть. Но препод о своем несказанном везении не подозревал, к сожалению. Иначе не сказал бы разозленной ведьме:
— Здесь нет девушек, только адепты.
Вот это он зря! Потому что любая ведьма в любом возрасте и состоянии всегда помнит, что прежде всего она — красивая девушка, а потом уже все остальное, в зависимости от обстоятельств. Мы же даже на построение в платьях явились!
Целительницы тоже от обидного заявления в восторг не пришли, но смолчали.
— Еще как есть! — возмутилась Краса и демонстративно расправила юбку.
Мы с Эллой то же сделали.
Препод только сейчас заметил.
— Одеты не по форме! Плюс три круга!
Я подсчитала, сколько в итоге получается, и испытала приступ дурноты.
— В конце занятия вам придется вызвать боевых магов, чтобы унесли нас отсюда, — простонала жалобно.
Совсем в этой Академии совести у них нет, так над ведьмами издеваться!
Ведьмочки согласно закивали.
Целительницы захихикали.
Препод озверел.
— Плюс три круга!
И я поняла, что подсчеты дали сбой.
— К чему?
— Всем!!!
Ага, вот и поговорили.
— Построились! На старт, внимание… А еще кто-нибудь вякнет, вы у меня до конца года бегать будете!
Хм. А хорошее предложение!
— Согласна! — каюсь, не сдержалась.
Ведьмочки в ужасе округлили глаза.
Целительницы в панике взвыли.
Препод гадостно оскалился и сделал запись в журнале. Что-то о том, что каждый вторник до конца года мы будем заниматься точь-в-точь в том же режиме, что и сегодня.
Журналы в Академии магические, так что задание тут же засветилось желтым и въелось в бумагу — не выведешь и даже магией не исправишь.
Вот и славно.
— Цените мою доброту, препятствия и все остальное я отменяю, — издевательски протянул маг. — Вы хоть до конца дистанции доползите. На старт, внимание…
Это мы уже проходили.
— Метла!
Воодушевленные примером, девчонки поддержали мой крик.
— Марш… — по инерции закончил боевой маг. Метлы как раз в этот момент подхватили нас. Даже черная вредина прониклась моментом и не выделывалась.
Целительницы обозрели творящееся безобразие завистливо и побежали. Но тут в ведьмах проснулась совесть. Редчайший случай, между прочим! В общем, мы и их подобрали, получилось по три человека на метлу, и с ветерком пролетели… да кругов десять, наверное.
Решив, что для одного раза достаточно, мы все дружно зависли перед преподом.
И я решила, что пора окончательно обнаглеть. Потому что слезы тут вряд ли помогут, а вот ведьминская наглость — это второе средство против враждебно настроенных боевых магов.
— Кхм-кхм, — привлекла к себе внимание. — Скажите, а вы — мужчина? И настоящий боевой маг?
— Мужчина, — подтвердил он, ошалело вращая глазами. — И маг.
— Тогда вы обязательно должны сдержать свое слово, — объяснила ведьминскую логику Элька. — И отпустить нас сейчас. От остальных упражнений вы нас освободили!
С ненавистью обозрев нас и журнал, служивший доказательством ведьминской правоты, маг кивнул и от всей своей оскорбленной в лучших чувствах души пожелал:
— Чтоб вам провалиться! Брысь отсюда, и чтоб я вас больше не видел!
— Через неделю вернемся, — пообещала Краса. — Хотите, я вам чайку успокаивающего приготовлю, на травках? А то у вас руки трясутся и глаз дергается.
И мы улетели.
А позади в бессильной ярости рычал маг.
— Ничего, он к нам привыкнет, даже полюбит, — со знанием дела заверила Краса.
— Физподготовка, оказывается, не такая уж скучная штука, — заметила Элька.
— Вы — невероятные! — с придыханием прошептали целительницы. — Это же был Злыднев! Даже боевики молятся, чтоб не попасть к нему в группу…
— Ну что ж, ему с нами не повезло, — многообещающе улыбнулась я.
Так мы наладили неплохие взаимоотношения с целительницами. Точнее, сначала покатали их на метлах, потом позволили потискать фамильяров, потом все вместе отправились в кондитерскую к Марице пить чай с вишневым пирогом… Ну а в процессе всего этого целительницы нас приняли и почти полюбили. С парнями с их факультета и до того проблем не было, так что плюс один в ведьминскую пользу.

Глава 11

Домой вернулись в сумерках, быстро рассказали Бориславу об успехах и собрались у меня. Думать, как пробраться в исчезающий коридор и все там хорошенько обследовать.
Да и вообще неплохо бы вернуть факультет в ведьминское пользование. Это сейчас нас всего трое, но через год будет новый набор, ведьмочек станет больше, в имеющемся пространстве ютиться будет тесно.
Идей, как назло, ни у кого не было.
Мои мысли, стоило отвлечься от учебы, устремлялись к пропавшей подруге, Элька тоже витала где-то в иных сферах, а у Красы без нас ничего путного сообразить не получалось.
— Порчи лично я там вообще не чувствую, — ненадолго вынырнув из своих раздумий, отметила Элла.
И опять ее вид сделался отрешенным.
— Я тоже, — только сейчас поняла это.
Неожиданно. Даже если отвлечься от пропажи нескольких помещений, не на пустом же месте возникли байки обо всяких ужасах, творящихся там по ночам? Голоса, коты… что там еще? Похоже на пугливую порчу, усиленную таким образом, чтобы действовала долго, но, если напрячься и вспомнить ощущения, я метлой клясться готова, что порчи нет. Вообще. Никакой.
Как-то даже не похоже на ведьм.
И мы с Глебом ничего страшного там не видели и не слышали. Да и когда учился, он не верил в эти россказни.
Ну и что у нас получается? А получается, что подвыпившие недомаги — жуткие трусишки. Напридумывали себе всяких ужасов, а ведьмы, как всегда, крайние. Несправедливо!
— Цветаночка, может, вам с Глебом еще одно свидание там устроить? — предложила Краса, чем окончательно вывела меня из себя.
— Не говори мне о нем! — Я реагировала бурно.
— Поссорились? — участливо осведомилась внучка старого магистра.
Правильно я сделала, что с Феликсом договорилась. В отсутствие собственной личной жизни эти две ведьмы сведут меня с ума!
— Ведьма, я тебя как человека прошу! — Я грозно сверкнула глазами на подругу.
— Между прочим, нам интересно! — Элька отвлеклась от своих мыслей не вовремя.
Жаль, с Богданом мне ей никак не помочь. Да и взрослый он для нее.
— Цветик, а чем это вы занимались, что ты на физподготовку опоздала? — припомнила Проточная.
Я мысленно взвыла. Запытают же!
У, ведьмы! Но такие родные…
Надо менять тему, пока не попалась.
— Девчонки, я так за Милу переживаю. — Слезы, появившиеся в глазах, были настоящие. — Столько времени прошло, а в поисках ни единого просвета. Ну куда она могла деться?!
Черный кот, который теперь жил у меня, хоть обязанностей фамильяра и не исполнял, муркнул в углу. Услышал, что про хозяйку заговорили.
— Да уж, ситуация, — вздохнула Красуля.
— От боевых магов разного можно дождаться, — вместо сочувствия заметила Элька. — Ты уверена, что она вообще жива? Не хочу никого пугать, но поисковые заклинания ее не смогли найти…
Доля истины в ее опасениях имелась.
Но мое сердце упрямо твердило, что Мила жива. Угодила в неприятности, раз на связь не выходит, но жива. Спасать ее надо! Если б еще знать, от чего…
— Фамильяр жив, значит, и ведьма жива. — Я решила не ссылаться на чувства и обосновать свои измышления с магической точки зрения.
— Но заклинания ее не нашли, — не давала мне нормально понадеяться Элла. — И кот этот живой, конечно, но такой доходяга, что глядеть страшно. И сколько ни ест, здоровее не выглядит.
Из угла на нее гневно нашипели.
Досадно, но правда ее. Я уже собралась расплакаться, как в голове вдруг возникла одна мысль.
Что же я раньше до этого не додумалась?!
— Авантюра чистой воды, но… — Я замялась, испытующе поглядывая на девчонок.
— Рассказывай! — тут же потребовали они.
Сопротивляться как-то не хотелось.
— Когда мы пытались узнать, что произошло с Надинкой, ведьмак Роланд проводил один ритуал… Он открывал грань и призывал духа. Я знаю, что надо делать. Если призовется, получается… ну, вы поняли. А если нет, то Мила точно жива.
Сказала и сама поняла, как безумно звучит предложение, но девчонки вдохновились.
— Мы в деле! — с энтузиазмом потерла ладони Краса.
Серьезную, сложную магию она обожала и никогда не упускала возможности попрактиковаться. Отчасти потому, что до сих пор лелеяла надежду как-нибудь просочиться на боевой факультет. Теоретически такое было возможно, дед-то у нее маг, но раз уж нужная сила до сих пор не проснулась, скорее всего, Краса ее вообще не унаследовала.
— Что нужно для ритуала? — более практичная Элла изъявила готовность по-своему.
Последовательность действий я хорошо помнила и, отыскав на столе чистый лист, подробно все расписала. Девчонки пробежали глазами не слишком длинный текст… а дальше возникла проблема. Большая и неразрешимая. Ритуал требовал много сил, мы с Милой и ведьмаком Роландом его втроем проводили, и то потом пару дней даже царапину заговорить не могли, а тут я одна. Сил не хватит. Девчонки не в счет, у них чистая ведьминская магия, а у меня мало что смесь с маговской, так еще и учил этим всем пользоваться ведьмак, а они иначе колдуют.
— У деда где-то были амулеты, заполненные силой, — предложила выход Краса.
— Маговской. — В моем понимании, это и был ответ.
— Ну да. — А до некоторых не дошло.
— Не подходит! — нашипела на нее Элька и пихнула в бок, чтобы соображала быстрее.
Посидели, помолчали, подумали.
— Можно раскрутить наших магов на практикум по адаптации силы, — предложила Элла.
Жизнеспособный план, но… Я глянула на кота, жмущегося к свину, и вздрогнула. Тощий, несчастный, и шерстка совсем не блестит. Он только ест и спит, ни на что другое сил не хватает. А с практикумом если и сложится, то только на следующей неделе, когда будет общая магия. Долго ждать. И не факт еще, что мы с первого же занятия все усвоим.
Действовать прямо сейчас надо! Знать бы еще, с какой стороны ко всему этому подступиться.
— В крайнем случае, так и сделаем, — устало вздохнула я. — Но до того желательно тоже не сидеть сложа руки.
Других идей, как помочь Миле или хотя бы узнать, что с ней, не было, а время давно перевалило за полночь, так что разговоры быстро сошли на нет, и мы отправились спать.

Боевые маги терпеть ведьм в «своей» Академии не собирались. Или кто-то другой не собирался, а магов умело науськивали.
Не сами же старшекурсники решили подловить нас в одном из пустынных коридоров возле ведьминского факультета?
И так мы глупо попались! Шли, болтали о девичьем… Элла предположила, что, если спустит всю стипендию на платье, которое приметила в витрине одного магазинчика, Богдан на нее наконец внимание обратит. Я же пыталась ее убедить, что не в магах счастье, спокойная жизнь дороже, и вообще, платья надо покупать исключительно для собственного удовольствия, а не для того, чтобы покорить кого-то, кого ты в повседневном виде не устраиваешь. Подруга мою правоту прекрасно понимала, а все равно для порядка ворчала что-то в духе «чья бы метла трещала» и «тебе-то такие проблемы неведомы, маги за тебя драться готовы». Краса вообще спала на ходу.
И тут ка-а-ак вспыхнет!
Миг — и рядом маги стоят, щитами обвешанные. Это чтоб мы пакость какую на них не наслали.
Судя по амулетам на шеях, маги попались умные, загодя позаботились о том, чтобы сходить к торговым рядам у одной из школ и купить защищающие от нашей магии амулеты, потому что их сила от нашей порчи точно бы не спасла.
— Как дела, ведьмочки? — сладко пропел обладатель самой наглой физиономии.
— Минуту назад были отлично, — буркнула Элька. Она в последнее время по утрам вообще злая. — Теперь в этом уже сомневаюсь.
Магов было трое. И все такие противные! По сравнению с ними даже Феликс — образец вежливости и учтивости.
— Правильно делаешь, — осклабился лидер вражеского стана.
— Нравится вам в нашей Академии? — осведомился один из его дружков.
И кто меня за язык тянул? Наверное, разум еще не проснулся, потому что чем-то еще мои следующие слова объяснить было нельзя:
— Очень нравится! Еще бы всяких недомагов отсюда вышвырнуть, была бы не Академия, а ведьминская мечта.
Сказала и поняла, что мечта какая-то уж слишком несбыточная. И так тоскливо стало…
Парни в первый момент впали в ступор.
Мы стоим, и они стоят. Только у них лица перекривились, а у самого противного вообще утолок рта задергался.
— Девчонки, а может, мы уже пойдем? — пролепетала Краса и потянула нас с Элькой за руки.
И мы даже успели сделать шага три.
Потом маги разморозились.
— Ведьмы!
— А ну стоять!
Если бы не заклинание, щитом заслонившее нам дорогу, мы бы вряд ли остановились.
— Мы спешим. — Элька испепелила враждебно настроенных магов взглядом.
Не помогло.
— Очень! — поддакнула Краса.
Я молча осознала, что, кажется, мы влипли. Опять. Да сколько ж можно-то?!
Маги медленно приближались.
— Ваша Академия, значит? — шипел самый противный. — Вышвырнуть магов, значит?!
И кто меня за язык тянул?
Может, сказать, что пошутила?
Но ведьминская вредность, конечно, не дала уступить. Я упрямо вздернула подбородок и скрестила руки на груди. Девчонки сделали то же самое. Если бы еще эти амулеты с них как-то убрать, ух, мы бы им напакостили…
— Ну, вы нарвались, ведьмы, — рыкнул кто-то из недомагов.
Элька стояла ближе всех к ним, ее первую и толкнули. Не ожидавшая нападения ведьмочка потеряла равновесие и наверняка упала бы, если бы Краса ее не подхватила. Я же от шока выпала в какое-то другое измерение. Применить силу к девушке? Совсем совести у этих магов нет. Неудивительно, что из этой Академии все ведьмы разбежались.
Следующий тычок достался Красе.
Внучка старого магистра отлетела на два шага и ударилась спиной о стену.
— Лучше уберитесь отсюда по-хорошему, — шипели маги, — потому что спокойной жизни вам в нашей Академии не будет.
Выпала из ступора я внезапно и, не успев подумать, швырнула порчей в того, кто ближе стоял. Первой, которая в голову пришла. Самой сильной, на какую была способна. Кто ж им виноват, что в ведьминской голове целый склад с пакостями, особенно если ведьму до этого хорошенько достать!
Амулет на шее парня вспыхнул… и порча развеялась, не причинив никому вреда. Я чуть не взвыла с досады.
— Кто это тут у нас такой храбрый?! — паскудно усмехнулся недомаг.
А в следующее мгновение вдруг оказался рядом, почти впритык, схватил меня за волосы, так что слезы из глаз брызнули, и силой заставил повернуть голову так, чтобы открылась шея.
Холодный палец медленно проскользил по коже. Я вздрогнула. Вот просто чую, сейчас что-то будет… И мне это что-то совсем не понравится.
— Пусти! — взвыла на весь коридор.
Интересно, их щиты звукоизолирующие?
Почему-то страшнее всего было лишиться кос. Они у меня толстые, блестящие, да и привыкла как-то.
Девчонки попытались меня отбить, Элька даже щеку обидчику разодрала ногтями, но другие недомаги тоже времени зря не теряли. Ведьмам вывернули руки. Криков в коридоре стало больше.
— Для самой наглой у меня особый сюрприз, — почти ласково прошипели мне на ухо.
Краем глаза заметила, что у «моего» недомага на шее два амулета. Под тем, который защищает от ведьминской магии, на простом черном шнурке висел треугольный камешек оникса с почти незаметно выцарапанным на нем символом. Повернуть голову больше, не лишившись волос, я не могла, так что символ нормально не рассмотрела.
Но он каким-то образом был связан с тем, что это недоразумение магическое задумало проделать со мной, потому что недомаг потянулся к амулету, и тот в его пальцах вспыхнул зеленью.
Интуиция билась в истерике, предвещая большие, просто огромные неприятности, и я решила от нее не отставать, принялась визжать и активно вырываться, даже каблуком в колено обидчику попала.
Тот скрипнул зубами и выпустил амулет. А пока активировал его снова, драгоценное время ушло.
— Эй, что это вы тут делаете?! — удивленный голос был мне знаком.
— Иди куда шел! — рявкнули недомаги.
— Стой! — заверещали мы с девчонками.
Никогда бы не подумала, что так обрадуюсь Феликсу.
Когда же он недоуменно обозрел магов и нас, зажатых в их лапищах, и никуда не пошел, я его вообще чуть не расцеловала. Хм. Надеюсь, он остался не для того, чтобы помочь нас бить?
С еле различимым звоном развеялись щиты.
Третьекурсник решительно шагнул ближе и вперил недобрый взгляд в того, который удерживал меня.
— Отпусти девушку, — напряженно произнес так вовремя появившийся защитник — Не видишь, она не в восторге от твоей компании!
Точно подмечено! Но старшекурсник как-то не проникся.
— Шел бы ты… малыш, — снисходительно бросил он.
И дружки поддержали смешками.
— Я уже пришел, — глухо рыкнул Феликс, и на его лице заиграли желваки.
Несмотря на плачевное положение, нам с девчонками так приятно стало. Все-таки ведьминская пакость объединяет! Даже ведьму с магом.
— Уверен? — надменно фыркнул недомаг и сжал меня еще крепче.
Феликс напряженно кивнул и… он точно собирался что-то предпринять, но что именно, мы так и не узнали. Все уложилось в одно мгновение: меня оттолкнули к стене, старшекурсник вдруг оказался рядом с Феликсом, одно неуловимое движение — парень, осмелившийся вступиться за ведьм, согнулся и захрипел, на каменный пол из его разбитого носа закапала кровь.
Старшекурсник повернул довольную морду ко мне.
Я с ненавистью посмотрела на амулет на его шее, мешающий как следует напакостить.
В руках Феликса зажглись зеленью заклинания.
А мне пришла в голову заполошная мысль: лично ему я ничего не могу сделать, но на предметы, стены и все прочее вокруг защита не распространяется…
— Девчонки — пол! — выкрикнула я.
Недомаги шокированно завертели головами, силясь понять, к чему это вообще было. От ведьм всего на миг отвлеклись, но и это неплохо. Время мы выиграли. Хоть бы подруги все поняли! Но разбираться было некогда. Я закрыла глаза и представила, как каменный пол разверзается под обидчиками. Одновременно выплетала заклинание. Замок, миленький, ну пожалуйста!
— В-в-ведьмы!..
Глаза открыть не успела, а уже точно знала, что все получилось.
Недомаги по пояс застряли в каменном полу. Подозреваю, их ноги торчали из потолка предыдущего этажа. А на лицах масками застыли страх, ужас и паника, так приятные сейчас ведьминской душе.
Утерев кровоточащий нос, Феликс обозрел новые предметы интерьера, потом пристально так посмотрел на заклинания в своих руках и решил — чего добру зря пропадать? Одна неяркая вспышка — и нос самого противного из агрессивной троицы тоже начал кровоточить.
— С кем поведешься, — с презрением бросил старшекурсник и, кажется, тоже собрался что-то наколдовать, но я громко предупредила:
— Только попробуй. И я сделаю так, что вас расплющит.
Естественно, это были пустые слова. Ничего такого я не могла, да и замок ни за что не позволит. Но в головах недомагов бытовало такое мнение о ведьмах, что они поверили не задумываясь.
Сопротивление иссякло. На нас смотрели с ненавистью, но действий никаких не предпринимали.
Инцидент был исчерпан.
— Вы в порядке? — Феликс украдкой вытер нос, но красный ручеек появился снова.
— Благодаря тебе, — отметила Элла.
— Спасибо, — слабо улыбнулась я.
— Сегодня ты без букета, — стараясь не показывать смущения, пробормотала Краса.
Она покраснела и изо всех сил избегала смотреть на него и уж тем более встречаться с ним взглядом. Надо быть слепым, чтобы не заметить, что она по уши влипла.
Однако Феликс не то правда не видел, не то мастерски делал вид.
— Я сняла порчу, — сообщила я, пока он не сболтнул лишнего.
— Как видите, я все осознал, — смущенная улыбка Феликсу определенно шла. — А к вам вообще по другому делу.
На этом все должно было закончиться. Добравшись до мастерской, мы, конечно, расскажем обо всем Глебу, и он примет меры, но связываться со старшекурсниками лично никто из нас больше не собирался. И так чудом отделались. Меня до сих пор трясет, только сейчас это заметила.
Придя к молчаливому соглашению, мы уже успели сделать несколько шагов в нужном направлении, когда я почувствовала какое-то движение за спиной.
Сразу заподозрила неладное со стороны поверженных недомагов и резко обернулась.
— Ой.
Недомаги были на месте, то есть в каменном плену.
Неподалеку от них на полу валялись метлы, которые мы уронили во время нападения и о которых со страху напрочь забыли. Вернее, две из них, как порядочные метелки, там и валялись, где упали, а черная вредина зачем-то поднялась в воздух. Не очень высоко.
— Что происходит? — забеспокоился Феликс.
Вот и ведьминская интуиция твердит, что что-то происходит. И как-то мне даже совсем нелюбопытно, что именно!
Оценив уровень полета, я поспешила повернуться лицом к метле. От этой заразы же всего ожидать можно!
Глаза застрявших в полу парней забавно выпучились, лица побледнели, и вообще, похоже, эти недомаги были не прочь провалиться окончательно. И в чем-то я их даже понимала.
Вдохновившись дурным примером, оставшиеся метлы тоже взлетели.
Мы четверо попятились.
Однако устремились метелки вовсе не к забывшим о них хозяйкам, а к нашим застрявшим в полу обидчикам. Подлетели и начали вдохновенно их охаживать по спинам. По коридору такой вой пронесся, заслушаешься.
— Это лишнее. Краса, немедленно угомони свою метлу! — Феликс, конечно, знал, кому принадлежит черная зараза, а также сообразил, которая из метелок зачинщица безобразия.
— Вряд ли получится. — Внучка магистра еще попятилась.
— Почему? — приподнял брови будущий боевой маг.
— У них сложные отношения, — загадочно улыбнулась я. — Идемте уже в мастерскую, пока сюда магов не набежало. Тем более мы и так на занятия опоздали.
Тому, что, невзирая на опоздание, Феликс пошел в нашу сторону, я как-то значения не придала.
— Эй, не оставляйте нас тут! — выли позади.
Я мстительно улыбнулась и нарочито громко спросила:
— Вы что-нибудь сейчас слышали?
— Нет. — Элла ответила точно такой же улыбкой.
— И я нет, — кивнула я, ускоряя шаг.
Краса же, кажется, нас вообще не слышала. Так уж вышло, что идти ей выпало рядом с Феликсом, и она вся дрожала и замирала от его близости. А он просто шел, будто рядом никаких ведьм вообще не было.
Надеюсь, в отсутствие порчи о нашем уговоре он не забыл? А то я и новую пакость организовать могу.
Вывернули в свой коридор и едва не налетели на Глеба.
Я рефлекторно втянула голову в плечи. Сейчас кому-то влетит! Полуденный, конечно, не такой строгий, как Богдан, сам недавно был на нашем месте и помнит еще, как оно, но не просто же так он дожидается нас тут! Не стеной же полюбоваться он вышел!
Что примечательно, стена вызывала у Глеба интереса больше, чем мы все, вместе взятые.
— Наконец-то, — отметил наше появление младший преподаватель. — Смотрите!
Не знаю, как все, но я посмотрела… на него… и ничего необычного не заметила. Разве только взбудораженный он какой-то, сильнее встрепанный, чем обычно, и на щеках под трехдневной щетиной просматривается легкий румянец.
Пережитое еще не забылось, нормально сосредоточиться не получалось, и дрожь никак не проходила.
— Часть коридора, которой раньше не было, — так и не дождавшись от нас соответствующей случаю реакции, внес ясность Глеб. — Утром прихожу, а она тут.
Начало дня выдалось богатым на события у всех.
В едином порыве мы уставились на дверь залы, где в былые времена ведьмы отрабатывали полеты. Напротив нее располагалась подсобка, заполненная всяким хламом. Вот и все, что отдал нам замок, но в свете недавних событий даже это — слишком много.
Повинуясь внезапному порыву, я погладила ладонью каменную стену, словно стремилась согреть ее своим теплом, и одними губами произнесла:
— Спасибо.
Никто не услышал.
Из присутствующих никто.
— Думаете, это все опять не исчезнет? — засомневалась Элла.
— Эти помещения здесь с раннего утра. Я входил туда. Вряд ли они куда-то собираются деваться, — воодушевленно сверкал глазами Глеб. — Лично меня больше интересует другой момент: что послужило толчком к их проявлению? Такие вещи не происходят сами собой.
Если он хотел получить объяснение от нас, то тут его ждало разочарование.
— Вчера вечером должно было что-то произойти! — не желал униматься молодой преподаватель. Видимо, разгадывать старые тайны ему нравилось куда больше, чем учить нас варить зелья и лечить. — Девушки, вспоминайте!
Тишина растянулась надолго.
— Ничего такого, — ответила за нас всех Элла и выразительно посмотрела на дверь — ей хотелось уже побыстрее сесть и заняться чем-нибудь привычным. Хотя бы приготовить зелье от головной боли. Потому что свершений для одного дня более чем достаточно.
Мучить ведьмочек Глеб не собирался, так что сразу же кивнул, позволяя пройти в мастерскую и занять свои места. Но по блеску в зеленых глазах было ясно, что тайны его все еще занимают сильнее, а чуть заметно опустившиеся уголки губ свидетельствовали о том, что ответ ему не понравился.
Ну как ребенок, у которого отняли конфету, честное слово!
Нечто мальчишеское в его облике отозвалось теплотой у меня в груди. И даже тот факт, что я была на него слегка обижена, не помешал. Наоборот, послужил катализатором!
Ниточки связались в узелок, о чем я поспешила сообщить окружающим.
— Вообще-то я вчера порчу с Феликса сняла, и мы с девчонками помирились с целительницами.
— Подходит, — кивнул Глеб и посмотрел на меня сияющими от восторга глазами. Так посмотрел, что я инстинктивно отступила и спряталась за Красу. — Кстати, где вас полчаса учебного времени носило?
Опомнился! Но спрашивал он не зло, скорее для порядка, чтобы не распускались без контроля.
Точно! Мы же ему на недомагов еще не нажаловались!
День прошел суетливо. Выслушав нас, Глеб стремительно унесся разбираться и так внушительно рычал на старшекурсников, что и в мастерской было слышно. Потом еще и с их деканом сцепился. Когда же страсти немного улеглись, встала новая проблема: парней из пола выковырять. Преподаватели что только не пробовали, ничего не получалось! В конце концов магистры надменно задрали носы, заявили, что одна ведьма способна наворотить такого, что и сотня магов не разберется, а если ведьмы три, то вообще ничего путного не жди… и послали за нами. Справедливости ради стоит признать, что и у нас не сразу получилось, только когда зажатые в каменном полу старшекурсники натурально забились в истерике, я сообразила, что надо делать.
Прижала ладони к полу, закрыла глаза и попросила замок отпустить этих балбесов. Минут пять упрашивала.
И он отпустил. Вниз.
Там кто-то на кого-то упал, кто-то себе что-то отбил и кто-то обругал какую-то ведьму проклятущую… Да, я не уточнила, куда именно надо их отпустить. А замок не то развлекался, не то заносчивые маги и его вконец достали. Места силы — они с характером! И характер этот зачастую похож на ведьминский, такой же своевольный и пакостный.
Феликс вернулся в мастерскую с нами. Тогда же выяснилось, что у него контрольная перевязка, а у нас — лекция по ядам и противоядиям. Все про все заняло время до обеда, а в конце Глеб еще и лабораторную устроил. Подопытной на этот раз стала розовая шиншилла Ядя, которой пришлось ядовито плевать в пузырьки для каждой из нас. Нам тоже было невесело: вредный Глеб заставил на время определять концентрацию яда и готовить противоядие. И в отличие от всякой ерунды, которой мы занимались на потоковых лекциях и практикумах, тут каждое движение строго оценивалось и заносилось в ведомость.
К вечеру мы с девчонками сами кое-кого ядовито покусать были готовы. Особенно я, потому что еле уложилась в отведенное время.
Сдавала работу последняя, девчонки уже ретировались в смежную классную комнату и запихивали конспекты в сумки. Глеб придирчиво оглядел получившийся бордовый раствор, задал несколько вопросов, покивал, выставил в ведомость отметку и в специальной графе расписал замечания и рекомендации. Я и не ждала от него никогда особого отношения, но сегодня меня не покидало ощущение, что он немного мстит мне за вчерашнюю пропущенную встречу. Правда, высший балл в ведомости это предположение немного опровергал, но ведьмы — народ упрямый в своих измышлениях.
— Хорошо, Цветана, — подытожил младший преподаватель Полуденный, пряча ведомость в папку. — Особенно с учетом всех твоих сегодняшних злоключений. Но в другой раз постарайся все делать быстрее.
Замечание, сделанное мягким тоном, почему-то обидело.
— Как скажете, — буркнула я и собралась, расправив плечи, удалиться, но в последний момент была поймана за руку.
На миг я утонула в его глазах.
— Ты не пришла. — Глеб говорил предельно тихо. — Тебе не передали записку?
— Передали. — Попытка высвободить руку успехов не принесла.
— Вот как? — Красивое лицо застыло, словно маска.
Я еще раз дернула руку. И снова не получилось удрать.
— Цветана, в чем дело? — Меня обожгли злым взглядом. — Я прождал тебя четыре часа. Что за глупые выходки?!
Всколыхнувшееся в душе чувство стыда я мысленно задавила каблуком.
— Напротив, я считаю, что поступила умно. И правильно, — произнесла насколько могла спокойно.
— Ведьма вредная! — простонал Глеб.
— Приятно слышать. — Я решила воспринимать его высказывание как комплимент.
Маг чуть отстранился, но руку мою отпускать не спешил. В сузившихся глазах сквозило подозрение.
— Я думал, что мы… — и замолк.
— Что мы — что? — Да, ведьма ему досталась вредная!
— Ну… — И взгляд из серии «додумай сама».
Собственно, это я и сделала. Еще вчера.
Осталось только донести свою светлую мысль до Полуденного.
— Глеб, я не хочу быть твоей тайной подружкой, — призналась честно. — Все эти встречи в мастерской, когда в Академии больше никого нет, свидания под видом внеплановых практикумов, хотя меня курируешь вообще не ты… Я все понимаю, но такие отношения не для приличных ведьмочек. Извини. И я надеюсь, что это не отразится на твоем отношении ко мне как к студентке.
Рука ему срочно понадобилась, чтобы придержать вознамерившуюся куда-то уехать челюсть, так что на меня вдруг свалилась желанная свобода.
Чем я и воспользовалась, отступив на шаг.
Маг задумчиво потер подбородок и уточнил:
— Дело только в этом?
Я кивнула. На слова не осталось сил.
Грудь заполнила такая тяжесть, будто сердце заключили в свинцовую клетку. И оно болит, трепыхается, но вырваться никак не может. Даже дышать стало трудно, и слезы на глаза навернулись.
Посчитав разговор оконченным, я быстро развернулась и устремилась к выходу из мастерской.
Девчонки ждут. Еще вещи собрать надо. И хотелось бы скрыть от Глеба мое состояние.
Мрак, что же так больно?!
Шагов за спиной не слышала и, что Глеб пошел за мной, заметила, только увидев его тень рядом со своей собственной.
Вздрогнула.
Полуденный подтолкнул меня в спину, придавая ускорения, и когда мы оба оказались в классной комнате, громко произнес:
— Цветана, ты мне очень нравишься, и я хочу видеть тебя чаще, чем только на занятиях.
Прямо при девчонках!
Ведьмочки ахнули и умиленно посмотрели на нас.
Я инстинктивно втянула голову в плечи и от всей души воззвала к замку. Миленький, спрячь меня куда-нибудь! Дай мне хоть провалиться! Но замок остался глух.
— Надеюсь, моя симпатия взаимна? — все так же громко спросил Глеб и пристально всмотрелся в меня.
Щеки огнем горели.
Еще и Краса в бок ткнула.
— Ну зачем ты это все? — пролепетала я, глядя на мага, который мне до головокружения нравился.
Дышать по-прежнему было почти больно.
И слезы все-таки потекли.
Хлюп.
— Хочу узнать, ответны ли мои чувства, — не желал отступать маг. — А еще совсем не хочу идти без пары на помолвку сестры. Цветана, ты свободна в субботу вечером?
Не только щеки, меня всю опалило.
Вспомнилось, что он из очень влиятельной семьи. Праздник наверняка будет шикарный и… многолюдный.
— Да, но… Нас весь город увидит. — Я беспомощно посмотрела на него, но в зеленых глазах сверкало упрямство.
— И что?
— Связь со студенткой для тебя не обернется проблемами? — Я вцепилась в соломинку.
— Запрета нет, если все взаимно и добровольно. — Соломинка рассыпалась в труху прямо в руках.
— Если ты это делаешь, только чтобы что-то мне доказать… — начала я.
Продолжить мне не дали. Если подруги и Глеб к заворотам ведьминского характера привыкли и проявляли терпение, то черная метла спускать кому-то глупые выходки не собиралась. Как она вывернулась из крепления, остается загадкой. Я ее побег обнаружила, только когда паршивка подлетела ко мне со спины и врезала пониже талии. Нападения я не ожидала, а потому гневно пискнула и рефлекторно прошла несколько шагов вперед, где почти влетела в объятия Глеба.
Руки Полуденного тут же сомкнулись в ласковые тиски.
— Стразами обклею! — пригрозила я, тая в тепле Глеба и вдыхая исходящий от его одежды запах трав, с которыми мы весь день работали.
Метла в этот раз не прониклась.
— Так понимаю, это «да»? — для ясности уточнил Глеб и потерся колючим подбородком о мою макушку.
— Угу.
Спорить больше вообще не хотелось.

Глава 12

Приятно было разнообразия ради оказаться в месте, где тебя не ненавидят. Ведьминская школа встретила нас запахом яблочного пирога с ванилью, звонким девичьим смехом и тремя порчами, ну чисто случайно пролетавшими мимо. С ними мы разобрались, даже с шага не сбились.
— Отлично! — одобрила наставница, выглядывая из окна.
Мы с воодушевленным визгом бросились к ней. Соскучились за столько дней, а то все кругом маги да злыдни. Причем первые от вторых мало чем отличаются.
— Будем считать, что на сегодня защиту от пакостей отработали. — Местные ведьмочки ничего, кроме бурного интереса, к нам не питали, порчу Эсмеральда организовала для проверки скорости реакции. — На остальное время я для вас нечто более интересное приготовила.
И столько предвкушения было в ее голосе, в глазах, что мы невольно заразились.
Ведьминская школа представляла собой мрачноватый трехэтажный особняк в старинном стиле. Льющиеся с неба солнечные лучи золотили стены, кругом царило оживление, звучали девичьи голоса, шипели кошки, вспыхивали заклинания. Все это частично убивало уныние, а декоративные котлы, клумбы с травами, парковка для метел и движущиеся черепа на крышах беседок создавали неповторимую атмосферу.
Мне даже учиться здесь захотелось, вот честно. Жаль, нельзя. Да и не оставлять же магов без присмотра.
Эсмеральда провела для нас коротенькую экскурсию, познакомила с другими ведьмочками, которых учила, и уже потом сообщила, что именно на сегодня задумала.
Ее энтузиазм разделили все.
Надо заметить, оно стоило того, чтобы отказаться на день от любимого вредительства. Сегодня будет образовываться ведьминский круг, и нам милостиво разрешили присутствовать. Это же такой шанс!
Знали об этом мы крайне мало, все же в наше время круги уже никто не образовывает. Так что, прежде чем пойти к месту событий, наставница коротко объяснила несведущим, что к чему.
Итак, круг могли образовывать три и более ведьм, связанные между собой энергетически. Связь эта устанавливается добровольно, навечно и разорвана может быть лишь со смертью одной из участниц круга. Прямо скажем, неудобств больше, чем явных преимуществ, потому что просто так из круга не выйдешь, а разрыв энергетических нитей ведет к ослаблению и остальных участниц обряда.
Плюсом же была сила, возрастающая в несколько раз, возможность в случае необходимости пользоваться резервом друг друга даже на расстоянии и способность чувствовать, если одной из ведьм грозит беда.
Лекция была прослушана как старая сказка, частично даже законспектирована, после чего мы прошли в ритуальный зал.
Его почти полностью занимал крут, вычерченный чем-то золотистым. Встать можно было только у стен, и уже собралось много желающих понаблюдать за редким событием, но Эсмеральда отвоевала своим студенткам место с неплохим обзором. Завершались последние приготовления. В золоченых чашах, установленных таким образом, чтобы они образовывали ромб, взметнулось пламя. Одновременно вспыхнули толстые белые свечи, опоясывающие весь круг. Кто-то зажег благовония, и по залу поплыл густой сладкий аромат.
Ведьмочек было пять, и они уже заняли свое место в центре круга.
Интересно, зачем им такая сильная связь? Причина должна быть очень достойной.
Их наставница стояла так близко, как могла, но за пределами золотой линии. Краем глаза я заметила, как эта красивая рыжеволосая ведьма усиливает свой голос магически.
Раздался звук, похожий на глухой удар.
Ритуал начался.
Запах сделался гуще. Я разобрала в нем ваниль и полевые цветы. Ведьмочки одна за другой опустились на колени внутри круга, расправили юбки и по очереди начали произносить слова заклинания. Когда одна замолкала, она подавала руку той, что сидела ближе, их пальцы сцеплялись, и уже та ведьмочка читала свою часть. Потом все повторялось. С каждым словом в воздухе все острее чувствовалась сила. В сцепленных ладонях ведьмочек словно прятались живые огни, так они сверкали.
Я же поймала себя на том, что в память въедается каждое слово ритуала, каждое движение, будто бы это все записали там золотыми буквами. Никогда не забуду!
Действо продлилось около часа. Когда слова иссякли, девушки еще какое-то время сидели на каменном полу, взявшись за руки, пока образовывались невидимые ниточки связи.
— Наставница, а это опасно? — Я вдруг услышала рядом с собой голос Эллы.
— Нет, просто сил много отнимает, — ответила ей Эсмеральда. — И я, если честно, не вижу особого смысла.
Вздрогнула, выпала в реальность. Перед мысленным взором стремительно таяли золотые строчки.
Пошатывающиеся от слабости ведьмочки брели к выходу.
День среди себе подобных мы провели замечательно. Вернувшись в мастерскую, еще раз разобрали ритуал, потом попили чаю с яблочным пирогом, поболтали с постоянными ученицами наставницы, даже парочку новых порч узнали.

Вечером мы сидели у меня в комнате и дружно скучали над учебниками. С одной стороны, впереди нас ждало три выходных, и зубрить прямо сейчас было не особенно надо. С другой — если разделаться с заданиями сейчас, то свободные дни можно посвятить чему-нибудь приятному. Поэтому все же сцепили зубы и уткнули носы в книги и конспекты.
Но дело двигалось из рук вон медленно, потому что каждая думала о своем.
— Меня Феликс на свидание пригласил, представляете? — первой раскололась Краса.
Вид при этом у нее был счастливый до неприличия, но какой-то беззащитный. Ох, надеюсь, они с магом поладят, иначе на мою совесть тяжким грузом ляжет ее разбитое сердце!
— А ты что? — заинтересовалась Элла.
— А я ничего! — Внучка старого магистра нервно пошуршала страницами толстенного справочника по зельям.
— Зря, — припечатала Элька и в очередной раз спихнула со стола на пол своего кота.
Он сегодня вдруг вспомнил, что является ведьминым фамильяром и ему по статусу полагается скверный характер. И сразу же начал этот характер проявлять: громко мяукал, так и норовил запрыгнуть на стол и лез под руки. Даже приблудный доходяга из их со свином угла на него уже враждебно косился, про нас вообще молчу.
— Сказал, будет ждать меня завтра вечером у входа в парк, если вдруг передумаю, — тоскливо вздохнула Краса.
— Передумывай, — с серьезным видом кивнула Элька, не давая коту вернуться на стол. — Еще есть время.
И все, нашу влюбленную подругу как прорвало:
— Но ведь ему Цветана нравится! — взвыла она, чуть не плача. — А надо мной он наверняка просто поиздеваться решил!
Ой. Вот этого я не предусмотрела. Надо срочно спасать ситуацию!
— Глупости! — Я и правда так считала, так что тут не соврала. — От меня ему только избавление от порчи надо было. К тому же Феликс в последнее время изменился. Сходи, что ты теряешь? В крайнем случае, если нарвется, нашлешь на него что-нибудь в меру пакостное.
Красуля длинно вздохнула и промолчала. Но лицо ее просветлело, а слезы исчезли из глаз. Видимо, все же решила попытать счастья.
Некоторое время в комнате слышны были только сосредоточенное сопение, скрип чернильной ручки по бумаге и кошачье мяуканье. А во время следующего перерыва я решила тоже поделиться планами. Теми из них, о которых подруги еще не знают.
— Завтра мы с Глебом пойдем к девушке, которая перед исчезновением факультета дара лишилась. Она может что-то знать про других ведьм. Может, потом еще по городу погуляем. Мне письма отправить надо и платье для праздника купить.
Магический вестник с запиской бился в окно, когда я вошла в комнату, вернувшись из ведьминской школы. Стоит расслабиться, до сих пор чувствую легкое покалывание на кончиках пальцев. Так странно… Я встречаюсь с магом, и это вроде бы серьезно, он собирается познакомить меня со своей семьей… но клетка из груди никуда не делась. Она стала будто прозрачной и, кажется, более легкой, но она все еще была где-то там.
Намерения Глеба действительно серьезны или он пригласил меня только из-за того, что я наотрез отказалась встречаться тайком? Что скажет семейство Полуденных, когда Глеб приведет в дом ведьму? Вроде бы у них в семье были ведьмы, значит, они не должны считать себя выше. И Глеб не должен меня стесняться.
Тогда зачем он до этого скрытничал?
И главное, хочу ли я быть представленной семье?
Ох-х-х… Голова пухнет, и руки трясутся.
— Хочешь проверить, любит ли тебя мужчина, протаскай его целый день по магазинам, — с видом многоопытной матроны усмехнулась Элла. Когда же на ней скрестились наши с Красой подозрительные взгляды, тряхнула гривой черных волос и звонко рассмеялась: — А что? Так моя бабушка говорила. Правда, в том месте, где мы жили, магазинов особо не было, и мама очень сокрушалась, что проверить так ни разу и не удалось.
Мы с Красой тоже прыснули.
— Повезло тебе, Цветанка, — с легкой ноткой зависти вздохнула внучка старого магистра. — Глеб от тебя без ума.
— У тебя хоть какой поклонник есть, — укорила ее Элла. — А тут одна безнадега. Богдан на меня даже не глянет.
— Так влюбись в кого-нибудь более подходящего, — посоветовала я.
Пакостница притворилась, что обдумывает предложение.
— Нет уж, — огласила она нам свое решение через минуту. — Влюбляться так часто — это как-то даже неприлично. А я — приличная ведьмочка! Буду страдать по Богдану.
Вот что с ней поделаешь?
Может, в следующем году будет уже прилично?
Лично я всей душой на это надеялась, потому что во взаимность со стороны декана не верилось вообще. Даже в перспективе. Даже в очень далекой перспективе. Даже с учетом того, что для ведьм нет почти ничего невозможного.
Большие часы на первом этаже пробили десять, когда мы прервались в следующий раз. Задания были в основном выполнены, оставалось только сварить пару зелий и кое-что подучить, чтобы наверняка запомнить. Краса повела плечами, разминая затекшую спину. Я крепко зажмурилась, давая отдых уставшим глазам. Покормить фамильяров и спа-а-а-ать…
Прыг!
И противный «шкряаааб» когтями по столу.
Кот уже не мешал, но Элька все равно его спихнула. Больше по привычке.
А у меня в голове будто щелкнуло что-то.
— По-моему, он пытается сказать тебе нечто важное, — высказала я свое предположение вслух, затем проковыляла к кровати и блаженно растянулась поверх покрывала.
— Думаешь? — Элька с изрядной долей скептицизма обозрела кота.
Фамильяр ответил ей взаимностью. Желтые глаза ярче заклинаний сияли. Целую минуту друг друга рассматривали, причем оба явно сильно сомневались в умственных способностях персоны напротив.
А потом опять — прыг!
Сгонять кота на сей раз Элька не стала, позволила ему беспрепятственно добраться до учебников и тетрадей. А потом с видом «покусаю, если вдруг попортишь что» следила, как ее магический помощник с явным усилием лапой сдвигает толстенный том, выпускает когти, поддевает листы… Тетрадь открылась на том месте, где был расписан ритуал объединения в круг.
— Мя-а-ау! — сообщил кот, после чего с чувством выполненного долга разлегся рядом с конспектом и, свесив со стола хвост, задрых.
Мы с девчонками переглянулись.
— Может, он место удобное себе облюбовал? — понадеялась Краса.
— Сомневаюсь. — Мне в такое везение слабо верилось.
Если есть шанс куда-то вляпаться, ведьма его всегда использует!
— Нам же нужна сила, так? — Элла оказалась самой смелой. — Круг — неплохой вариант. Да и потом связь не раз еще пригодится.
Помолчали, подумали.
— Почему бы и нет? — пожала плечами Краса.
— Девчонки, я никогда этого не забуду! — прочувствованно поблагодарила подруг я.
Пока кормили свою многочисленную живность, успели обсудить подробности. Для успеха мероприятия требовалось всего два компонента: место, где можно провести ритуал, и кто-нибудь опытный, чтобы это дело проконтролировать. И конечно же нам хотелось прямо сейчас! Тогда будет пара дней, чтобы восстановить силы, а в воскресенье можно идти дальше по пути спасения моей пропавшей подруги.
Хорошее место нашлось почти сразу — в подвале располагался ритуальный зал Горислава. И поскольку колдующих магов этот Зал уже видел, и наверняка они успели ему надоесть, мы решили слегка разнообразить контингент. Теперь залу предстояло увидеть колдующих ведьм!
Надеюсь, там после нас что-нибудь целое останется.
И поскольку ведьминскому кругу суждено было образоваться в рабочем зале Горислава, самого старого магистра мы назначили за всем присматривать.
С этой новостью и ввалились к нему в комнату ближе к полуночи. Ну как ввалились? Вежливо поскреблись и дождались, пока он проснется, завернется в старомодный бархатный домашний халат и выглянет в коридор.
Удивлению нашему не было границ, но идею с кругом Проточный воспринял неплохо.
— Я так понимаю, отговаривать бессмысленно? — для порядка уточнил он.
— Ага! — единодушно закивали мы.
— Что ж, возможно, оно и к лучшему, — задумчиво пробормотал маг. — Спускайтесь в зал и ждите меня. Оденусь более подобающе и приду.
— Спасибо, деда! — Краса радостно закружилась и поцеловала Горислава в морщинистую щеку.
— Без меня не начинать, — строго предупредил магистр в отставке за мгновение до того, как скрылся в своей комнате.
Боевых магов дрессируют на скорость одеваться, не иначе потому что Горислав появился, и трех минут не прошло. Черный костюм был отглажен и сидел идеально. Даже шейный платок повязал, и булавка на платке была подобрана с таким камнем, чтобы по цвету соответствовал.
— Он тебе вообще ни в чем не отказывает? — шепотом полюбопытствовала я у Красы, пока велись последние приготовления.
— Не-а! — весело подмигнула мне подруга.
Ритуал, как ни странно, прошел без проблем. Мы правильно начертили круг и все узоры, нужные атрибуты, как-то: свечи, чаши и тому подобное нашлись именно такие, как было нужно, и слова никто не забыл и не перепутал. Горислав зорко следил за всем и был готов вмешаться в нужный момент, я специально для этого оставила лазейку и объяснила ему, как нейтрализовать ведьминскую магию, но ничего такого не потребовалось.
Незримые золотистые нити соткались, прошли через наши тела и накрепко связали меня с Красой и Эллой.
Расплатой за это стала невыносимая слабость, но что-то мне подсказывало — оно того стоило.

В первой половине дня Глеб заменял кого-то в Академии, так что встретились мы только в час. Оно и хорошо, выспаться получилось. Но даже невзирая на отдых и поздний, но сытный завтрак, выглядела я заморенным привидением, а чувствовала себя и того хуже.
Почему за все приятное или хотя бы нужное всегда приходит гадостная расплата?!
Моей расплатой, помимо отвратного самочувствия, стал еще и проницательный маг, который, как увидел меня, сразу непререкаемо потребовал:
— Рассказывай!
Увиливать смысла не было, все равно однажды узнает, так что я честно выложила все. За что немедленно огребла:
— Ведьма неуемная! И на день без контроля оставить нельзя! — бушевал Глеб.
Помимо реакции в целом, мне из сказанного им не понравилось еще одно слово. Ведьмы его вообще не жалуют.
— Ты полегче с контролем, — и упреждающе сузила глаза.
Мы торопливо вышагивали по столичным улицам, я даже за направлением не следила. Глеб прожил тут всю жизнь и город знает всяко лучше моего.
— Говорю это как твой преподаватель, — еле сдерживаясь, рыкнул Полуденный. — Не расстраивайся, в понедельник твоим подругам тоже влетит. Чем вы думали?! И вообще, чем думают ведьмы, скажи на милость?!
Огребать буду не одна. Он серьезно считает, что меня это должно порадовать?
— Хотя бы объясни, за что? — попросила вполне мирно и, не сдержавшись, улыбнулась толстому рыжему коту, восседавшему на окне одного из попавшихся нам на пути домов.
Имею же я право знать, в чем именно не права!
— Ты знаешь этих девчонок меньше месяца, — в бессильной ярости прожег меня взглядом Глеб. — И уже связала себя с ними на всю жизнь. Это все равно что познакомиться с симпатичным магом на студенческой пирушке и наутро выскочить за него замуж!
Напрасно он так. Мне стало до глубины души обидно. А еще в очередной раз подумалось, что магам, у которых каждый за себя и против всех, нас, ведьм, ни за что не понять. Даже Глебу.
— Даже не сравнивай. — Эмоции были слишком заняты тем, чтобы сдержать горечь, поэтому говорила я спокойно.
— Почему? — вскинулся маг.
— Они ведьмы!
В моем понимании это все объясняло, но Глеб только рассвирепел сильнее и до самой аптеки, в которой трудилась нужная нам особа, читал мне нотации. Нельзя слепо доверять полузнакомым девицам. Нельзя проводить над собой непонятные ритуалы. А я подумала, что со мной будет, если одна из них окажется темным элементалем, лишится дара или умрет во время какой-нибудь эпидемии?! Да, я внимательно слушала. И одновременно успевала обдумывать первый шаг в поиске Милы.
— Зачем? — глухо спросил маг, когда мы уже подходили к аптеке. — Надеюсь, причина хоть сколько-нибудь уважительная.
— Хочу провести ритуал и раздвинуть грань, чтобы узнать, жива ли Мила, — созналась я.
Почему-то, даже несмотря на его реакцию, скрывать от этого мужчины ничего не хотелось.
Хоть он и посмотрел на меня так, будто дал оценку моим умственным способностям. Не самую высокую, кстати.
— Позже обсудим, — процедил Глеб сквозь зубы и толкнул дверь.
Аптека отличалась от любой другой лавки разве что наличием соответствующей вывески.
Внутри было много полок с лекарствами, разлитыми по флаконам и бутылочкам, мешочками с травяными сборами и баночками с мазями. Только в отличие от магических лавок освещение здесь было яркое, и о создании таинственного антуража никто не заботился. Товар, несколько аптекарских дипломов и разрешение на деятельность, в рамочках развешенные на стенах, и прилавок, за которым стоял пожилой аптекарь. За его спиной находилась дверь в помещение, где изготавливались лекарства. Она была приоткрыта, что давало возможность увидеть, как молодая женщина в длинном зеленом халате растирает что-то в ступе, иногда отвлекаясь на помешивание кипящего отвара.
Магия ушла, но приобретенные за годы учебы умения никуда не делись, поэтому ничего удивительного в том, что несостоявшаяся ведьмочка легко нашла себе место в жизни, лично я не видела.
Пришлось встать в очередь и честно отстоять ее, чтобы добраться до аптекаря, не нарвавшись на недовольство других посетителей.
— Что вам угодно? — Когда до нас дошел черед, цепкие глаза из-за прилавка посмотрели та-а-ак понимающе, что проклясть захотелось.
А противный старикашка еще и пузырек с противозачаточным зельем в руках повертел!
Словно подглядев мои мысли, Глеб поймал мою руку и нежно, но крепко сжал, недвусмысленно давая понять, что самодеятельность не приветствуется.
— Нам бы поговорить с вашей помощницей, Марианной Прилесской. Это возможно?
На прилавок упало несколько монет.
— Идите к служебному входу, она сейчас выйдет. — Аптекарь недовольно поджал и без того тонкие, словно две нитки, губы. — Машка!..
Он еще бурчал что-то, когда мы выходили.
Помимо аптеки в здании располагалась какая-то контора и несколько магазинчиков, так что до назначенного места мы добрались минут через пять. Рыжеволосая, немного растрепанная женщина в зеленом халате уже ожидала нас там.
— Запрещенных зелий варить не стану, — при виде странной парочки, возжелавшей переговорить с ней наедине, непреклонно заявила бывшая ведьмочка. — Даже за очень большие деньги! Мне проблемы не нужны.
Глеб примирительно улыбнулся.
— Вообще-то мы по другому вопросу.
Марианна в третий раз за минуту зачем-то посмотрела на мой живот и скептично фыркнула.
— Да ладно! Почему-то все считают, что раз я бывшая ведьма, то на любую мерзость соглашусь.
— Лучше не соглашайтесь, — серьезно попросил Полуденный. — С чистой совестью жить проще. А мы всего лишь хотели узнать подробности исчезновения ведьминского факультета. Вы нам не поможете?
Дальше он коротко представился, назвал меня и вкратце обрисовал нашу ситуацию.
Помощница аптекаря слушала внимательно и с явным удовольствием. Было заметно, что соприкоснуться с прошлой жизнью, даже вот так, мельком, ей приятно. Но когда Глеб договорил, она развела руками.
— Простите. Ничем не могу вам помочь.
Не такого ответа ждал маг…
— Вы не понимаете всей серьезности ситуации…
И тут мой взгляд упал на ее ладонь. Однако!
— Глеб, пойдем. — Я потянула его за рукав.
— Но…
— Ты мне доверяешь? — задала вопрос, на который был возможен лишь один вариант ответа. И дождавшись, когда Глеб кивнул, все-таки увела его, не забыв поблагодарить Марианну.
— Цветана, ты что творишь?! — накинулся на меня маг, едва мы свернули за угол.
Вместо слов я подсунула ему под нос раскрытую ладошку.
— И что? — не впечатлялся он.
— Видишь, тут шрам, присмотрись хорошенько. — Он не сразу заметил, что еще раз доказывало справедливость моих подозрений насчет госпожи Фаины. Как она поняла? Заранее знала? Или как я сейчас — у самой такой есть, вот и отметила? — Это след от ведьминской клятвы. Что-то мне подсказывает, она не может ответить на наши вопросы, иначе просто погибнет.
Полуденный сопоставил в уме факты, сделал какие-то свои выводы и медленно кивнул.
Но кому и в чем поклялась бывшая ведьмочка? Не из-за ее ли мести пропал факультет? Может, конечно, все это не имеет никакого отношения к следу на ее руке, но своей интуиции я привыкла доверять.
С самым важным на сегодня было покончено, и остаток дня мы планировали посвятить мелочам. Требовалось купить платье для завтрашнего мероприятия, зайти на почту и в городскую библиотеку. Последнее зачем-то понадобилось Глебу.
Испытать мага магазинами по Элькиному методу не получилось. Мы не дошли еще до центра города, где находились самые приличные из них, как в витрине одного просто попавшегося на пути я увидела то самое платье. Идеальное для меня и для знакомства с семьей Полуденных. Какие уж тут проверки на выносливость?
Втащив Глеба в небольшой зальчик с несколькими зеркалами, я опомнилась и нахватала ворох одежды, которую якобы решила перемерить. Но уже на третьей смене наряда поняла, что Глеб получает от процесса не меньшее удовольствие, чем я сама. Я выходила в каждом платье, чтобы как следует повертеться перед большим зеркалом, а он, устроившись на небольшом диванчике, наблюдал, оценивал и отпускал комментарии. Иногда язвительные, иногда восхищенные.
Чтоб мне в жизни приворотного зелья не сварить! Да он же идеальный мужчина!
Насколько идеальный, я поняла, когда после четвертого переодевания Глеб кивнул на то же самое платье, ради которого я сюда и пришла.
— Попробуй это. Уверен, тебе подойдет.
Ну вот, теперь все будет выглядеть так, будто это он его первый нашел!
Однако даже недовольство, поселившееся внутри, не заставило меня отказаться от вещи, которая с первого взгляда понравилась. Платье было очень красивое. Зеленое, не темное и не яркое. Несмотря на несколько слоев ткани, оно не стесняло движений и не создавало неудобств. И современный фасон оставался достаточно скромным: спереди было закрыто все до самой шеи, вокруг которой на лентах крепилась застежка, на груди украшениями шли вертикальные кружева, спина оставалась частично открытой, а летящие юбки закрывали колени, самая нижняя из них заканчивалась тончайшим кружевом, которое выглядывало из-под остальных.
Оглядев себя в маленьком зеркале, висящем в примерочной, я поддалась порыву и расплела косы. Волосы после них были волнистые, будто бы я их завила.
В таком виде и вышла к Глебу.
Ну, то есть к зеркалу.
С диванчика послышался шумный вздох. И никаких комментариев.
— Что, плохо? — забеспокоилась я.
Мне самой собственный облик казался милым. Еще можно будет свину купить зеленый поводок, и костюмчик для него этого же цвета у нас имеется. К нему еще идет берет с модным перышком. Но если Глебу не нравится…
— Идеально, — серьезно ответил Полуденный.
Идею с поводком мы воплотили. Как оказалось, Глеб не возражает против того, чтобы я пришла к ним с фамильяром и метлой. Его магическое семейство ведьминскими атрибутами не удивить.
На почте тоже обошлось без приключений.
А вот в библиотеке… Я-то думала, мы туда ради Глеба идем, а оказалось — ради меня.
— Читай и запоминай! — рявкнул маг, швырнув на стол передо мной раскрытый фолиант.
Свидания с ним все должны проходить без отрыва от обучения? Я скептично воззрилась на него, готовая уже высказать этот вопрос вслух, но Глеб постучал пальцем по книге… я только на миг отвлеклась, чтобы глянуть, что там интересного, а в итоге на два часа застряла. И оторваться от нужного материала меня заставило только то, что библиотека закрывалась и нас вежливо попросили выметаться.
Книга оказалась полезная. Все же у некоторых явный преподавательский талант, хоть они и не желают этого признавать.
Пробежав глазами главу в учебнике и выслушав редкие пояснения Глеба, я систематизировала знания о ведьминских кругах. Не скажу, что пожалела, но серьезность ситуации осознала дополнительно. Мы с Красой и Эллой теперь до конца жизни связаны. Если что случится с одной, остальным тоже придется несладко.
Подумаешь! Я девчонкам полностью доверяю. И мы постараемся быть осторожными.
Все равно сделанного не воротишь.
Так и не дождавшись от меня нужной реакции, Глеб удрученно вздохнул и, сверившись с оглавлением, открыл фолиант на другом месте.
Связь ведьм и фамильяров.
Я как раз дочитала, когда нас выпроводили.
Но на этом Полуденный не угомонился и, пока провожал меня домой, заставил пересказать прочитанное. Все же иногда он зануда.
— Теперь-то до тебя дошло, что раз фамильяр жив, ведьма тоже еще дышит? — устало спросил он, когда мы приблизились к дому Проточных. — Нет смысла тратить прорву сил на сложный ритуал. К тому же это рискованно. Три ведьмочки могут не удержать контроль над разрывом, и кто знает, что вырвется из-за грани.
Прав он, конечно, да я это все и сама прекрасно знала, но…
— Что же мне делать?! — Я беспомощно смотрела на стоящего рядом мужчину. — Столько времени прошло, а я до сих пор не знаю, с какой стороны ко всему этому подступиться. Не могу сидеть сложа руки! Я должна хоть что-нибудь сделать!
— Попробуй усилить свое поисковое заклинание, — после недолгих раздумий посоветовал маг. — Три ведьмы могут определенно больше, чем одна. Займетесь этим в воскресенье, потом расскажете о результатах.
Я кивнула. Все-таки есть от круга польза, а он ругался!

Глава 13

— Цветаночка, ты такая красивая! — ахали подруги, провожая меня к выходу.
Для полноты ведьминского облика только остроконечной шляпы не хватало, но ее я решила оставить дома. Зато, как истинная ведьма, заставила Глеба сорок минут прождать у дверей. И пусть только заикнется, что оно того не стоило, покусаю!
Свин важно вышагивал рядом на поводке, метла своим ходом летела следом…
Не та метла!
Круто развернувшись на середине лестницы, я вперила строгий взгляд в черную нахалку.
— Ты остаешься дома. Ну!
Метла обиженно затрещала прутиками и медленно опустилась прямо на ступеньки.
— Не притворяйся сломанной, все равно не поверю!
— Чувствую себя так, будто у Цветаны две метлы, а у меня ни одной, — пожаловалась Краса.
Пришлось возвращаться в комнату и спасать мою метлу из шкафа. Потом на лестнице чуть шею себе не свернула, споткнувшись о черную вредину. Злая, добралась до двери, а едва открыла ее, сразу угодила в объятия Глеба, который почему-то решил, что за долгое ожидание ему положена компенсация, и бесстыже поцеловал меня прямо при подругах.
— Вернется поздно и без помады, — оторвавшись от меня, подмигнул девчонкам маг, после чего волной теплого воздуха затолкал их обратно в дом и заклинанием заставил дверь закрыться.
Внезапно нахлынул страх, и я вцепилась в руку Полуденного. Ступки-метелки! Он представит меня своим родным! А вдруг я им не понравлюсь? Как ведьме, мне было все равно, но вот как девушке — беспокойно, волнительно и нервозно. Нет, правда, что делать, если я им не понравлюсь?!
А если сильно не понравлюсь? Вот совсем! Не порчами же отшвыриваться?
И важно ли это Глебу?
И… и… и…
— Успокойся. — Глеб накрыл ладонью мою руку, лежащую у него на локте. — Все будет хорошо.
— Откуда тебе знать? — дергалась я.
— Последние года три моя семья, помимо всего прочего, мечтает заполучить для меня невесту лучше, чем у Богдана, — чуть заметно скривившись, поделился явно наболевшим он. — Ты красавица и из приличной семьи. А у Богдана уже несколько месяцев вообще никого нет, хотя по возрасту давно пора бы. Так что не переживай, они будут в восторге.
Вдох-выдох. Мне все же удалось восстановить контроль над эмоциями.
— Ладно.
— И… я заранее за них извиняюсь, — тщательно скрывая смущение, погладил мои пальчики Глеб. — На всякий случай. Иногда они не слишком приятные люди.
Успокоил, называется! Но я не осталась в долгу и впилась ногтями в его руку. Даже через рукав больно, судя по тому, что маг поморщился. А пускай знает, что взволнованная ведьма — существо опасное во всех отношениях!
Добирались до места порталом. Глеб чиркнул в воздухе синим кристаллом, и перед нами разлилось сияющее марево. Крепче перехватив мою руку, он шагнул прямо в него. И мне не оставалось ничего другого.
Короткая ослепляющая вспышка…
И мы уже стоим на одной из улиц в центре города. В квартале, где селится магическая знать.
Мгновение потребовалось, чтобы перевести дыхание и дождаться, пока растают искры затухающего портала. Потом я получила возможность оглядеться… и обескураженно ойкнула:
— У вас что, два дома?
Нет, правда! По обеим сторонам довольно широкой улицы возвышались почти одинаковые особняки. Прямо друг против друга. Выглядело странно, если честно. Можно было бы это дело списать на веяние моды, скучающим аристократам свойственно слепо следовать ей, но другие дома, которые видны были отсюда, выглядели по-разному. Тем более странно. И что-то ко мне подкрадываются нехорошие подозрения…
— Нет. — Глеб их полностью оправдал. — Напротив живут Полуночные.
Захотелось неприлично ругаться, стукнуть кого-то метлой и пополнить список клиентов ближайшего мозгоправа на десяток человек. Или сколько их там, вместе взятых, в двух семействах?
— А… — Как бы это спросить поделикатнее?!
— Ты хочешь узнать, почему дома одинаковые? — понял меня с полуслова Глеб. — Ну я же говорил, что они соперничают. И как только что-то появляется у одного, то же самое обязательно надо заполучить и другому. Мы сделали башенки, Полуночные тоже, они украсили фасад горгульями, и мой дед сделал так же. Цветана, не смотри на меня так, я же предупреждал, что они немного чокнутые.
Но забыл уточнить, насколько!
— Что-то я уже не уверена, что хочу туда идти, — и в подтверждение своих слов попятилась.
Маг задорно улыбнулся и бегство пресек — перехватил за талию.
— Брось, нам только коротко поздороваться с родителями и дедом. — К змеиному клубку вокруг он привык и сейчас чувствовал себя в своей стихии. — Сегодня все внимание будет сосредоточено на сестре и ее женихе, нами вряд ли надолго заинтересуются.
Представлять меня как свою девушку или возможную невесту он не собирается. Сделала этот вывод, но вместо того чтобы разобидеться, вздохнула свободнее. Фу ты, истинная ведьма! Напридумывала себе мрак знает чего!
Лишь один из двух до неприличия похожих домов сиял огнями, посему вопроса, к которому нужно идти, не возникло. Кругом было достаточно оживленно: прибывали гости, грохотали по мостовой экипажи, соседские слуги, закончив работу на сегодня, расходились по домам.
На миг мне померещилось, будто дом через дорогу покрылся алыми искрами… Моргнула, и видение пропало. А потом и сама темная громада скрылась из виду, мы повернули и направились к лестнице.
Некоторое время назад за массивной дверью, открытой и вновь закрытой дворецким, скрылась предыдущая пара разряженных в пух и прах гостей. Ключ у Глеба наверняка был, но правила приличия требовали нажать на звонок и ждать, пока нам откроют и с полагающимися гостям почестями проведут внутрь. Мы особо не торопились, и пока шли, Глеб успел поведать мне, что сестра Богдана давно замужем, но все еще бездетна, так что его дед безмерно счастлив, настаивает на скорейшей свадьбе внучки и надеется как можно быстрее обзавестись правнуками. И да, оценку такой одержимости старшего родственника Глеб тоже дать не постеснялся. Справедливую и весьма жесткую.
И вот мы взошли по ступеням крыльца…
Рука Глеба потянулась к звонку, но коснуться его маг не успел.
Я закричала.
— Цветана?.. — голос Глеба обеспокоенно дрогнул.
Внезапная боль оказалась такой сильной, что я даже ответить не смогла. Горло будто огненным обручем стиснуло, и единственным, на что хватило сил, оказался слабый хрип. Жар будто толчками выходил из самой земли, снизу вверх струился по моему телу, причинял немыслимые страдания, будто заживо сжигал…
Внешне, конечно, ничего не происходило, Глеб даже не сразу понял, что со мной действительно что-то не так, и это не нервы и не очередная ведьминская выходка.
Такое чувство, что сработала защита… Ну эти маги и садисты! Но почему на меня?! Я никому не желала зла и вообще пришла с благими намерениями.
На этой мысли наступил предел выдержки слабой ведьмочки, разум стремительно начала застилать темнота, и я упала прямо в удачно подставленные руки Полуденного.

Очнулась на жестком диванчике в комнате, по обстановке напоминающей гостиную. Мягкие тона, в которых была выдержана мебель и обивка стен, приглушенный свет и аромат чего-то травяного успокаивали. Я бы даже отметила безупречный вкус того, кто оформлял здесь все, если бы не имела подозрений, что это — лишь копия точно такой же комнаты в доме напротив.
— Она просто перенервничала, — сквозь зубы цедил Глеб объяснения, но мою руку сжимал нежно.
Значит, не сердится.
Стоит ему рассказать, что на самом деле произошло?
Хм. А я знаю, что это было?
— Папа, ты же знаешь ведьм, — улыбнулась красивая дама лет сорока с переливающимися шпильками в замысловатой прическе. — С ними все время что-нибудь случается. Но наш Глебушка впервые привел домой девушку! И она така-а-ая милая…
Маму и деда определили. Похоже, у них теплые отношения, раз невестка зовет свекра папой. А пробежав взглядом по остальным присутствующим, я с легкостью распределила и другие роли. Мужчина с квадратным подбородком, облаченный в такой строгий костюм, что его едва можно было отличить от формы боевого мага, — это наверняка отец. А вон та молодая магиня в асимметричном пурпурном платье, должно быть, сестра. Ну и молодой человек, к которому она жмется, конечно, жених.
— Здравствуйте, — напомнила о себе я.
Сердце жгла досада. Не так должно было начаться знакомство с семейством Полуденных. Ну да чему тут удивляться… я же ведьма, а у нас все через метлу!
Никто особо и не удивился.
Зато все заметили, что я очнулась, потому что до этого Полуденных больше волновал радостный момент в их семейной хронике — Глеб впервые познакомил их с девушкой!
Меня тут же окружили вниманием: справились о самочувствии, напоили прохладным отваром, восстанавливающим силы, предварительно добавив в него капельку успокоительного, строго предупредили, что за ужином я должна хорошо поесть, а походя ненавязчиво выяснили, кого это к ним занесло на правах спутницы сына. А узнав, что я дочь Марины Перелески, пришли в неописуемый восторг и размечтались о нескольких полотнах маминой работы. Не меньше чем трех!
Глеб не солгал, они чокнутые. Но милые чокнутые. Вот об этом он упомянуть забыл.
Жар давно прошел, теперь в голове прочно засел вопрос: а не почудился ли он мне на нервной почве? Страх тоже растаял. Полуденные мне нравились. Взаимно, что радует.
Сестра Глеба, Лана, не боясь испортить платье, опустилась прямо на пол и вдохновенно тискала свина. Остальные больше интересовались мной.
И так примерно полчаса, пока Глеб не прервал затянувшееся безобразие.
— Семья, это уже просто неприлично, — сообщил он с таким занудно-высокомерным видом, какого я даже у Богдана не видела. — У вас полный дом гостей, а вы заперлись с нами в малой гостиной.
Нехотя, но его правоту признали. Появление у сына-внука девушки — событие, без сомнения, важное, но правила хорошего тона еще никто не отменял. Да и Лана замуж по-прежнему хотела, но до этого следовало объявить о помолвке и назначить дату бракосочетания.
Впрочем, эта ответственная миссия нисколько не помешала ей под шумок выпросить у меня свина и метлу на вечер. Отказывать невесте как-то нехорошо, так что я недолго сопротивлялась.
— Ты обязан привести ее как-нибудь к нам на ужин, — потребовала госпожа Полуденная, прежде чем все оставили нас в покое.
Они ушли к гостям, мне же потребовалась еще минутка, чтобы привести в порядок свой внешний вид.
— Поздравляю, ты всем понравилась, — сдержанно улыбнулся Глеб, наблюдая, как я разглаживаю юбки.
— А ты не мог представить меня как свою студентку? — ворчливо уточнила я.
На что Глеб улыбнулся чуточку увереннее и обезоруживающе развел руками.
— Честно говоря, я растерялся.
Возмущалась я больше для порядка, чтоб некоторые объекты смелых ведьминских фантазий не считали, что девичье сердце у них в кармане. На самом же деле было так приятно, что хотелось пищать, кружиться и непрестанно улыбаться.
— А что это было, у дома? — Я мысленно выдала себе пинка и заставила себя переключиться на важное.
— Защита сработала. — Глеб скривился и потер лицо ладонями. — Извини.
— Но почему на меня?! — Вот это был самый важный вопрос.
Оправдания уже выстроились в голове, чтобы он только не подумал, что привел в дом враждебно настроенную особу, но необходимость в них быстро отпала.
— В прошлый свой визит тетушка Прасковья весь дом на уши поставила, — пояснили мне виновато. — Видимо, дом это запомнил и с тех пор настороженно относится к ведьмам. Прости, я не знал, что так получится.
Оставив в покое платье и волосы, я подошла к нему, присела на подлокотник дивана и несмело коснулась щеки. Впервые сама первая дотронулась. Глеб дернулся, но почти сразу подался на ласку. От кончиков пальцев вверх по руке побежали горячие мурашки.
— Считай, все забыто, если объяснишь, почему ваш дом вдруг оказался с характером. — Нельзя было упустить такую возможность пополнить знания о магах.
— Это неизбежно, если дом старый и в нем жили несколько поколений магов. — Секрета из этого никто не делал. — Сила накапливается, сливается с местом и иногда ведет себя непредсказуемо. Но не слишком часто.
— Звучит обнадеживающе. — Я рассмеялась и потянула его за руку к двери.
Когда мы вышли из гостиной, всех как раз пригласили пройти в ритуальный зал, где и будет заключена помолвка. Вот ведь как, а я-то считала, что о ней просто объявят, назовут дату свадьбы и пообещают разослать приглашения. Видимо, у магов это происходит как-то иначе.
Стало даже интересно.
Ритуальный зал отличался от точно такого же в доме Горислава лишь размерами — он был намного больше. Все гости прекрасно разместились, а их набралось около пяти десятков. Мы с Глебом стояли в первом ряду, так что я смогла все хорошенько рассмотреть.
Церемонию проводил дед Глеба и Ланы, как самый старший в роду. Он читал заклинания, и с каждым словом круги и символы на полу вспыхивали все ярче. А с последним словно тысячи ослепительно сияющих искр окружили держащуюся за руки пару, на миг превратив их в золотые статуи, после чего соткались в браслеты и обвились вокруг запястий.
За ужином всеобщее внимание было отдано жениху и невесте. На нас с Глебом изредка любопытно поглядывали, но особо не лезли, так что я поела, потом позволила Полуденному пригласить меня на два танца, отведала десерт из печенья, мороженого и взбитых сливок и, глядя на кружащиеся по залу пары, допивала терпкое питье из узкого высокого стакана, когда Глеб предложил:
— Давай сбежим отсюда? Покажу тебе дом, потом придумаем что-нибудь.
— Не уверена, что беззащитной ведьмочке безопасно оставаться наедине с коварным боевым магом, — поддела я его.
Терпкий напиток, наверное, имел в своем составе подогретое вино, потому что я совсем разомлела, голова была приятно пуста, а ноги совершенно не хотели никуда идти. Нам и здесь хорошо.
— А если я предложу тебе показать, где замыкается сила дома? — нашел, чем соблазнить беззащитную ведьму коварный тип.
И ведьма, конечно, не устояла.
— Ладно. — А потом позволила себе немного понаглеть: — Может, ты меня на ручках понесешь?
— Могу, — как-то подозрительно охотно согласился Глеб, — прямо в постель.
— Что-о?!
— Именно так решат все присутствующие.
Откуда только силы взялись! Я опомниться не успела, как оказалась в холле. Пришлось Глебу меня догонять.
Гуляли мы долго. В доме было много всего интересного: парочка тайных ходов, артефакторская мастерская, комната-портал, бильярдная. Разумеется, Глеб не упустил случая поддеть меня и, когда мы бродили по третьему этажу, широким жестом распахнул дверь в свою спальню. Чуть не сглазила с перепугу!
Но от долгого упоительного поцелуя не спасли ни метла, ни портал.
Мы как раз медленно двигались по галерее, увешанной портретами предков, когда гости стали потихоньку отбывать.
Болтали о разном. Случай побыть с ним наедине представлялся не так уж часто, да еще чтобы Глеб при этом не занудствовал и не пытался меня чему-нибудь учить, так что я ловила момент.
— Итак, ты не хочешь всю жизнь преподавать.
На меня посмотрели мерцающие весельем зеленые глаза.
— А ты единственная, кто это понимает, — склонил голову набок молодой маг.
— Сочувствую. — Его родные вовсе не походили на деспотов, но Глеба все равно было чуточку жалко.
— Не стоит. — Он заговорщицки подмигнул мне и щелкнул по носу. — Я бы нашел способ вылететь из Академии уже в этом году, если бы не встретил тебя. Не оставлять же без присмотра такую очаровательную ведьмочку?
Щеки тут же залились румянцем. Не от смущения — от удовольствия!
— И чем бы ты хотел заниматься? — Мне правда было интересно и казалось важным узнать.
Мгновение наследник магического семейства раздумывал, но не над ответом, а над тем, стоит ли делиться со мной. Ведь не каждому можно рассказать про мечту. И мне было до дрожи приятно, когда он решил, что мне все же можно.
— Собираюсь какое-то время поработать охотником за головами с дополнительной магической специализацией, а когда приобрету определенную известность в узких кругах, открою свою контору, специализирующуюся на улаживании щекотливых вопросов в том, что касается магов, артефактов и тому подобного, — и, заметив, как вытянулось мое лицо, спрятался за очередной улыбкой, как за маской: — Безумно, да?
Ага! Такой мечтой и правда не похвастаешься.
Но оценив все еще раз, я пришла к выводу, что для молодого мага, боевого к тому же, естественно рваться к приключениям. Не всякому подходит в кабинетах сидеть. У Глеба склад характера другой.
— Наверное, это очень интересно. — Я тоже потихоньку улыбнулась.
— Но придется бежать в одно из соседних королевств, потому что здесь семья не позволит мне жить так, как я хочу. — Не получив с моей стороны осуждения, Глеб заметно расслабился и продолжил делиться сокровенным.
Живое воображение тут же подсунуло пару картинок с авантюрами, от которых дух захватывает.
— Почему бы и нет? — Отталкиваясь от каменных стен, мой смех колокольчиком улетел вперед по галерее.
— Но это как-нибудь потом. Пока я не собираюсь бросать на произвол судьбы своих студенток. — Прозвучало как обещание.
Сказать что-нибудь в ответ я не успела, галерея закончилась дверью, спрятанной за старинным гобеленом. Глеб распахнул ее и выпустил вперед светящийся комок силы размером с кулак.
Мы шагнули следом.
Звуков слышно не было, и я скорее почувствовала, что дверь за нами закрылась.
Глаза же были прикованы к другому.
В центре небольшого зала без окон, закрепленный на специальной подставке, пульсировал и светился камень, формой похожий на большое сердце. Свечение он испускал неяркое, но этого было достаточно, чтобы все рассмотреть, Глеб даже светляка своего развеял.
— Так это и есть…
— Место, где замыкается сила дома, — договорил за меня Полуденный.
Интуиция робко шепнула, что посторонним в такие места хода нет, но я ее проигнорировала. Никогда прежде ничего подобного не видела!
Уж что-что, а разжигать ведьминское любопытство маги всегда умели, и тот, кто стоял рядом со мной, не являлся исключением.
— Смотри, что еще покажу, — шепотом приласкал мое ухо Глеб и увлек ближе.
Остановились шагах в трех, и он повел рукой, шепнул пару слов неизвестного мне заклинания… камень вспыхнул ярче, и от него зазмеились серебристые ниточки. По количеству членов семьи. Каждая заканчивалась «сердцем» поменьше. К некоторым были привязаны золотистые ниточки, от одной такой связки даже магический росточек исходил…
— Кажется, у меня скоро будет племянник, — счастливо улыбнулся Глеб.
— Какое необычное семейное древо! — заметила я.
Некоторое время мы рассматривали это чудо магии. Полуденный показал, какое «сердце» кого обозначает. К слову, его ниточка болталась дальше всех от семьи, и камень пульсировал особенно ярко. А в довершение всего мне даже лекцию о старинных домах и их особой магии прочитали, и это было так интересно и познавательно, что совсем не вызвало раздражения.
А вот на определенную мысль натолкнуло.
— Глеб? — осторожно начала я, когда он уже развеял образ с семейным древом и собирался увести меня прочь.
— Да?
— А замку, в котором находится Академия, много лет?
Догадка билась в голове так настойчиво, что мне хотелось стукнуть себя по лбу: «Как же я раньше не догадалась?!» — но вместо этого я осторожно подбиралась к сути.
— Около четырех столетий. Лет сто назад его закрывали на реставрацию, но самые старые залы не тронули, — тут же выдал нужные сведения маг. — А что?
Он еще спрашивает!
— Помнишь, только я смогла высвободить старшекурсников из пола?
— Кстати, до сих пор любопытно, каким ты воспользовалась заклинанием? — Разумеется, он такого забыть не мог.
— Никаким! — объявила победно. — Я просто договорилась с замком.
Вытянувшееся лицо Полуденного определенно стоило того, чтобы сдерживать себя.
— И он тебя послушал?! — Вопрос, надо полагать, был риторический.
— Не в первый раз уже, — добила я Глеба.
Постояли, посмотрели друг на друга. Глеб взирал на меня так, будто впервые увидел. Быстро соображать после недавнего изумления он не мог, а потому задал наводящий вопрос:
— И к чему ты клонишь?
— У замка тоже может быть место, где замыкается сила, — охотно поделилась своими соображениями я.
Мы как раз покинули тайный зал. Глеб поправлял гобелены.
— Обязательно должно быть. И что?
— Он почему-то очень зол на магов, — пришлось раскрыть тайну. — Давно зол. А само понятие «давно» предполагает наличие памяти. Значит, замок может помнить, что произошло с ведьминским факультетом! Ну, те детали, которых в документах нет.
Взгляд Глеба опустел, словно обратился внутрь. Какое-то время маг переваривал полученную от меня информацию, и, когда я уже и не надеялась, кивнул.
— Попробуем как-нибудь проверить твою теорию, — пробормотал Полуденный. — У меня как раз есть знакомый, у которого должна быть карта Академии. Подлинная и полная.
Как интересно! Вот только со сроками я категорически не согласна.
— Гле-е-еб?! — Настырные пальчики вцепились в рукав строгого камзола.
— Что, моя неугомонная ведьмочка? — Судя по хитрому виду, он прекрасно знал, что сейчас услышит.
Ладно, не буду его разочаровывать.
— Я хочу сейчас! — И в ответ на слегка осуждающий взгляд объяснила: — Кот был в замке. Значит, с Милой могло случиться то же, что и с теми ведьмами. Фамильяр в ужасном состоянии, ей все хуже… Нужно найти ее как можно скорее!
Сквозь старательно выталкиваемое к поверхности недовольство блеснуло восхищение.
— И почему я ни в чем не могу тебе отказать? — притворно задумался Глеб.
— Надо будет напомнить тебе об этом, если буду тонуть на экзамене, — поймала его на слове я.
Портал привел нас к городскому особняку, в котором сдавались квартиры. Вот под обвешанной заклинаниями дверью одной из них нам и довелось протоптаться без малого полчаса. Свет не горел, изнутри вообще не доносилось ни звука. Лично я всерьез сомневалась, что этот загадочный знакомый дома. Да, пожалуй, не лучшей идеей было заявиться сюда в час ночи… Но моя настойчивость уже успела перекинуться на Глеба, и теперь он отказывался куда-либо уходить, непрестанно твердя, что «этот повеса наверняка с очередной подружкой развлекается и просто не слышит нас». При этом говорил он все громче и громче и усердно давил на звонок.
В конце концов из соседской двери высунулась всклокоченная дородная старушенция и скандальным голосом начала угрожать, что сейчас патруль вызовет, нас с Глебом непременно задержат за что-нибудь незаконное, потому что законопослушные люди в такое время по гостям не шастают и вообще магией не занимаются, а ее соседа выселят и… Какие и кому еще уготованы кары, мы так и не узнали, потому что нужная дверь все же распахнулась, являя нам всклокоченного мага в одних пижамных штанах.
— Ты там оглох?! — возмутился Полуденный.
— Нет, просто надеялся, что вам надоест ломиться и вы уйдете.
Свои скромные владения он для нас все-таки открыл. И я, едва переступив порог, тут же споткнулась о чьи-то туфли, потом зацепилась за остатки поломанного артефакта и еле успела выставить щит, когда эта зараза сработала и плюнула в меня волной огня. Уже потом выяснила, что мага в пижамных штанах зовут Всеволод, и он бывший однокурсник Глеба, отказалась от предложенного чая… и от неприличного тоже отказалась, поняла, что занимается этот тип как раз тем, чем собирается потом заняться Глеб, и вообще они в студенческие годы были напарниками, пока кое-кто не поддался давлению семьи и не решил вести степенную жизнь преподавателя. В общем, визит получился хоть и короткий, всего в несколько минут уложился, но познавательный.
Одно радует, нужную карту мы раздобыли.
На прощание Всеволод предложил мне как-нибудь заглянуть к нему без «этого зануды рядом», за что чуть не схлопотал от Глеба по уху. И то только лишь потому, что портал вовремя унес нас к Академии.
Проникали внутрь уже знакомым способом.
Но, в отличие от первого раза, сначала прошли в мастерскую, где разложили на столе карту и принялись ее детально рассматривать. Честно признаюсь, мне было трудновато ориентироваться в чертежах. Что поделать, не передалась мне от мамы восприимчивость к изобразительному искусству хоть в каком-нибудь виде. И даже когда Глеб наколдовал больше света и постучал пальцем по изображению, отчего то наполнилось красками и будто ожило, легче стало ненамного.
— Мы — здесь, — ткнул пальцем в коричневый квадрат, очевидно обозначающий мастерскую, маг. — Видишь, восстановленные помещения будто нанесены пунктиром?
Я старательно вникала. Впрочем, иногда сбивалась и начинала задавать вопросы не по делу:
— Так ты планируешь вести точно такой же образ жизни, как твой друг?
— Не точно. — Уголки губ мага дрогнули, но улыбку он не показал.
— Насколько не точно? — въедливо допытывалась я.
Жизненно важным казалось выяснить его намерения.
Глеб будто почувствовал мои страхи и, несмотря на полумрак, проникновенно заглянул мне в глаза. Видимость была такая, что не представлялось возможным различить живую зелень и озорные огоньки, затаившиеся в ней, но самое главное я почувствовала. А потом Глеб и словами все подтвердил:
— Со скидкой на отсутствие дам сомнительного поведения и на то, что для восстановления сил и поддержания порядка в логове у меня будет собственная ведьмочка.
Одновременно стало приятно и потянуло фырчать.
— Мечтать не вредно!
— Сдается мне, что мечты у нас с тобой одинаковые, — серьезно заметил Глеб и опять склонился над картой.
Больше я его не отвлекала, но дело не стало двигаться быстрее. Драгоценные минуты улетали, а в поисках нужного места мы нисколько не продвинулись.
Естественно, оно должно быть хорошенько защищено. И спрятано!
Размышляя об этом, я нарезала круги у стола с картой.
И тут — она… Идея!
— Гле-е-еб?..
— По голосу чую, ты задумала нечто безумное, — оторвал взгляд от карты Полуденный.
Тихое хмыканье должно было ему продемонстрировать мое отношение к вышесказанному. Ведьма я или не ведьма? Вот! И мысли в моей голове соответствующие.
— Что, если попробовать замок спросить? — Вслух звучало бредовее, чем в голове, но когда это было поводом отступать?
Встречная реакция меня и вовсе покорила.
— У тебя с ним особые отношения, ты и спрашивай, — заявил Глеб и на всякий случай взял в плен мою ладошку.
Приятно все-таки встретить мага, который принимает тебя вместе с ведьминским характером.
— Хорошо. Только давай выйдем куда-нибудь в коридор.
И мы отправились искать подходящее место. Светящиеся комочки стайкой полетели следом.
Слабую вибрацию под ногами я ощутила, когда отошли шага на три от территории, закрепленной за ведьминским факультетом. Бросила взгляд на Глеба — на красивом мужественном лице не читалось ничего, кроме любопытства. Не чувствует! Значит, это здесь.
— Стой, — слабо шевельнула губами.
Маг подчинился. Опустившись на корточки, я прижала свободную ладонь к каменному поду и принялась думать изо всех сил:
«Замок, миленький, ну пожалуйста! Очень надо!»
Упрашивать долго не пришлось — от моих пальцев по темным камням извилистой дорожкой побежали золотые искорки.
— Ух ты! — оценил мои старания Глеб.
А дальше нам только и оставалось, что идти по указанному пути.
Нетерпение переполняло обоих, и мы практически бежали, так что путь оказался не слишком долгим.
Остановились перед дверью… судя по табличке, в ректорский кабинет. Оно и логично, где бы еще замыкаться магии? Естественно, опытный боевой маг предпочел разместиться поближе к этому месту и на всякий случай держать все под контролем. Я медленно выдохнула. В маговской силе я еще не очень разбиралась, но чувствовала, что охранные заклинания есть, их много и они достаточно сильные. Глеб видел больше, и, судя по унылой физиономии, ему это совсем не нравилось.
— Что, вообще без шансов? — собралась расстроиться я.
— Если бы я шарахался от каждой трудной задачи, предпочел бы всю жизнь просидеть в преподавательском кресле, там уютно и безопасно, — в голосе Полуденного слышалась мрачная решимость. — Смотри и учись!
Вызов он принял, и следующий час возился с охранкой, одно за другим снимая заклинания и обезвреживая силовые ловушки. Помочь я ничем не могла, только и оставалось, что наблюдать и восхищаться. В работе Глеб был великолепен. Решительный, смелый, сила его слушалась беспрекословно. Он сбросил камзол, закатал рукава рубашки до локтей, избавился от шейного платка и расстегнул самую верхнюю застежку у шеи. Волосы растрепались и торчали во все стороны, а под конец лоб немного взмок. Я же взирала на этого мужчину, полностью захваченного своим делом, и с трудом сдерживала восторг.
Он прав, нечего ему делать в Академии! И… я бы не отказалась, чтобы и меня взяли в дело. Пусть я никогда особенно не рвалась к приключениям, но зато я лечить умею. И пакостить. Даже не знаю, что из этого более ценно.
— Цветана? — выдернул меня из мечтательной задумчивости голос мага.
— А?!
— Ты там уснула? — недовольно осведомился Глеб. — Я уже пару минут как закончил.
Ой. Замечталась.
Но совестно почему-то ни капельки не было. Только на донышке души притаилась радость от того, что он не может подсмотреть мои мысли. Иначе бы до самого выпускного подтрунивал!
— Идем. И лучше поторопиться, до рассвета всего два часа. — Вероятность того, что ректор решит посетить рабочее место в выходной, была ничтожно мала, но лишний раз рисковать все равно не хотелось.
Глеб распахнул дверь и первым шагнул в приемную, и только когда ничего страшного не произошло, поманил за собой и меня. Как раз в тот момент, когда я переступила порог, маг тихо ругнулся. В приемную-то мы пролезли, но дверь в сам кабинет тоже была хорошо защищена.
Но в маге проснулся азарт, так что без лишних разговоров он взялся за дело. Кажется, даже обо мне на время забыл.
И вскоре последняя преграда пала.
— Цветанка, надеюсь, ты понимаешь, что теперь должна мне как минимум долгий сладкий поцелуй за труды? — Маг выглядел уставшим, но довольным собой.
Понимаю. И нисколько не против. Но какая я ведьма, если в таком сознаюсь?!
— Приличные ведьмочки раньше десятого свидания не целуются! — заявила, изображая глубокое негодование.
— В таком случае ты уже больше недели неприличная, — самодовольно усмехнулся Глеб.
Вот же зараза магическая!
— Ах так?!
— Не расстраивайся, мужчинам вообще редко нравятся правильные и приличные. — Надо мной откровенно потешались. — С ними же от скуки умереть можно. А я, как заядлый авантюрист, могу тебя уверить, что для смерти найдется тысяча куда более уважительных причин.
Еще и язва. И надо же было так вляпаться!
Пыхтя, точно вскипевший чайник, я первая влетела в ректорский кабинет. Светлячки стайкой устремились следом, и только потом вошел Глеб. Оглядывая роскошное убранство, я вдруг поймала себя на мысли, что доверяю Полуденному настолько, что даже опасения не мелькнуло, вдруг он какую мелочь пропустил.
Ну и куда дальше? Признаться, я ожидала найти здесь неприметную дверь, за которой спрятан самый важный в замке предмет. Но взгляд скользил по отполированному до блеска столу, полкам с книгами, тяжелым шторам с кисточками, ковру, даже по цветущему растению в кадке… и ничего. В смысле, ничего подходящего. Магических предметов тут было полным-полно, все же кабинет главного мага в Академии, но тот самый вычислить не получалось. Здесь может быть тайный ход. Или сейф.
— Цветана, время поджимает, — мстительно зудел на ухо Глеб.
Надо было его все-таки поцеловать, сейчас он определенно был бы добрее.
— Точно, тебе же еще защиту восстанавливать. — Я не осталась в долгу. — А справишься? А то что-то ты бледненький…
— Сейчас…
— Стукнешь?
— Зацелую! — Оказывается, шепотом тоже рявкнуть можно.
Но подействовало же! Я мигом сориентировалась и воззвала к замку.
Миленький, покажи! Нам очень, очень надо!
Подозреваю, что замок я уже изрядно достала, потому что ответил он только с третьего раза. И такая волна недоверия прилетела, что я сама едва в собственных добрых намерениях не усомнилась.
Что примечательно, направлено оно было вовсе не на меня.
«Этот маг свой. Он хороший! Ну, если сравнивать с остальными. Он ведьм учит, между прочим».
И в таком вот духе усердно думала некоторое время, поглаживая ближайшую стену.
— Хватит любезничать, переходи к делу! — поторапливал меня Глеб.
— Не порть о себе впечатление! — зашипела я в ответ. — Я тебя с замком знакомлю.
— Чего?!
Вечно этим магам что-нибудь не так и не эдак.
— Замок, это Глеб, — громко и прочувствованно заговорила я, чтобы маг не чувствовал себя единственным, кто ничего не понимает. — Он вредный, наглый и вообще боевой маг, но ведьмочек сам не обижает и другим не дает. Глеб, это замок. Он замечательный! Он нас всех приютил, но боевые маги его вконец достали. И он на них очень разозлился.
Полуденный стоял с таким видом, будто как раз сейчас вспоминал одно заклинание из курса целительства, с помощью которого проверяют, не сошел ли человек с ума. Даже досадно стало.
Замку тоже, потому что, едва я умолкла, на столе мягким золотистым светом вспыхнула непримечательная на вид статуэтка.
Академия в миниатюре.
От неожиданности мы попятились. Первой реакцией у Глеба стало заслонить меня собой, второй — боевое заклинание. Даже по виду гадость.
Статуэтка взмыла над столом и начала увеличиваться в размерах.
— Не обижай его! — взмолилась я, выныривая из-за спины своего мага. — Кажется, мы нашли то, что искали!
Когда я подбежала к столу, замок, зависший над ним, был размером с кукольный дом, с которым я играла в детстве. Окошки приветливо светились. А вот на башенках ровным слоем лежала пыль. Неужели ректор не в курсе, что это такое? Такое ощущение, будто статуэтку считают не слишком ценной и не выбрасывают исключительно потому, что забывают.
Неуважения к столь значимому предмету я стерпеть не смогла, и под недоверчивым взглядом Глеба выудила из его кармана белоснежный платок и методично протерла каждый шпиль, каждый уступ.
— Постираю и верну, — сообщила прямо в офигевшую физиономию, после чего полностью переключила внимание на средоточие силы, многие века копившейся в Академии. — Здравствуйте!
Светящиеся окошки приветливо мигнули.
— Ведьмочка, — прошелестело над нами. — И маг…
— Нам… мне очень нужна ваша помощь, — пролепетала я и смущенно потупилась. — Ведьминский факультет пропал… И у меня подруга пропала. А ее кот…
Нормально связать мысли в слова не получалось, губы предательски начали дрожать, а в глазах защипало от слез. Пришлось Глебу брать ведущую роль на себя, кланяться замку и излагать ситуацию.
— Вы мне нравитесь, я вам помогу, — снова раздался шелест будто отовсюду сразу, и свет в окошках задрожал. — Только сперва обещайте, что ведьминский факультет вновь будет работать. Ведьмочки добрые, всегда приветливые, тоскливо тут без них.
— Уже работает, — заверил Глеб.
— И закрываться не собирается, — поддакнула я.
— И ректора, этого старого хрыча, пора уже сместить. — В шелестящем звуке отчетливо слышались ворчливые нотки. — А то ишь чего удумал, ведьм моих обижать!
Ого, какой! Я к замку пуще прежнего прониклась.
— Сложно, — пробормотал себе под нос, оценивая задачу, Глеб.
— Вот Богдан Полуночный стал бы ему неплохой заменой… — размечтался замок.
Оно и понятно, дому тоже хочется в хорошие руки попасть, а тут целая Академия! Да за ней глаз да глаз нужен!
Пришлось дать несколько сложно выполнимых обещаний, прежде чем вредный замок согласился нам показать, что здесь было десять лет назад. Организовать новый набор ведьмочек в будущем году, заменить ректора и убедить Полуночного, чтобы потом согласился заступить на высокий пост. На мой взгляд, это все было если не из области нереального, то точно от нас никак не зависело. Но Глеб с таким уверенным видом раздавал обещания… Что ж, посмотрим. Вдохновившись, я дала слово доучиться тут до диплома, какими бы приключениями ни соблазняли симпатичные маги. А Глеб дал слово доучить.
Торговаться он отлично умел, и замок согласился завтра же отдать нам все залы, которые занимали ведьмы в прежние времена.
На том и условились.
А затем перешли к самому интересному.
— Случившееся с ведьмами никак не связано с исчезновением твоей подруги, — заверил замок.
Большинство окошек погасли, только один коридор на третьем этаже по-прежнему светился. А в следующее мгновение стена поплыла, сделалась совершенно прозрачной, и мы получили возможность наблюдать за происходящим внутри. Как маленькую, точно игрушечную, ведьмочку поймали в защитный круг такие же игрушечные маги и напугали иллюзией, как меня в первый учебный день. Только эта ведьмочка от страха потеряла силу. Как целители, пристыженно опуская глаза, бормотали, что ничего сделать не могут, и ведьмочку в итоге увезли в госпиталь. Как магам ничего за это не было. И уже не в первый раз. Как ведьмы совет держали… а потом под покровом ночи пробирались в ректорский кабинет и просили заступничества у самого замка.
Из кабинета ведьмы вышли живые и невредимые, забрали все ценное, что было в их залах, и ушли. А замок скрыл сами залы, чтоб бессовестным магам не достались. И иногда, развлечения ради, устраивал всякие страсти, дабы маги, которых он с тех пор не выносил, подумали, что от ведьм порча или даже проклятие осталось.
— Предельно просто, как и всякий гениальный план, — улыбнулся Глеб.
— Но как же Милин фамильяр? — забеспокоилась я.
— А никак, — прошелестел замок. — Он с улицы прибежал.
И действительно продемонстрировал нам несущегося по двору перепуганного взъерошенного кота. Фамильяр был ведьминский, наверное, поэтому и сумел как-то пробраться в скрытую часть замка. Но, видимо, сам не понял как, потому что выбраться без моей помощи не смог.
— Спасибо, — упавшим голосом прошептала я и в поисках опоры прижалась к Глебу.
— Хорошему человеку и помочь приятно, — мигнул снова всеми окошками замок.
На душе было тоскливо. Вот и на одну тайну стало меньше, а в поисках пропавшей подруги я никак не продвинулась.
— Еще есть надежда на усиленное поисковое заклинание, — попытался меня подбодрить Глеб.
Не вышло.
Уходили, как и пришли, потаенными путями. С той лишь разницей, что теперь защиту надо было не снимать, а восстанавливать, и надежда в моей душе заметно померкла.

Отчаянно зевая и изо всех сил стараясь держать глаза открытыми, я вышла на кухню, когда девчонки уже садились обедать. Пахло чем-то изумительно вкусным, и Ядя вся распушилась от гордости… в общем, тайный план быстренько перехватить чая с булочкой и идти заниматься своими делами провалился с треском, пришлось садиться перед уже приготовленной тарелкой и ждать.
С тех пор как начала регулярно принимать зелье, блокирующее видения, Элька снова выглядела по утрам человеком, а не начинающим зомби, и уже не вызывала беспокойства. А вот совершенно отсутствующий вид Красы вызывал, только не беспокойство, а жгучее любопытство. И Горислав, заглянувший, чтобы взять свою тарелку и уйти обедать в мастерскую, дабы не отрываться от какого-то очень важного занятия, как-то уж очень умиленно глядел на внучку.
И в конце концов ведьмино терпение не выдержало:
— Я что-то пропустила?
Словесный ответ предваряли два вздоха — мечтательный Красулин и печальный Эллы.
— Еще у одной моей подруги завелась личная жизнь, — сообщила Сателла вместо Красы.
Ой. Несомненно, это должно значить, что…
— Ты все-таки встретилась с Феликсом?! — И про себя добавила: «Ура! Получилось!»
— Два раза, — не разочаровала Проточная.
— И как? — Она выглядела вполне довольной жизнью, но это нисколько не притупляло жажды подробностей. Хочу знать все! И вообще, это будет честно, они про Глеба меня не раз пытали.
Красуля покраснела до самых корней волос и чуть слышно произнесла:
— Девочки, он такой… Веселый, умный и совсем не зазнайка! Мы в парке гуляли, он мне пирожное купил, а на следующий день пригласил на представление бродячего цирка.
— Она ненамного раньше тебя пришла, — сдала магистерскую внучку со всеми потрохами Элла.
— В среду у них с парнями заканчивается срок наказания, это будут отмечать, и Феликс зовет пойти с ним, — продолжала делиться ведьмочка. — Девочки, я такая счастливая!
Хоть что-то у меня получилось нормально. После вчерашней неудачи увидеть, что хоть тут все хорошо, было жизненно важно. Это придало сил двигаться дальше.
Что там у нас прямо по курсу? Обед, потом поисковые заклинания.
По случаю выходных на наших тарелках возникло мясо, запеченное с базиликом. Даже знать не хочу, как Ядя все это проворачивает! Какая бы магия ей ни помогала, я ее обожаю!
— Приворотное зелье сварить, что ли? — тоскливо вопросила Элла, возведя взгляд к потолку.
— Если бы Богдан не умел их распознавать и нейтрализовывать, он давным-давно был бы женат. — Пришлось мне побыть голосом разума.
Подруга окончательно скисла.
Несколько минут мы сосредоточенно жевали и по очереди гоняли от себя вечно голодного кота. Все бы ничего, мы не жадные, но кто-то сегодня уже слопал кусок бекона, плошку сметаны и мисочку молока. А еще только полдня прошло! Ядя, конечно, не будет против сварить зелье от неприятных последствий котового обжорства, но лучше как-то без этого. Пусть лучше суп какой-нибудь на ужин сообразит.
В конце концов другим фамильярам надоело безобразие, и они шипением, рычанием и магией погнали страдальца прочь от кухни. Вдали от хозяйки фамильяр полноценно пользоваться своими силами не мог, посему покорно побрел прочь.
Стараясь как-то отвлечь Эллу, я в подробностях рассказала про вечер в доме Полуденных, помолвку и вылазку в Академию.
— Вечно все самое интересное обходится без нас. — Подействовало, она даже улыбнулась. Впрочем, тут же вспомнила свой главный интерес: — Покажешь как-нибудь, где Богдан живет?
Я закатила глаза. Да сколько ж можно-то?!
— Присмотри себе кого-нибудь нашего возраста, а? — Это была уже почти мольба.
Но подруга посмотрела на меня с укором и обидой.
— Твой Глеб, на минуточку, тоже преподаватель и на девять лет тебя старше!
Язык меня однажды погубит. Вот кто тянул болтать?! И стоит ли сейчас спорить, доказывая, что девять лет по маговским меркам ерунда, в прошлом году Глеб сам был студентом, и вообще, становиться степенным преподавателем он не собирается!
Посмотрела на воинственно вскинувшуюся подругу и в кои веки приняла разумное решение промолчать.
А лучше сменить тему! Тем более что одна подходящая как раз имелась.
— Девчонки, поможете мне кое с чем магическим? — Я по очереди оглядела подруг. — Нужно усилить поисковые заклинания.
Само собой, мне не отказали, и остаток дня мы посвятили именно этому. Сперва я наглядно показала плетения, еще какое-то время пришлось потратить, пока у ведьмочек все получилось как надо, потом задавали цель и вливали силу, пока почти прозрачные комочки не засияли ярче звезд.
Так они стали чересчур заметными, но и возможности возросли в несколько раз.
Мысленно взмолившись всем светлым силам, какие только смогла припомнить, я распахнула окно и выпустила поисковые заклинания.
В успех затеи не верила абсолютно.
Но что же такое могло случиться с Милой, что даже сильные поисковые заклинания ее не берут?!
Мысли об этом сводили с ума, и слишком живое воображение подсовывало самые жуткие варианты, так что я, чтобы отвлечься, засела за учебники. Хоть какая-то польза от ожидания будет. Девчонки в этот трудный час решили меня одну не оставлять, тоже забрались ко мне на кровать и раскрыли книги.
Так пролетело время до вечера.
А когда стали возвращаться «пустые» поисковые заклинания, я разрыдалась от бессилия.

Глава 14

Общая магия началась с очередной стычки между Глебом и Богданом. День вообще с самого утра не задался: сначала Эльке, несмотря на зелье, опять привиделись страдающие ведьмочки, и она спустилась к завтраку сама не своя, потом черная метла под шумок опять попыталась сменить хозяйку, а пока я ее успокаивала, кто-то тощий и хвостатый бессовестно сожрал мой завтрак. Ну и в довершение всех бед из десяти поисковых заклинаний девять вернулись ко мне без находки, а последнее вообще где-то запропало.
Еще пару дней назад это лишь усилило бы мою надежду, но сейчас только добило настроение.
Ох, Мила, Мила… Во что же ты вляпалась?
Таким образом, еще из коридора услышав, что Полуденный с Полуночным опять сцепились, мы как-то даже не удивились. Ничего хорошего этот день изначально не предвещал. Хотя вообще-то странно, потому что в последнее время они нормально общались. По крайней мере, когда дело касалось нашего обучения.
Стоило приблизиться к двери, как стало понятно, что причина стычки во мне.
— Связь со студенткой — это возмутительно! — бушевал Богдан. — Я лично доложу об инциденте ректору и подниму вопрос о твоем увольнении. С позором.
Дрожь прокралась под одежду, и я обхватила себя за плечи, чтобы справиться с ней. Ожидаемо, что после праздника у Полуденных о наших неформальных отношениях стало известно всем. И если бы я подумала об этом раньше, ни за что бы туда не пошла. Вообще бы не стала делать из тайных встреч проблемы. Но теперь уже поздно, у Глеба из-за меня неприятности…
Светлые Покровители, какая же я эгоистка!
Отвлекшись от самоуничижительных мыслей, я обнаружила, что остановилась в шаге от двери. Девчонки пристроились рядом и тоже затаили дыхание, прислушиваясь. И пусть кто-нибудь только посмеет хотя бы намекнуть ведьмам, что подслушивать некрасиво!
— Да хоть самому императору жалуйся, — не впечатлялся нагоняем Глеб. — И не забудь упомянуть, что четыре и два года назад сам имел романы со студентками. Кстати, это никогда не было запрещено, если все происходит к обоюдному удовольствию. Мы все тут взрослые люди. Или для меня ввели какие-то особенные правила?
— Тебе вне Академии женщин мало? — не желал угомониться магистр Богдан. — Чтобы я тебя рядом с Цветаной больше не видел, иначе сильно пожалеешь!
— А с другими ведьмочками, значит, можно?
Неожиданно опытный маг попался в расставленную ловушку:
— С кем угодно, только ее не трогай.
Глаза Полуденного сузились, во взгляде мелькнуло что-то нехорошее.
— Сам запал? — со злой насмешкой уточнил Глеб. Мгновение он всматривался в серьезное и хмурое лицо оппонента, после чего сделал какие-то свои выводы и тоже рассвирепел: — Мрак, да она тебе в дочери годится! Только посмей на нее посмотреть, лично шею сверну!
— Уверен, что справишься со мной на магической дуэли? — зло прошипел декан ведьминского факультета.
Ой, а вот этого нам совсем не надо! Не так много в этой Академии преподавателей, которые нормально относятся к ведьмам, чтобы ими вот так бездарно разбрасываться.
Меня словно неведомая сила швырнула в дверной проем.
— Доброе утро! — дружно пропели мы с девчонками.
Хотя угрюмые физиономии магов внушали некоторые сомнения насчет «доброго».
Продолжать стычку в присутствии студенток мужчины не стали. Но на то, чтобы окончательно успокоиться, им обоим потребовалось какое-то время, и я успела незаметно приоткрыть окно. Вдруг заблудившееся поисковое заклинание все-таки решит вернуться?
Занятие, как обычно и бывало у этих двоих, выдалось напряженное. Первые полтора часа проверяли домашнее задание, коим были щиты. Проверял Богдан лично, хоть практика и была возложена на Глеба. И если мы с Эллой без труда получили свои «отлично», то у Красы что-то вышло только с третьего раза, а скромное «сойдет» ее отнюдь не радовало.
Да еще Полуночный, настроение которого так и не улучшилось, не преминул отпустить едкое замечание, мол, как это внучка Горислава Проточного обычный щит удержать не может.
Бедная Красуля не знала, куда деться со стыда!
Потом была теория. Мы разбирали защитные чары для всевозможных предметов, контуры на жилища и простейшие способы нападения. Последних в программе не было, но, учитывая отношение к ведьмам в стенах Академии, преподаватели решили, что нам не помешает.
Следует отдать Богдану должное, ведьминские учебники он проштудировал основательно и в материал вник. Даже Глеб пару раз уважительно хмыкнул, но так, чтобы, не приведи покровители, не заметил враг.
Напряжение между ними так и витало в воздухе, терзало ведьминские нервы и угрожало взорваться новой стычкой, а то и магической дуэлью, в любой момент. Неважная перспектива.
Когда закончили рисовать в тетрадях узоры плетений и записывать формулы, я как раз утвердилась во мнении, что конфликт надо разрешать. Срочно и радикально.
Улучу момент и поговорю с Богданом. Прямо выскажу ему все в лицо — и будь что будет!
А скоро и случай представился.
Эльке в нападении не было равных. Что и говорить, пакостница. Богдан еле успел выставить щит, когда в него врезалось полыхающее зеленью заклинание. Но не успел магистр боевой магии выдохнуть, как послышалось шипение. Зеленая гадость разъедала щит. Повезло еще, что он по привычке сделал его тройным, в противном случае целителей ждал бы неожиданный пациент.
Наградой отличившейся ведьмочке стал высший балл за практику и несколько добрых слов. Но приятнее всего ей было видеть восхищенный блеск в глазах мага. Элла вся расцвела, просияла и с трудом спрятала бессмысленную улыбку.
У Красы, которой занимался Глеб, получалось ни шатко ни валко. Младший преподаватель уже битый час разжевывал ей что-то в углу, а внучка магистра, казалось, в любой момент была готова заплакать.
Я же прочно зависла где-то посередине.
Когда Элька вернулась за свой стол и стала заниматься совершенно нехарактерным для нее безобразием — рисовать на полях в тетради сердечки, — а Богдан заблаговременно выставил щит, я приняла стойку, точно как учили, и выпустила заклинание. Где-то я все-таки перемудрила, потому что вспышка вместо зеленой получилась желтая. Предположительно боевое заклинание с силой стукнулось о щит. Удар оказался таким, что Богдан неловко отступил на несколько шагов и вписался спиной в угол стола. От неожиданности он развеял защиту и зашипел от боли.
— Ой, — виновато пискнула я, пятясь.
— Ты ошиблась в плетении, — простонал Полуночный. — Всего две неточности — и на выходе мы имеем укрепляющее заклинание, усиленное по примеру боевого.
Стыдно-то ка-а-ак… Даже и не припомню себя такой невнимательной. Вот что случается, когда голова забита другим.
Но какая ведьма вот так запросто признает ошибку? Правильно, никакая. А потому выкручивалась как могла.
— Но враг повержен и обезоружен!
Маг тихо охнул, потер спину и спорить не стал.
— Никогда не видел, чтобы заклинанием доброго здоровья людей калечили.
На щеках выступил польщенный румянец. Вот какая я, оказывается, оригинальная и находчивая!
Наспех черкнув в ведомости «хорошо», Полуночный назначил мне дополнительным заданием научиться нападать по правилам и направился к себе в кабинет. Я проводила его взглядом, отметила какую-то рваную походку и, наконец, решилась:
— Магистр Богдан!
— Да?
— Можно я вам спину подлечу? — Предложение нормальное и ожидаемое для ведьмочки, но уж никак не для сильного и гордого боевого мага.
Глеб даже воздухом подавился, как услышал.
Тем неожиданнее оказался ответ:
— Проходи и закрой, пожалуйста, дверь.
Боясь спугнуть удачу, я торопливо шмыгнула в кабинет декана, сопровождаемая двумя удивленными и одним крайне недовольным взглядом.
Но как-то уж слишком легко уступил Полуночный, даже для видимости не посопротивлялся. Странно, не по-маговски и уж совсем не по-магистерски. Может, Глеб прав и он действительно мной заинтересовался? Да ну, бред! Он взрослый и важный, а я… ведьмочка. Ерунда какая-то получается.
Маг небрежно бросил свой строгий камзол на спинку кресла и повернулся ко мне спиной.
— Приступай.
Повторив про себя нужное заклинание и последовательность действий, я несмело приблизилась.
— Не боитесь, что опять напутаю? — не сдержала любопытства.
— Пожалуй, я все-таки рискну. — В приятном голосе слышалась улыбка.
Воззвав к силе, я начала шептать заклинание, а миг спустя прижала окутанные белым сиянием ладони к ушибленному месту.
Маг был расслаблен и полностью открыт, поэтому много времени для исцеления не потребовалось.
— Уверена, что верно определилась с факультетом? — насмешливо уточнил Полуночный, намекая на целительский.
— Лечить всякая ведьма умеет, — пожала плечами я, прикидывая, как бы заговорить о важном.
— Спасибо.
Богдан поправил сорочку и вновь облачился в камзол, после чего недвусмысленно указал мне взглядом на дверь, без слов давая понять, что пора бы и честь знать.
Ладно, сейчас или никогда. Я не сдвинулась с места.
— Так получилось, что мы услышали ваш разговор с Глебом, — заговорила осторожно.
— Значит, ты в курсе, как я отношусь к вашим шашням, и необходимости тратить время на воспитательную беседу нет, — спокойно резюмировал декан, усаживаясь в свое кресло.
Ответ оказался малоприятным. Хм. А я что ждала услышать?
— Это не шашни, — буркнула обиженно. — И вообще, это мое личное дело, с кем встречаться!
Снисходительный взгляд, которым меня одарили, лишь усугубил ситуацию.
— Цветана, ты молода и наивна, — тоном умудренного жизнью старца завел маг. — А он — мужчина, который временно заинтересовался хорошенькой внешностью и неискушенностью. Я просто пытаюсь уберечь тебя от ошибки.
— Зачем? — набравшись смелости, я прямо заглянула в холеное лицо.
На вышеозначенном лице медленно, но верно проступала растерянность.
— Что значит — зачем? — недоуменно переспросил опытный боевой маг.
В том и есть главная ведьминская сила, что мы одним словом можем все перепутать и переиначить, загнав в тупик даже самого уверенного в своей правоте собеседника.
— Какое вам дело до моих ошибок, если они не влияют на успеваемость? — добавила в свой вопрос больше конкретики.
Маг неуловимо посмурнел.
— О тебе же забочусь! — все еще пытался донести до меня что-то одному ему ведомое Богдан. — Чтобы не рыдала потом и не собирала осколки разбитого сердца. Если уж говорить откровенно, Глеб Полуденный чего-то стоит и как маг, и как человек, но у вас нет будущего.
Любопытное признание, однако. То есть он даже с приличным моральным обликом представителя противоборствующего семейства готов согласиться, но все равно отчего-то уверен, что тот меня бросит.
— Уж не потому ли, что я вам нравлюсь? — уточнила опасливо и отступила к самой двери.
А миг спустя с безопасного расстояния наблюдала наглядную демонстрацию того, как общение с ведьмами на магов действует: Богдана натурально перекосило и у него задергался глаз.
— Перелеска, ты в своем уме?! — с непередаваемой гаммой чувств вопросил почему-то оскорбленный декан.
— Надеюсь, что да, — честно ответила я.
Его возмущение показалось в чем-то даже обидным. Что такого было в моем предположении? Нет, конечно, замечательно, что мы с Глебом ошиблись, просто камень с плеч, но негодовать-то так зачем? Я, между прочим, симпатичная девушка, а не бородавчатая карга с крючковатым носом.
— Ты младше меня на двадцать пять лет! — рявкнули на меня так внушительно, что я инстинктивно вжалась в закрытую дверь. — Я не бесчестный развратник.
— Хорошо, — меленько закивала, не отлипая от двери, — то есть, извините!
— Иди учи боевые плетения, сам лично на следующем практикуме проверю! — не желал успокаиваться декан ведьминского факультета. — Брысь с глаз! И чтоб больше не забивала себе голову всякой непотребщиной.
Меня словно ветром сдуло. И хотя получила заслуженный нагоняй, с губ не сходила довольная улыбка.

Красуля с трудом сдерживала слезы.
— Не выйдет из меня боевого мага, — куксилась внучка магистра. — Я никогда не научусь!
Богдан только что ушел, Глеб заполнял какие-то документы в своем углу, а мы вяло распихивали по сумкам тетради и прочие учебно-магические принадлежности.
— Брось, это действительно трудно. — Я изо всех сил старалась подбодрить подругу. — У меня тоже не совсем получилось.
— Но ты самого Богдана впечатлила, а я… смех один! — В ярких синих глазах блеснули слезы.
— А может, ты слишком сильно этого хочешь и слишком боишься неудачи? — влезла более рациональная Элла. — Ведь правда же хочешь даже больше, чем встречаться с Феликсом?
Провокационный вопрос, однако. Краса отчаянно покраснела и чуть заметно кивнула.
— Ну… в общем, да.
— Потому и не получается, — авторитетно заключила Элла, пристраивая сумку на плечо. — Таков закон жизни: нам редко дается именно то, что нужнее всего.
В синих глазах за пеленой слез взметнулась злость.
— Спасибо, ты меня очень утешила! — с обидой в голосе выдохнула Проточная.
Эмоциональная вспышка нашу самую уравновешенную подругу не впечатлила.
— Я просто хотела сказать, что тебе надо отвлечься и убедить себя, что не так уж оно и желанно. Представь, что боевая магия тебе сто лет не нужна и занимаешься ты ею исключительно, чтобы из Академии не вылететь. И в конце концов что-то должно получиться.
Что об этом думает Краса, мы так и не узнали, но к выходу шли под ее разнесчастное сопение.
— Останься, — перехватил меня за локоть Глеб.
Если бы не нежность во взгляде, я бы хоть для порядка посопротивлялась, а так сдала метлу и свина подругам, предупредила, что буду поздно, и аккуратно присела на краешек стола.
Как только дверь за девчонками закрылась, Глеб настойчивым движением стянул меня к себе на колени и мазнул губами по виску.
Устал. И соскучился, даже несмотря на то, что мы весь день провели в одном помещении.
— Так понимаю, за закрытой дверью у вас случилось продолжение нашего разговора? — А вот в голосе звучало напряжение и… ревность?
Скрывать что-то от мужчины, который безумно нравится, я не собиралась, но с ответом не успела.
Из коридора послышался двуголосый визг. Судя по тональности, счастливый. Но последнее мы с Глебом поняли, уже несясь к двери.
— Что случилось?! — Мы тоже проявили редкое единодушие в звуках.
— Факультет, — дрожащим от переизбытка эмоций голосом сообщила Элла. — Он опять появился.
Краса просто указала в сторону, где, собственно, и наблюдалось чудо.
Хотя девчонки и были заранее предупреждены о нашем уговоре с замком, реагировали они бурно: радовались, удивлялись и готовы были взорваться от восторга. Я и сама не могла скрыть широкой улыбки. А жизнь в чем-то начинает налаживаться! Вот маги взбесятся, когда узнают! А когда в следующем году новый набор ведьмочек состоится, мм-м…
Спокойнее всех из нас держался Глеб. Он скользнул заинтересованным взглядом по открывшемуся коридору и вернулся назад, затем вслед за девчонками тоже решил пройтись и заглянуть за каждую дверь. Видимо, замок надежно запрятал ведьминские владения до лучших времен, потому что бытовые заклинания в большинстве помещений все эти годы не действовали и там было очень пыльно. Наш аристократичный маг даже расчихался.
Пол под его ногами немного вибрировал и иногда сиял искрами, но замок все-таки помнил, что этот маг на нашей стороне.
— Вот что, — с видом, будто оглашает приговор, изрек Глеб, — завтра сниму вас с потоковых лекций. Утром объясню про искажение пространства, а потом наведете здесь порядок.
И с совершенно довольной физиономией скрылся в мастерской.
Миг ведьмочки сомневались, радоваться существенному расширению владений или злиться на то, что придется вооружаться ведрами и тряпками и драить эти самые владения, потому что магия — это замечательно, но влажную уборку никто не отменял. А потом еще заклинания восстанавливать под чутким руководством преподавателей. Но сомнения у девчонок продлились недолго и закончились гневными взглядами, скрестившимися почему-то на мне.
— Цветана! — шепотом простонали подруги. — Сглазь этого деспота, ну пожалуйста!
— Почему сразу я? — искренне возмутилась, отступая к спасительной двери.
Нечестно получается! С замком договариваться — я, Глеба к порядку призывать — опять я…
— Потому что тебя он точно не накажет, — авторитетно заявили подруги и поспешили сбежать, пока я не нашлась с возражениями.
Мне же ничего не оставалось, кроме как, вернувшись в мастерскую, поискать справедливости у Полуденного. Но и он остался глух к ведьминским страданиям, то есть не пожелал присоединиться к уборке.
— Зато я в свой выходной вынужден буду в Академии торчать, — пожаловался в ответ маг, целуя меня в кончик носа. Нашел тоже с чем сравнивать! Впрочем, уже в следующую минуту он опять стал серьезным: — Так что там у вас с Богданом? О чем говорили? И с какой такой радости он устроил мне выволочку с утра?
Точно, я же не ответила!
Пришлось в срочном порядке заталкивать надуманные обидки куда подальше и настраиваться на нужный лад.
— Магистр Полуночный почему-то считает, что ты разобьешь мне сердце, — как и собиралась, я сказала правду. — Он даже уверен в этом.
Глеб презрительно фыркнул.
— Знаю я, почему он так считает! — Молодой маг сделался ну очень недовольным. — А себя, как более подходящего кандидата в возлюбленные, он случайно не предложил?
Мм-м, кажется, кто-то ревнует… А еще я внезапно обнаружила, что это та-а-ак приятно!..
— Странно, но нет. — Несмотря на просящуюся на губы улыбку, мне удалось сохранить серьезный тон. — Напротив, когда я предположила, что он и сам заинтересован во мне, он жутко разозлился и все отрицал. И он не соврал, я чувствую. Мрак, Глеб, мне теперь так стыдно!
И снова мои чувства остались неразделенными. Сперва маг возмутительно обрадовался, потом без особого энтузиазма попытался успокоить меня, а после… внаглую полез целоваться.
Так прошло что-то около двух часов. Как только выйдем за пределы замка, он собирался открыть портал и быстро и безопасно доставить меня домой, так что спешить было особенно некуда.
За окнами давно стемнело и небо украсила россыпь звезд, когда мы наконец собрались уходить. И тут Глеб вспомнил, зачем просил меня задержаться:
— Я нашел ведьм, которые ушли отсюда десять лет назад.
Новость была до того потрясающая, что я сразу не поверила.
— Шутишь?!
— Слушай, что выяснил, — хитро улыбнулся Полуденный. — Как раз около десяти лет тому была открыта ведьминская школа имени некой Виолетты Солнечной. Кажется, эта особа была знаменита тем, что пережила семерых мужей, но у ведьм вообще весьма специфическое чувство юмора. А у каждой семьи, где таинственным образом пропали ведьмы, внезапно появились дальние родственницы, и все они ну совершенно случайно имеют отношение к этой самой школе.
Задумчиво улыбаясь, я осознавала факты. Ничего-то он не понимает в ведьмочках! Эта Виолетта изобрела несколько любопытнейших проклятий и порч, потому ее имя и решено было увековечить. А что до Солнечной… ну да, чувство юмора у ведьм своеобразное и с маговским часто несовместимое.
Ай да ведьмочки, ай да хитрюги! И магов облапошили, и деятельность свою продолжили, только в куда более спокойных условиях! Вот прямо гордость за них берет.
— Но почему ни у кого не возникло вопросов? — забеспокоилась я и посмотрела на Глеба в надежде на объяснение.
Он как раз закрывал окно.
Мысленно отметила, что десятый поисковый импульс ко мне так и не вернулся. Странно.
— Имена-то другие, — пожал широкими плечами маг. — И у каждой ведьмочки обязательно имелась собственная история. Я тоже далеко не сразу что-то заподозрил.
Выходя, обсуждали пропавшее заклинание. Глеб тоже недоумевал по поводу его исчезновения. Развеяться оно могло, только коснувшись того пальца, с которого слетело. Но куда же тогда запропастилось?! Ответа не было и не предвиделось. Лучшее, что смогли придумать, это поднабраться сил и еще раз попробовать. Все же крошечная вероятность того, что произошло какое-нибудь недоразумение, существовала.
Но надежда, промелькнувшая во взгляде мага, от меня не укрылась. Совсем слабая, но она там точно была.
Мы заперли дверь, несколько минут пришлось потратить на защитные заклинания, потом еще вернувшийся на положенное ему место хвост коридора пришлось защищать. Уходили вялые и сонные.
Жаль все же, что нельзя открыть портал в самом замке. Он от этого надежно защищен. То есть так и надо, но все равно жаль.
Шаг, другой, третий…
Отошли совсем недалеко, когда рядом что-то ослепительно вспыхнуло зеленью. Мы держались за руки, только благодаря этому нас не раскидало по разным углам.
— Какого волкодлака?! — крайне недовольно осведомился Полуденный, часто моргая.
Вспышка ненадолго ослепила нас обоих.
Но ко мне зрение почему-то вернулось быстрее, и разглядеть все прелести нашего положения я смогла первая. И сразу так невесело стало… И потянуло кого-нибудь проклясть.
— Ты угадал. Ну, примерно, — пролепетала я, в страхе вцепляясь в рукав товарищу по неприятностям. — И что-то у меня ощущение, словно нечто похожее уже было…
Наполненный силой круг. Силовой контур, который не выпускает. Облако густого белого тумана в середине и отвратительный, смрадный запах. Ну и для полноты впечатлений жутковатый рев. Изумительно! Ну просто мечта каждой уставшей ведьмочки в конце изнурительного дня!
Проморгавшись, Глеб быстро оценил ситуацию и эмоционально выругался. Мое присутствие его не смутило, стало быть, дело действительно плохо.
В центре туманного облака что-то слабо полыхнуло… и рык стал отчетливее. Зато запах почти пропал. Учитывая, что контур создавал почти полную изоляцию, это был огромный плюс. Хотя бы задохнуться нам теперь не грозило.
Но стоило туману растаять, я отчетливо осознала, что смерть от удушья была едва ли не самым приятным вариантом. Туман подло подарил нам зубастого мохнатого монстра с жуткими шипами на подвижном хвосте.
— Гле-е-еб?..
Паника накатывала волнами, стальным обручем сжимая горло, не позволяя свободно вдохнуть. Сердце, кажется, вообще перестало стучать. А от понимания того, что проклятия не помогут, хотелось биться в истерике.
Мамочки-и-и-и…
— Черту вскрыли. Причем с нашей стороны дело рук явно опытного мага, — вслух оценил ситуацию Глеб. — Смотри и запоминай последовательность действий. Сначала сканирующая сеть, чтобы определить природу твари и ее слабые места…
Оценивающе оглядев шипастую махину, я всерьез усомнилась, что таковые у нее вообще могут быть.
В моем понимании последовательность действий была совсем другой: вырваться отсюда, драпать и звать на помощь. Потом еще можно порыдать у кого-нибудь на плече и упасть в обморок. Однако Глеб обломал такой стройный план еще на первом пункте:
— Не смей трогать круг! — властно прошипел он, одновременно пятясь, чтобы оставаться как можно дальше от заинтересованно поглядывающего на нас монстра, и выплетая нужное заклинание. — Во-первых, ты с ним не справишься. Во-вторых, если справишься, это выберется вслед за нами и разнесет тут все к волкодлаковой бабушке.
Серьезно? И это должно было остановить ведьму в панике?
Разнесет? Отстроят!
Но прорвать круг я действительно не смогла. Плетение принадлежало не самому слабому магу, а нас еще не учили взламывать защиту такого уровня.
Следующий план спасения — попросить помощи у замка — тоже провалился, даже не начав воплощаться. Будто тот, кто создал этот круг, знал, что подобное может прийти мне в голову, и добавил к защите ментальные и экранирующие заклинания. Замок меня не услышал, только голова разболелась.
Прошла, по ощущениям, целая вечность, прежде чем с пальцев Глеба слетела слабо мерцающая сеть и окутала потустороннего монстра.
Всего на миг, в следующий она распалась, Глеб выругался еще заковыристей, чем в прошлый раз, а монстр определился с отношением к нам, издал леденящий душу рык и стал наступать.
От ужаса у меня коленки подкосились, и, если бы Глеб не успел обхватить за талию, я имела все шансы бесславно шмякнуться на попу и в таком положении дожидаться своей незавидной участи.
— Ну что там с его слабыми местами? — пискнула я, повернув голову к магу.
— Погано, — не стал скрывать он. — Сеть его не почувствовала. Вообще.
Новость должна была напугать еще больше, но больше уже было некуда, а потому включился разум.
— Как если бы никакого монстра не было? — почти спокойно уточнила я.
— Ага, — подтвердил Глеб… и только миг спустя сам понял, что сейчас сказал. — Мрак, Цветана! Это же иллюзия!
А я до него что донести пытаюсь?
Но эти маги, надо заметить, неоригинальны. Третий раз действуют по одной и той же схеме. Вот выберемся отсюда, и я им обязательно расскажу о своих наблюдениях.
Сбившись с мысли, я неожиданно для себя обнаружила, что Глеб решительно затолкал меня за спину, а сам остановился и теперь спокойно дожидался, когда чудище приблизится.
— Что ты делаешь?! — взволнованно взвизгнула я и потянула мага к себе, пытаясь заставить его снова начать двигаться, но не преуспела. Глеб не сдвинулся с места.
— Иллюзия развеется, как только коснется одного из нас, — пояснил свои действия боевой маг.
Вроде бы стройный план моей интуиции чем-то не понравился.
Вся дрожа, я с непонятным чувством обреченности наблюдала, как приближается шипастая страхолюдина. Горло опять сдавило, а каждый удар сердца отзывался болью в груди. И что-то щекотное волнами распространялось под кожей. Щекотное и прохладное, словно под грудью зажгли холодное пламя и по телу разлетались искры от него.
Наконец монстр приблизился. И вместо того чтобы развеяться, едва только коснувшись протянутой Глебом руки, как и подобает приличной иллюзии, смачно вгрызся в бедро мага.
Кровь брызнула во все стороны.
Не помня себе от страха, я заорала.
А в следующий момент произошло сразу два события: Глеб с глухим стоном стал оседать к моим ногам, и прохладному пламени стало вдруг тесно в оковах моего тела и оно ослепительно синими искрами брызнуло вокруг. Выплеск отнял все силы, и вскоре я тоже сползла на холодные камни пола.

Очнувшись, я откуда-то точно знала, что прошла всего минута. Перед глазами медленно таяло белое марево, руки интуитивно зажимали рану и… угрозы больше не ощущалось.
Странно вообще-то. Монстр решил, что такая легкодоступная добыча его не привлекает?
— Какая-то неправильная иллюзия, — шутливо пожаловался Глеб, видимо, пытаясь подбодрить меня, но скрыть боль в голосе не сумел.
Я со свистом втянула воздух.
— И ты еще можешь шутить?!
— А с чего мне горевать? — фыркнул маг. — Ты это чудо по контуру размазала, там даже поисследовать ничего не осталось. Если еще остановишь кровь, вообще буду счастлив.
Как раз в тот момент, когда он договорил, в глазах просветлело, и я смогла в подробностях обозреть грязно-зеленую массу с вкраплениями меха и шипов, которой была покрыта противоположная стенка контура. От прикосновения силовая стенка сделалась видимой, что придавало зрелищу омерзительности.
— Я?! — прошелестела, не в силах справиться с изумлением.
— Поздравляю, дорогая, — болезненно улыбнулся Глеб. — Ты только что инициировалась как магиня.
О! Э… Ну… Эмоции напоминали кулеш без соли и приправ — нечто тусклое и невнятное.
Ладно, потом решу, как к этому относиться. Сейчас надо Глеба спасать, пока он не истек кровью. Подозреваю, до сих пор этого не произошло исключительно потому, что его магия немного сдерживала кровотечение и, насколько могла, стягивала края раны. Но этого было недостаточно. Даже слишком мало!
— Кто-то прогуливал практикумы по целительству, — пробормотала я, принимаясь за дело.
Силы восстановиться еще не успели, и, чтобы хоть немного подлечить этого самонадеянного сорвиголову, мне приходилось тянуть энергию из неприкосновенной ауры. И как только в нелегком деле наметился небольшой прогресс, в глазах опять побелело, а во рту явственно ощутился привкус крови.
Ну нет! Я не сдамся! Если уж на то пошло, ни один маг от ведьмы так легко не уходил! И этот не уйдет. Даже на том свете не укроется.
— Цветана? — Если бы не напряжение в голосе Глеба, я бы вообще реагировать не стала.
— Не сбивай меня!
— Прекращай меня лечить, у нас наметилась проблема посерьезнее, — и мотнул головой куда-то в сторону.
Я моргнула, чтобы отогнать мутную дымку, и послушно устремила взгляд в указанном направлении. Ровно в середину круга. В то самое место, где появился жуткий монстр.
М-м-мамочки-и-и-и!!!
Круг преподнес нам новый сюрприз: прямо по центру расплывалась клокочущая и пузырящаяся лава с частыми всполохами жуткого алого пламени, и… это смертельно опасное озеро распространялось от центра все дальше и дальше, занимая с каждой минутой больше пространства.
Да нас же тут сожжет!
Вернувшись взглядом к бедру Глеба, я оценила ситуацию: кровотечение остановлено магически, но рана по-прежнему выглядит жутко. И, мрак побери, она опасна для жизни! Кто может предугадать, на сколько силовой «повязки» хватит?
— Объясняй, как вскрыть контур! — звенящим от напряжения голосом потребовала я.
— Ты не успеешь, — мотнул головой Глеб. — Лучше попытайся нащупать под этой дрянью место разрыва и стянуть его. Только старайся работать как магиня. Я объясню как.
Самые дельные советы не могли принести пользы, если сил совсем нет, ни у ведьмочки, ни у магини, ни у всей остальной меня. Я, конечно, старалась и даже смогла оторвать еще немного от ауры, но в итоге чуть не отключилась, потеряла контроль над с трудом вырванными крохами, и они пропали впустую. Следующая попытка далась неожиданно легко, и в клокочущую бездну полетело что-то зеленое, по ощущениям вообще не мое. Бездна проглотила заклинание, одобрительно заурчала и потекла еще быстрее. Глеб шипел и ругался, до боли сжимал мою руку, будто это могло помешать мне потерять сознание, и сам пытался колдовать. Тоже безрезультатно. В отличие от меня, ему удалось ненадолго замедлить распространение жидкого пламени, но сил сдерживать его хватило ненадолго, а расплатой чуть не стала вновь открывшаяся рана.
Безопасного пространства оставалось все меньше…
Мгновения текли, надежда таяла, а на помощь так никто и не спешил.
Когда нам осталась всего лишь узкая полоска, на которой даже сидеть удобно не получалось, из бездны обреченности в моей голове всплыла одна странная мысль: зато я с ним, а вместе и погибнуть не так страшно. Поддавшись порыву, я сжала его ладонь в ответ. Уж не знаю, каким таким образом Глеб заглянул в мои мысли, но в тот же момент он запрокинул ко мне бледное до синевы лицо и тихо, но отчетливо произнес:
— Пока мы еще дышим, всегда есть последний шанс напакостить этому мерзавцу, — подразумевался конечно же маг, нарушивший целостность черты.
— Разве мы что-то можем?
Лично мне больше хотелось провести последнюю минуту жизни, обнимая его.
Руку обожгло, пришлось спешно отодвигать ее и всем телом жаться к силовой стенке — незримой, но прочной, как если бы она была сделана из камня.
— В правом кармане штанов кристалл-накопитель, — голос Глеба звучал все тише. Маг даже не сразу сориентировался, что надо вжаться в контур, чтобы выиграть еще немного времени. — Достань его и активируй, пусть напитается силой из контура.
Мгновения не прошло, а я уже сделала, как он велел.
Душу омыла глупейшая надежда.
— Что же ты раньше не сказал, что мы еще можем выбраться?!
— Мы не сможем. — Полуденный почти хрипел. — Но кристалл запомнит силу того, кто все это создал. Он специально так сделан, чтобы выдерживал самый сильный напор. Может, и это выдержит. Тогда те, кто придут сюда завтра, узнают виновного и получат на руки доказательства.
Вот зря он все-таки утверждает, что преподавательской жилки в нем нет. Ответственность не позволила ему отключиться раньше, чем он закончит объяснять. Зато потом с чувством выполненного долга Глеб откинул голову ко мне на грудь и обмяк.
Спину обдал мороз, несмотря на то что внутри контура стояла нестерпимая жара.
По мере того как напитывался силой нашего убийцы, кристалл в моей руке зеленел.
И в тот самый момент, когда он сделался ярко-изумрудного цвета, послышался звон, от которого уши заложило… и контур рассыпался!
Волной силы нас бросило в сторону.
На минутку я подумала, что это мы с кристаллом сотворили чудо, пока не услышала голоса.
— Я же говорила, с ними случилось что-то! — верещала Краса.
— Кто бы сомневался, когда дело касается Полуденных, — проворчал Богдан.
— Дело рук опытного мага, не меньше чем магистра, — оценил размах едва не случившейся трагедии Горислав. — Вот только подозреваемых — целая Академия, а доказательств нет.
— Сухим из воды выйдет, подлюка, — прошипела Элька.
Нет, вообще-то у них была уважительная причина игнорировать нас — они с огненным озером разбирались. Даже девчонки участвовали под чутким руководством двух магистров. Однако мне стало обидно. Хотя больше все-таки страшно — за Глеба, который так и не подавал признаков жизни.
— Есть доказательства! — крикнула, выкарабкиваясь из-под развалившегося на мне тела. — Но получите вы их не раньше, чем позаботитесь о нем.
Несмотря на открытую неприязнь к Глебу, первым к нам бросился Богдан.
— Ты-то сама в порядке? — строго осведомился он, опускаясь на корточки.
— Три мелких ожога, ничего серьезного, — отмахнулась от чрезмерного беспокойства.
Разобравшись с огненным озером и остатками контура, спасители сосредоточились на нас. Пока Богдан колдовал над раной Глеба, Горислав с девчонками осмотрели меня и убедились, что тут действительно все в порядке. Ожоги не в счет, дома у меня есть хорошая заживляющая мазь.
Если бы с Глебом было вот так же легко! Но нет, потусторонняя тварь оказалась еще и ядовитой. В итоге магистр Полуночный лишь подпитал своей магией силовую повязку и быстро перечислил Красе, какие именно зелья понадобятся. После этого с помощью Эльки и Горислава вытащил раненого на улицу, где сразу же открыл портал к дому Проточных.
А у входа мы буквально налетели на Феликса, вооруженного душистым веником из алых роз. Красуля чуть в счастливый обморок не грохнулась!
— Ой, а что это у вас тут происходит?! — Студент от изумления напрочь забыл о манерах.
— А это кто? — заинтересовался Горислав.
Не знаю, то ли он правда не был осведомлен о личной жизни внучки, то ли, что вероятнее, просто делал вид, чтобы дать Красе чуть больше самостоятельности и возможность в нужный час самой представить кавалера деду.
Сейчас время подходящим уж точно не было.
— Потом объясню, — уладил недоразумение, как типичный маг, Богдан и скомандовал: — Феликс, помоги втащить Полуденного в дом. Элла, нужен чистый нож, чтобы срезать одежду.
Они разместились в одной из гостевых спален. И как я ни рвалась помочь, меня внутрь не пустили. Отговорились тем, что слишком устала и сама натерпелась, и перепоручили девчонкам, когда те им стали не нужны. Так обидно было. Из вредности это Богдан, что ли?
Я же беспокоюсь!
— Не волнуйся, он в надежных руках, — заверила меня Элла, тщательно промывая и обмазывая мои ожоги.
— Магистр Богдан считает, что тебе не следует видеть мужчину без штанов, — сдала декана с потрохами Красуля, пока ее фамильяр помешивала что-то ядовито-желтое в котле. — А их пришлось снять, потому что мешали. Но не волнуйся, Глеб уже открыл глаза. И первым же делом поинтересовался, что с тобой.
Ишь ты, против он! А ничего, что ведьмак Роланд нас еще три года назад брал с собой в госпиталь, и чего мы там только не видели. Тогда же и научились относиться к отсутствию одежды на пациентах спокойно. Но Богдану было все равно, поскольку речь шла обо мне и Глебе. И чего его на нас так переклинило?
У-у-у, проклятия кусачей совести на него нет! Изобрести, что ли?
Я сейчас такая злая, что даже это могу.
Но уставшая, поэтому лень.
— А Феликс что здесь делал? — спросила, чтобы не уснуть прямо на стуле.
Память упорно подсовывала информацию о том, что парочка только в среду встретиться собиралась. Или я что-то напутала?
— Он как раз перед появлением Богдана прислал вестника с сообщением, что придет к деду знакомиться, — мило покраснела Краса. — Ну, вроде как официально просить разрешения за мной ухаживать.
Хоть у кого-то все хорошо. Вот как чувствовала, что эти двое созданы друг для друга!
— Постойте, так Богдан первый узнал, что с нами что-то случилось? — зацепилась за странность я.
Как-то много вокруг меня стало этого Богдана.
— Первая Красуля начала с ума сходить, как чувствовала, — уточнила Элла. — Но мы думали, она просто накручивает себя. А когда Богдан нагрянул, поняли, что и вправду что-то случилось.

Только поздно вечером, когда стало ясно, что с Глебом ничего плохого не предвидится, мы разбрелись по комнатам. Феликсу тоже место в доме нашлось, никто толком и не понял, когда и как он успел Гориславу понравиться. Только Богдан ушел порталом, пообещав утром вернуться. После этого меня даже проведать раненого пустили, но он уже спал. И я, посидев с ним минутку, тоже побрела к себе.
А там, несмотря на усталость и ноющую тяжесть во всем теле, вот уже битый час лежала без сна, смотрела в темный полог и перебирала мысли в голове. И там даже нашлось кое-что интересное. Это не казалось важным, когда на кону стояла жизнь или когда меня переполняло беспокойство за одного не в меру самонадеянного мага, но сейчас воспоминания очистились от шелухи эмоций. И я с толикой недоумения раз за разом прокручивала в голове момент, когда швырнула в клокочущую огненную бездну сгустком истинной черной силы. Не моей силы.
Что там говорили про круг? Мы с подругами можем тянуть друг у друга магию, в случае острой необходимости?
Похоже, что я, оказавшись в опасности, подключилась к кому-то из девчонок.
Знала, конечно, что Элька не нежная незабудка, но чтоб настолько… Впечатляюще. И жутко.
Я как раз сомневалась между «немедленно все забыть» и «пойти и потребовать объяснений», когда меня отвлекли.
Слух резанул тихий визг, но такой разнесчастный, что сердце зашлось от сострадания. В первый момент я решила, что на нас опять напали… и только секунду спустя, когда разум возобладал над эмоциями, сообразила, что так визжать может только свин, которому придавили что-то нужное.
Брошенный в сторону корзинки взгляд показал, что фамильяра там нет. Кот спит, уткнувшись носом в кончик хвоста, а свина нет.
И визг не стихает.
Минута целая прошла, пока я поняла, что звук где-то совсем близко, и додумалась свеситься с кровати и заглянуть под нее.
— Как ты умудрился туда влезть? — искреннее возмущение смешалось с совершенно неуместным любопытством. — Да еще и застрять?!
Тут надо уточнить, что кровать старая, немного громоздкая, с кучей разных деталек для красоты. Под нее даже коты не совались, боясь пораниться. Вот он, явный плюс разумности фамильяров. Так думала я, пока не обнаружила свина невесть как зажатым между двумя рейками с креплениями для матраса. Несколько лишних крючков угрожающе сверкали рядом. Одно неверное движение — и…
— Вииии! — горестно взвыл фамильяр в ответ на мое недовольство.
— Ладно, можешь не отвечать. — Пряча нервозность за словами, я буквально скатилась с кровати. — Сейчас я тебя вытащу.
Но старые кровати — конструкции весьма коварные. Тяжелый матрас был основательно зажат в креплениях вместе с простыней, чтобы та всегда оставалась гладкой и не съезжала, и сдвинуть его в одиночку мне конечно же не удалось. Промучившись какое-то время, я растрепалась, взмокла, ушибла палец, но нисколечко не продвинулась и решила позвать на помощь.
Вопрос — кого? — встал и тут же отвалился. Едва выглянув в коридор, я увидела Феликса, выходящего из двери в конце коридора.
— Я… это… воды попить, — смущенно пробормотал будущий боевой маг и скрестил руки на обнаженной груди.
— Помоги! — шепотом взмолилась я.
Парень взглянул на меня недоверчиво и попятился.
Таким он мне нравился гораздо больше, чем наглым задирой, но сейчас, честное слово, так и сглазила бы!
— У меня свин под кроватью застрял! — борясь с паникой, принялась объяснять. — Он дергается, а там крючки… И магию использовать я сейчас не могу, потому что еще не восстановилась.
К концу этой небольшой речи страх за дорогое существо все же возобладал, что выразилось в скатившейся по щеке слезинке.
Прозвучало объяснение по меньшей мере странно, я сама это понимала, но эффект был достигнут: Феликс торопливо зашагал ко мне.
А вот почему он тоже вцепился в злосчастный матрас, вместо того чтобы начать колдовать, — лично для меня загадка! Спросонья, наверное. Да и я сама поначалу не задумалась над правильностью действий: успокоила свина, чтобы он перестал верещать в тисках, и сама вцепилась в противоположный край матраса. Крепления должны были отщелкнуться, если приложить нужное количество усилий. Мы пыхтели, стонали, кажется, Феликс даже ругаться пытался… Кровать скрипела. И ничего!
После третьей неудавшейся попытки мы отпрянули от вредного предмета мебели, чтобы немного отдышаться… и тут в коридоре дверь хлопнула. Обменявшись понимающими взглядами — помощь!!! — мы рванули к двери, но она распахнулась чуть раньше, являя нам бледного и пошатывающегося Глеба в простыне.
Интуиция тихонько шепнула, что с этой ситуацией что-то не так.
Феликс зачем-то отодвинулся от меня.
А лицо Глеба внезапно исказила гримаса ярости.
Хм. Может, я ошибаюсь и это у него от боли?
— Вот даже как? — недобро протянул Полуденный и гневно сузил глаза. — О-о-очень интересно. Не ожидал я от тебя, Цветанка.
Что-то мне как-то неуютно стало…
— Чего? — спросила сдавленно.
— Мрак, он же встречается с твоей подругой! — По мере того как Глеб приходил в себя, ярость его усиливалась. — У тебя что, вообще совести нет?! О себе я уж вообще молчу.
Медленно-медленно я перевела взгляд со злющего Глеба на полуобнаженного, растрепанного и потного Феликса… Ой. Вот теперь, кажется, точно мрак!
— Ты что, подумал, будто мы с ним тут… — смешок вышел какой-то натянутый. — Да нет же! Он мне просто помогал!
— Да ладно! — скривился Полуденный, но в следующий миг сильно покачнулся и, чтобы не упасть, схватился за дверной косяк. — То-то я звуки этой помощи через стену слышал!
Не знаю, может, мне и должно было быть стыдно, но почему-то стало обидно. Он же меня знает! Как он мог обо мне так подумать?! И где, спрашивается, доверие?
— У меня фамильяр под кроватью застрял, а Феликс помогал матрас сдвинуть, — предприняла последнюю попытку объясниться, хотя слова уже цедила сквозь зубы.
Феликс согласно закивал. Видимо, до него еще не дошло, что скажи Глеб об увиденном и своих выводах Красе, будут нам порчи, проклятия, выдранные волосы и царапины на лицах. Потому что злая ведьма — это вам не какой-нибудь злой маг! Это светопреставление и небольшой ураган в придачу.
— Но матрас все еще на месте, а простыни смяты! — Надо признать, аргументы ревнивца были сильны. — Даже знать не хочу, чем вы тут занимались!
Если бы не потребность в опоре, коей служил косяк, он бы уже давно развернулся и ушел, а так стоял и отбивался от моих оправданий.
Надоело! Почему я должна выкручиваться, будто и в самом деле виновата? Невиновные не оправдываются, если что. В общем, говорить я больше ничего не собиралась. Хочет считать меня подлой предательницей? Ну и ладно, ну и пожалуйста!
И тут провидение решило вмешаться.
— Вииии! — завопило оно из-под кровати истошным голоском моего фамильяра.
Милин кот завозился в корзинке, но проснуться не пожелал.
— Что это? — ошалело моргнул Глеб.
— Это мой застрявший свин говорит, чтобы мы его вытаскивали и не отвлекались на всяких недоверчивых личностей. А еще что ты дурак, Полуденный! — «перевела» я. — Феликс, за мной!
Мы почти уже вернулись на исходные, когда Глеб все так же недоуменно вопросил:
— Да как он умудрился вообще?
Сама задаюсь тем же вопросом.
Но с магом я не разговариваю, так что и отвечать ничего не собираюсь.
— Попробуйте магией немного погнуть крепления внизу. Места станет больше, и он сам вылезет. — Кому-то очень хотелось быть полезным.
Молчу и демонстративно не замечаю. Пусть знает, я непреклонна!
Тем не менее Феликс сделал все, как было сказано, и не прошло и минуты, как из-под кровати выскочил перепуганный и немного поцарапанный свин. Я бросилась его отлавливать, на ходу решая, стоит ли сперва отругать или можно сразу переходить к объятиям и сюсюканью.
— Ну, я пойду? — Феликс глянул на меня, тискающую спасенного фамильяра, затем на Глеба, унылым изваянием привалившегося к стене, и стал пятиться к выходу.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила я.
— Уйди уже, — поторопил Глеб.
Феликс присмотрелся к его бледной до синевы физиономии чуть внимательнее и тоже решил побыть вежливым:
— А вас не проводить? Вы же еле стоите, а Цветана вас одна не удержит.
Очевидно, приступы доброты и воспитанности у боевых магов случаются крайне редко, а может, вообще считаются дурной приметой, потому что реагировал Глеб как-то неправильно:
— Нет!
— Да! — не утерпела я. — И заодно донеси до него, что я видеть его не хочу.
— Просто сгинь!
Маг оказался более убедительным, потому что Феликса как ветром сдуло. Даже дверь за собой тихонько прикрыл.
— Цветана, — начал на всю голову элитный маг, впрочем, тут же запнулся. Извиняться он не умел, не привык, и вообще это дело ему не нравилось.
— Ни видеть, ни слышать тебя не желаю! — Обида слезами жгла глаза. Ну как он так мог?!
Прижав к себе свина, я опустилась прямо на пол, спиной к бессовестному магу, и принялась глубоко и размеренно дышать, дабы прогнать рыдания. Правильно бабушка говорила, от этих магов беды одни. Правда, о ведьмах она то же самое говорила, но это уже детали.
— Цветаночка, я дурак, — наконец собрался с мыслями Глеб.
— Ну, это даже не обсуждается, — буркнула обиженно, дрожащими пальчиками поглаживая фамильяра.
Честно собиралась никогда в жизни больше с ним не разговаривать, но тут как прорвало:
— Как ты мог обо мне так подумать?! — Это обижало сильнее всего.
— Эти звуки… Потом увидел тебя с ним, и в голове точно перемкнуло, — повинно бормотал Глеб. — Вспомнилось, как ты заставила его цветы таскать. Мрак, Цветана, у меня крышу снесло от ревности!
Сижу. Молчу. Усиленно дуюсь.
Только на душе все приятнее становится.
— А ревнуют только тех, кто небезразличен, — помолчав минутку и так и не дождавшись прощения, добил меня Полуденный. — В моем случае сильно небезразличен.
Пришлось больно прикусить губу, чтобы не расплыться в счастливой улыбке.
Впрочем, маги долго виноватыми не ходят. Минуты не прошло, как я в этом убедилась.
— Так что никуда ты от меня не денешься, Перелеска. Привыкай, — самоуверенно заявил боевой маг. — И готовься поменять фамилию.
Ой.
А…
Э-э-э…
Он что, правда это сказал?!
Пока я осознавала услышанное, Глеб решил, что пора и честь знать.
— Утром увидимся. И если что-нибудь стрясется, обращайся ко мне, а не к первому встречному магу, — потребовал он, прежде чем вывалиться за дверь.
— Каков наглец, а? — подумала я уважительно. Но на всякий случай решила позлиться на него подольше, а то это вообще никуда не годится — он даже извиниться нормально не способен!
А мгновение спустя сама не своя от беспокойства метнулась к двери и осторожно выглянула в коридор. Он же слабый еще, вдруг не дойдет? Или рана опять откроется? Я же даже толком не знаю, что именно с ней сделали маги… Фу-ух! Глеб как раз входил в соседнюю дверь. Упрямый.
Стоп, Цветана, не сметь восхищаться!!!
Но я слишком устала, чтобы бороться с собой, а еще свина заживляющей мазью мазать.

Глава 15

Планируя сердиться на Глеба долго и лично для него мучительно, я и предположить не могла, что скоро у меня появится новый объект для злости и обиды.
Началось все с маминых писем. Она ответила, наконец.
На самом деле они уже дня два как пришли, но жизнь была такой бурной, что время на них нашлось только сегодня. Я проснулась раньше всех, исключая разве что Горислава, который уже отправился на утреннюю прогулку, сделала себе чай и вернулась в комнату. Там распечатала первый конверт.
Письма писались с разрывом в несколько дней, но тем интереснее!
Первое не принесло особых неожиданностей:
«Четыре или пять поколений назад в роду твоего отца была одна ведьма, очевидно, твой дар от нее. Но мама не любила о них говорить, поэтому я тоже молчала». Это если исключить приветствия, нежности и тьму вопросов.
Решив, что отвечу потом, я сразу же взялась за второй конверт.
— Мм-м? Даже так..
В нем оказался кристалл связи на простенькой серебряной цепочке. Уже напитанный силой, оставалось только активировать. Вот так просто и незатейливо. О некоторых вещах проще поговорить с глазу на глаз.
Последнее условие было немаловажно, так что я встала, заперла дверь и только после этого вернулась за стол, отхлебнула немного ароматного напитка и активировала кристалл.
Мама ответила не скоро. Судя по пыльному разводу на щеке, она работала.
— О, Цветана, а я уже собиралась ехать к тебе!
Начало мне не понравилось. Как-то непохоже на мою обычно спокойную и чуточку отстраненную родительницу, которая воспринимает мир сквозь цветную дымку вдохновения. Исключениями являются лишь те моменты, когда она беспокоится обо мне. А значит, сейчас…
— Мам, что-то случилось?
— Я хочу, чтобы ты забрала документы из этой Академии, — поджав губы, велела госпожа Марина Перелеска. Указывать кому-то было делом для нее непривычным, так что голосок заметно подрагивал. — Переведись в какой-нибудь другой город или вообще бросай всю эту ведьминскую ерунду.
Чувство такое, что за несколько недель разлуки мою всегда тактичную и доброжелательную родительницу подменили. И что только на нее нашло? Я тоже поджала губы, непроизвольно копируя мамину мимику.
— Как это — бросай? Я больше ничего не умею. — Я даже не возмущалась, просто взывала к ее разуму.
Но когда власть захватывают чувства, разум, как известно, бессилен.
— Хочешь, откроем тебе лавку со всякими волшебными штучками? — У нее даже соблазнительное предложение в запасе имелось. — Я среди своих клиентов рекламу сделаю, от покупателей отбою не будет.
Сильно же меня хотят выкурить из столицы. И это совсем не радует.
Она что, про Милу узнала?
— Давай начистоту, — попросила со вздохом я и прямо заглянула в глаза той, что подарила мне жизнь. — Что происходит? И пожалуйста, не надо обманывать, у нас не те отношения. И я не хочу, чтобы они стали такими.
Облачко, созданное заклинанием визуализации, покрылось рябью, что бывало, когда один из собеседников сильно нервничает.
— По-другому не уступишь? — обреченно спросила мама.
— Ты меня знаешь! — Хотела еще напомнить, что я с некоторых пор официально взрослая и не менее официально ведьма, и распоряжаться моей жизнью никто права не имеет, но сдержалась, пожалела родительницу.
Видно же, что она и без того вся на нервах. Знать бы еще почему…
— Ох, зря я тебе позволила пойти в ученицы к тому ведьмаку, — вздохнула мама за много верст от меня. — Если бы не это, сейчас бы ничего не было.
— Очень познавательно. — Я улыбнулась уголками губ и отпила еще чая. Истраченные вчера силы требовали восстановления, и оставалось только жалеть, что не взяла на кухне чего-нибудь посущественнее, чем горячий напиток с приятным вкусом. — Продолжай в том же духе, и кристалл разрядится, а мы так ни до чего и не договоримся.
Подействовало. Мама хоть и витала в своих собственных облаках большую часть времени, в вопросах, касающихся меня, всегда руководствовалась здравым смыслом. Старалась, по крайней мере.
— Дело в том, что мое расставание с твоим отцом вовсе не было таким легким и безболезненным, как я всегда говорила, — перешла к делу она.
— А это тут при чем?
Я вообще перестала что-либо понимать.
— Он происходил из знатной семьи магов, и когда появилась на свет ты с больше выраженным ведьминским даром, родственники не одобрили, а он поддался, — не обращая на меня внимания, продолжала мама. — Я была молодая и гордая, так что долго терпеть не стала, подписала документы на развод, забрала тебя и уехала в провинцию. Ни на фамилию, ни на богатства их претендовать не стала. Потом Измир снова женился, и больше я о нем ничего не узнавала. Слишком больно.
Грустно все это. Не могу сказать, что мне в жизни сильно не хватало отца, мама и бабушка делали его отсутствие почти незаметным. Но сама история отозвалась не самыми приятными чувствами в душе. Будто в колодец крикнули.
Подумаешь тоже, родовитые маги! И мы, ведьмы, для них недостаточно хороши. Ну и ладно. Столько лет без них обходилась, проживу как-нибудь и дальше.
— Все еще не вижу причин покидать Академию, — сказала сухо.
— Твой отец умер, а наследников у него так и не случилось. Его брат вообще не женился. — Мама наконец перешла к сути. — Год назад твоя бабка по их линии присылала ко мне своего поверенного. Мол, отдай нам девочку, сделаем наследницей, выгодно пристроим замуж, ни в чем нуждаться не будет. Естественно, я их прогнала.
— Правильно сделала. — Прямо гордость за нее взяла. — Сунутся ко мне, и я прогоню. Еще и метлой пристукну.
Нет, серьезно! Ишь чего удумали, замуж меня! Лучше бы перед мамой извинились.
— Боюсь, что уже сунулись, — печально вздохнула госпожа Перелеска. — Богдан Полуночный — твой дядя.
— Что-о?!
Еще и одного из любимых преподавателей отобрали. Так обидно стало, вот просто до слез. Понимаю, что глупо и как-то совсем по-детски, но поделать с собой ничего не могу.
— Я как его имя в твоем письме прочла, сразу поняла, что это Полуночные так к тебе подобраться пытаются, — еще раз вздохнуло мамино изображение.
Ну, теперь-то я тоже многое поняла! Но неужели я такая ценная, что ради меня даже выгодную должность оставить не жалко?
— Мам, я с тобой потом свяжусь, ладно? — голос звенел от ярости. — Сейчас мне срочно надо кое-кого убить.
— Так понимаю, покинуть Академию ты все равно не согласна? — обреченно уточнила родительница.
Вот еще! Не на ту напали!
— Да скорее он сам уйдет! — прошипела гневно и прервала связь.
Еще минуту я сидела на месте и жадно дышала, но ни это, ни несколько глотков чая не вернули контроль над эмоциями. Ведьминская душа требовала мести, ну или хотя бы подробного разбора полетов, и я не склонна была сопротивляться. Мы, ведьмы, вообще не умеем себе отказывать в желаниях.
Внизу как раз звякнул звонок. Богдан явился.
Подорвавшись с места, я грозной фурией бросилась к лестнице. Ух, сейчас кому-то устрою!
Вот только от обиды все пакостные заклинания разом забылись. Да и защита у него наверняка…
Ступив на верхнюю ступеньку, я услышала рядом знакомый свист. Повернула голову — и точно, рядом деловито летела черная метла. В первый раз даже злиться на нее не стала, погладила рукоять и начала спускаться. Конечно, ее вредная сущность просто не могла пропустить стычки ведьмочки-первокурсницы с магистром-деканом.
Да уж, расклад не в мою пользу.
Но мне и делать ничего не пришлось.
— Здравствуй, Богдан. — Горислав как раз открывал дверь.
Надо же, а я и не слышала, как он вернулся с прогулки.
— Все спокойно? — Коварный декан ведьминского факультета шагнул в холл и пристально его оглядел, будто прямо здесь могло происходить что-то неладное.
Оно, собственно, и происходило, только Богдану было невдомек.
— Будет с нас свершений, — улыбнулся пожилой маг. — Проходи на кухню, сейчас все к завтраку соберутся, там и поговорим.
Кивнув, Богдан сделал шаг в указанном направлении, но тут ему под ноги подлетела метла. Грозный магистр вскрикнул и упал на пол.
Я еле сдержала мстительный смешок.
— Вот же поганка, — без особых эмоций ругнулся Горислав и попытался отловить метелку за ручку, но она была прытка, а маг уже стар, так что ничего не вышло.
Дурной характер Красулиной метлы в доме знали все, и сегодняшний ее выпад никого не удивил. Это радовало и оставляло простор для дальнейших пакостей.
— Однако гостеприимство, — простонал Богдан, поднимаясь. — Здравствуй, Цветана.
Меня наконец заметили. И вовремя, в голове как раз следующий этап ведьминской мести созрел.
Поприветствовав магов кивком, я быстренько прошмыгнула в кухню. Там уже колдовала над котлом розовая шиншилла. Я склонилась к ней, быстро шепнула несколько слов, Ядя не одобрила, но согласилась. Вот и славненько. Ждем и мысленно потираем ручки!
Мужчины появились, когда я заканчивала расставлять тарелки на столе.
Богдан не выглядел настороженным, но как только за его спиной взвилась метла с явным намерением стукнуть несимпатичного ей мага в ухо, резко повернулся, выбросил руку и ловко перехватил нахалку. Метла принялась гневно трепыхаться и трещать прутиками. Задержание она считала в высшей степени несправедливым!
— Да что ж такое?! — Маг не мог понять, за что на него взъелись.
— Магистр Полуночный, кажется, вы ей не нравитесь, — деликатно заметила я, а внутренне возликовала.
— Значит, все недели до этого нравился, а тут вдруг что-то изменилось? — скептично хмыкнул мой новообретенный, но совсем не желанный родственник и одарил метлу подозрительным взглядом. — Почему, интересно мне знать.
Метла ни капельки не устыдилась и, естественно, ничего не ответила. На что маг только плечами пожал и заклинанием закрепил ее у стены, чтобы шанса напасть в третий раз не осталось.
Спустились остальные.
Проходя к отведенному ему месту, Глеб погладил меня по волосам и шепнул что-то ласковое, но я упрямо не реагировала. Зато недовольный взгляд Богдана перехватила, и сразу на душе светло и приятно стало. Мы, ведьмы, вообще счастливы, если враг бесится.
Пока в тарелках появлялся пышный омлет с маленькими помидорками, Глеб коротко рассказал, как мы с ним влипли. Не забыл упомянуть и про амулет. Вчера за всей суетой я напрочь забыла о нем. И сейчас бы не вспомнила, слишком была занята неожиданно свалившимися на голову семейными проблемами. А доказательство вины кого-то из заносчивых магов преспокойненько лежало себе в комнате…
— Цветана, принеси, пожалуйста, — распорядился Горислав.
Я встала и начала выбираться из-за стола.
Перерыв в разговоре другие собравшиеся решили использовать для того, чтобы поесть, но одному из них не суждено было вкусно позавтракать. Едва Богдан сунул в рот приличный кусок и начал жевать, как лицо его исказила такая гримаса — хоть статую срочно ваяй, ибо столь живописный образ должен быть запечатлен в веках.
Но, к чести мага, он не только прожевал, а и проглотил.
Сразу видно, что боевой. Еще и элитный.
Проглотив, он тут же потянулся к кружке, дабы избавиться от мерзейшего привкуса во рту, но и там его поджидал сюрприз. Уж не знаю, как Ядя это незаметно провернула, но чай был основательно посолен, как я и просила.
Кто-то заслужил целый мешок самых лучших орехов!
Выдержка в этот раз магу отказала, чай он выплюнул. Глеб демонстративно выставил щит, заслоняя всех от брызг. Эти двое снова были на ножах и использовали даже такие вот мелкие возможности, чтобы пнуть противника. Ну и ладно, пусть разбираются. А я потихоньку иду к выходу и кусаю губы, чтобы слишком заметно не улыбаться.
— Цветана? — ласково-ласково окликнул меня декан.
Я аж подпрыгнула. Ой, чует моя попа, сейчас нам влетит!
— Что?
Еще шажочек бы, и удрала. Эх…
— Меня бы не назначили деканом ведьминского факультета, если бы не были уверены, что я вижу ведьм насквозь и могу вас контролировать, — жестко припечатал Богдан, а в следующий миг полыхнуло заклинание, и я обнаружила себя припечатанной к стене рядом с метлой.
Черная вредина дернулась в мою сторону, я посмотрела на нее сочувствующе… Ой, как мы друг друга понимаем!
Девчонки тихо пискнули и прикрыли рты ладошками.
А вот Глеб смолчать не смог:
— Это что за дела? — накинулся он на Богдана. — Немедленно отпусти мою девушку!
— Всенепременно, — легко согласился наш декан. — Только пускай сначала объяснит, за что она сегодня на меня накинулась.
Глеб стиснул кулаки и прожег моего обидчика взглядом, но, очевидно, решил, что бить сидячего, да еще того, кто больше интересуется едой, хоть пробовать больше ничего и не решается, как-то не с руки. Поэтому так и остался стоять, то грозно поглядывая на начальство, то недоуменно — на меня.
Внимание всех остальных было приковано исключительно ко мне, и я не выдержала:
— Он еще спрашивает! — Злость так и плескала во все стороны.
— Очень бы хотелось узнать, — предельно вежливо подтвердил Полуночный.
Ну что ж. Хочется — получайте!
— Утром я говорила с мамой! Она мне все рассказала! — почти выкрикнула, забыв о других присутствующих. — О том, что вы — мой дядя, я — единственная наследница, и у семьи на меня какие-то там планы. Так вот, фигушки! Не дождетесь! Я вас до сих пор знать не знала и дальше не хочу!
Фу-у-у, выдохлась… Но на душе полегчало.
Ведьмы — народ прямой, выскажут все обидчику, и мстить уже не так хочется. Не то чтобы совсем не хочется, но раз уж я обездвижена…
Глеб шумно выдохнул, разжал кулаки и тяжело рухнул на стул. Он был в шоке, и, честно говоря, в чем-то я его понимала.
А вот Богдан реагировал как-то уж очень спокойно. Дал мне выговориться, кивнул каким-то своим мыслям и медленно изрек:
— Ну что же, теперь я избавлен от необходимости срочно придумывать, как тебе все рассказать. — Еще и явные плюсы в ситуации нашел! — Прости, Цветана, просто не знал, как тебе это преподнести. Родственники наломали дров, а отдуваться, как обычно, досталось мне.
Угу, сейчас разрыдаюсь и пожалею. Раскрываю объятия пошире!
— А вы, значит, хороший и правильный? — прошипела зло.
— Когда все случилось, меня вообще в стране не было, — невозмутимо пожал плечами Богдан. — Мы с твоей матерью всего-то два раза виделись, даже познакомиться толком не успели.
— Но сейчас-то вы здесь! — нашла за что зацепиться я.
— Да, и стараюсь быть рядом и в меру сил помогать, — повернул все в свою пользу Полуночный.
— Хороша помощь! Вы только и делали, что пытались нас с Глебом рассорить!
— Потому что, узнав, из какой ты семьи, он бы так и так от тебя отвернулся, — обосновал свое поведение магистр, задумчиво водя пальцем по скатерти. Прикасаться к еде или питью он больше не решался. — Я пытался тебя уберечь.
Вишу. Пыхчу. Но злюсь уже больше на ситуацию.
— Между прочим, я вас из заколдованного круга спас, — напомнил маг. — Почувствовал, что ты инициировала вторую часть силы, и понял, что куда-то влипла.
И то правда.
— Но вы врали! — Пожалуй, это осталось единственным, в чем я могла его справедливо обвинить.
— Потому что справедливо опасался вот такой вот реакции, — кивнул мужчина… дядя. Мрак, как непривычно! — Но извини меня за это. Больше не повторится.
И почему я ему поверила?
Ничего не сказала, даже не кивнула, просто перестала ругаться. Он все понял и сразу же развеял чары.
Получив вдруг свободу, я обвела растерянным взглядом кухню и заинтересованные лица друзей и так и осталась стоять на месте. Просто не смогла придумать, как теперь себя вести.
Обстановку разрядил Глеб, очень кстати пришедший в себя.
— Учти, я ни за что от нее не откажусь, — тихо и решительно произнес он, топя взгляд в чашке.
— Даже так? — слегка приподнял бровь Богдан.
— Еще лучше, что вы родственники, — выдал совсем уж невероятное Полуденный.
— Почему же? — заинтересованно посмотрел на него мой новообретенный дядюшка.
— Теперь я ее к тебе не ревную. — Глеб был поразительно откровенен.
Так-то оно так, и это все, конечно, прекрасно, но что-то мне не понравилось, как они друг на друга посмотрели… и вообще крайне неуютно на кухне стало. Интуиция подсказала, что нам пора, а память услужливо напомнила, что мы как раз за кристаллом шли. Ну, мы и пошли. Быстренько!

Как и обещал, Глеб снял нас с потоковых лекций. Спешить никуда было не надо, и, когда я вернулась с амулетом, маги принялись детально его изучать. Нам с девчонками до их уровня пока было далековато, мы вообще половину из того, что они говорили, понять не могли, а посему и слушали не особенно внимательно. Умные? Вот и пусть сами разбираются. Главное, чтобы не забыли потом о результатах рассказать, а то любопытно же!
— Ты теперь от нас переедешь? — тронула меня за руку Краса.
Я заглянула в синеву глаз подруги, где плескалось беспокойство, и светло улыбнулась.
— Вот еще! Ни за что.
— Но как же новые родственники? — не унималась она.
— Из всех Полуночных я пока только Богдана воспринимаю, — призналась честно. — Взглянуть на остальных было бы любопытно, но особенно сближаться с ними не хочу. Заменой неслучившемуся наследнику я не буду и фамилию их не возьму. Вот так вот.
Подруга понимающе кивнула и отстала.
Элла нас послушала и перебралась поближе к магам, просто чтобы посидеть рядом с Богданом. Он ее присутствия, кажется, даже не заметил.
Если от занятий нас легко освободили, то увильнуть от уборки не удалось. И ближе к полудню мы всей компанией отправились в Академию. Маги тут же ушли к какому-то артефакту, который должен извлечь силу из кристалла, после чего они должны тайно проникнуть в хранилище с образцами и сравнить ее с каждым из преподавателей, начиная с самого ректора. Вот даже не сомневаюсь, что-нибудь да совпадет! Мы же, вооружившись ведрами, тряпками и заклинаниями, принялись за уборку. Тоска и вопиющая несправедливость! Лишь то, что помещения теперь всецело наши, да еще обещанные Богданом высокие отметки за раздел бытовой магии немного скрашивали следующие часы.
А как приятно было смотреть на перекошенные лица желчных магов в бархатных мантиях! Новость про вернувшийся факультет быстро облетела Академию, и на ближайшей же перемене сюда столько народу набежало… Агрессивного и вооруженного магией, надо заметить. Ведьминский факультет объявили еще более проклятым, чем раньше, нас троих — коварными лазутчицами, Богдана и Глеба — предателями. И почти уже отняли с таким трудом восстановленные помещения, когда появились наши преподаватели, да не одни, а в сопровождении нескольких мужчин в алой форме с императорскими гербами.
Совпадение нашлось. Не с самим ректором, к сожалению, но Ронар, новый декан боевого факультета, тоже неплохой улов. На него надели блокирующие силу браслеты и увели. А наши маги разогнали всех остальных, заверив, что расследование инцидента, при котором едва не погибли студентка и преподаватель, непременно продолжится, и каждый виновный, независимо от регалий, понесет наказание.
Всем разом стало не до лишних аудиторий. Недовольно гудя, маги разбрелись кто куда.
Интересно, одной мне кажется, что количество виновных скоро возрастет?
На следующее утро Горислав, выйдя на традиционную прогулку, нашел у порога дохлую черную кошку с выколотыми глазами. Весьма недвусмысленная угроза.
В тот день вместо планового занятия по зельям наши маги учили нас некоторым хитростям защиты, а потом гоняли не хуже, чем боевых магов. Даже у Красули все получилось. Она вняла совету Эллы, да и развивающиеся отношения с Феликсом забирали много времени и эмоций, циклиться на давней мечте у нее просто не оставалось времени. И результат не заставил себя ждать!
Но день прошел, а ничего страшного так и не случилось. Вот только спокойствия это не добавляло, скорее, ощущалось затишьем перед бурей.
Вечером по рекомендации Глеба мы с девчонками опять выпустили поисковые заклинания. За прошедшее с прошлого раза время силы у всех восстановились, если есть что искать, заклинания должны справиться.
Я всю ночь глаз не сомкнула — ждала!
А поутру недосчиталась четырех остаточных импульсов.
В такие совпадения даже ведьмы не верят!
Об этом я и поведала Глебу, который подрядился нас провожать до ведьминской школы.
А вернувшись с занятий, обнаружила недалеко от калитки нарядный экипаж. Девчонки заинтересованно ойкнули. Интуиция тоскливо предрекла, что стоит он тут по нашу душу.
Так оно и вышло. Не успели мы прошмыгнуть ко входу и скрыться в доме, как из экипажа вышла пожилая элегантная дама и окликнула меня. Надобность в знакомстве отпала, слишком явным было ее сходство с Богданом: тот же гордый профиль, точно такие же темные волосы, правда, с серебряными ниточками седины, те же брови вразлет и даже взгляд. Через минуту я уже знала, что бабушку по отцу зовут Перецвета, а она — что все их семейство сто лет мне не сдалось. Сверток, обернутый подарочной бумагой, был безжалостно выброшен в мусор, я же, гордо задрав голову, удалилась в дом, где целый час прорыдала.
На следующий день Перецвета Полуночная явилась без подношений, но с извинениями. И когда я, высказав, что накипело, мстительно активировала кристалл связи, она проговорила с мамой, пока он не разрядился. Мама у меня добрая, так что бывшую свекровь она, конечно, простила, что и мне посоветовала.
А претендентка на роль любящей бабушки заверила, что наследование тут ни при чем, им для этого мальчик нужен. Что касается меня, ее просто замучила совесть: муж еще в молодости заразил азартом участия в гонке под названием «быть лучше, чем Полуденные, во всем», первая невестка надежд не оправдала, вторая оказалась сущей мегерой, потом вдовство и смерть старшего из сыновей — это заставило на многие вещи взглянуть по-новому. В частности, на недопустимость наплевательского отношения к единственной внучке. Итак, Перецвета Полуночная задалась целью восстановить справедливость по отношению ко мне. Роду наследовать я, разумеется, не могу, но от отца кое-что должна получить. А также богатое приданое, место в обществе и любовь родни.
Звучало неплохо, но я пока не стала спешить с родственными объятиями.
Неделя промелькнула незаметно. Мы учились, много учились, усердно учились, а между делом успевали бегать на свидания. В этой части особенно повезло Красе, Феликс почти каждый вечер был в ее полном распоряжении. Глеб ко мне выбрался всего раз, да и то его через полчаса во дворец зачем-то вызвали. Даже поговорить нормально не успели! Ну а Эльку Богдан все так же не замечал, ей только и оставалось, что вздыхать украдкой. Между прочим, сама виновата! Давно надо было кого-нибудь более доступного присмотреть.
На выходных мы ходили с госпожой Перецветой в кондитерскую, и я даже приняла платье в подарок. Да что там, даже приглашение прийти в гости приняла.
В третий раз выпущенные поисковые заклинания тоже вернулись не все. Сомнений в том, что Мила жива, не осталось.
А маги все не предпринимали никаких действий против засилья ведьм в «их» Академии, что больше настораживало, чем радовало.
Так дожили до вторника и до потоковых лекций.
Я уже из-за одной физподготовки этот день ненавидела, а неминуемая встреча с госпожой Фаиной только добавляла нервов. И вроде бы не так уж много причин… Ну подумаешь, заметила она знак, которого вообще не должна была видеть! Допытываться не стала, и на том превеликая ей благодарность. А все равно меня не отпускала нервозность. Пришлось приложить немало усилий, просто чтобы войти в аудиторию.
И, как выяснилось, нервничала я не зря.
Лекция о лечении сильной простуды, совсем даже не нудная, почти сбила меня с толку. Но как только я немного расслабилась, ухоженная старушка за кафедрой обаятельно улыбнулась и объявила:
— Ну а в оставшееся до конца занятий время я научу вас одной хитрости, — и заговорщицки сузила глаза, выдерживая эффектную паузу.
Я встрепенулась, почуяв неладное.
— Какая же она душка! — восхищенно прошептал кто-то из целительниц, занимающих следующий ряд.
Спорное утверждение. Особенно с учетом того, что выдала госпожа Фаина потом.
— Иногда для правильной диагностики важно быстро получить достоверные сведения, какие вообще ритуалы проводились над больным. Например, не всякая защита пропустит исцеляющее воздействие, а если из пациента уже однажды изгоняли темную сущность, не допускается применение лекарств, заряженных темной магией. Да-да, и такие бывают! — И, переведя дыхание, сообщила, к чему это она вела: — В общем, мне нужен доброволец.
Возникло желание залезть под парту и тихонечко там отсидеться оставшиеся минуты.
Информация, преподаваемая деканом целительского факультета, несомненно, и для ведьм была полезной, но почему-то не отпускало чувство мышеловки с ароматным кусочком сыра. А в роли глупых мышек — мы с девчонками.
Желающих было предостаточно.
И все же ищущий взгляд медленно скользнул по рядам, надолго задержался на мне… и двинулся вправо. Фу ты, аж сердце в пятки ушло! Странно на меня действует эта Фаина. И еще более странно, что только на меня. Если подруги еще немного дергаются из солидарности, то все остальные от нее в восторге.
Нет, правда, идеальный же преподаватель! Материал подает нескучно, спать на лекции не мешает, особенно не гоняет, даже за посещаемостью сильно не следит. И что мне не так?
Крутилось на задворках разума что-то пока невнятное, но с мысли меня сбили.
— Сателла, пожалуйста, — определилась с жертвой госпожа декан.
Со стороны целителей раздался горестный стон, сдобренный парочкой замечаний насчет того, что опять ведьмы в любимчиках.
Закусив губу, Элька медленно двинулась к кафедре. Восторга от происходящего она не испытывала. Что и понятно, слишком много у нее тайн, чтобы позволять всяким незнакомым теткам при всем потоке просматривать ауру… или что там Фаина делать надумала?
— Кстати, красивое имя, — отметила преподша, пока Элла шла. — И редкое. Я думала, такое сейчас только в учебнике истории встретить можно.
«Чтоб тебя, грымза проницательная!» — Элла до того испугалась, что я поймала обрывок ее мыслей.
Все-таки интересная штука — ведьминский круг.
Надо как-то помочь подруге, а то ее там удар хватит.
Срочно нужна порча!
А как наслать порчу в аудитории, полной магов, чтобы никто ничего не заметил?
Мы с Красулей затравленно переглянулись.
Пока госпожа Фаина объясняла технологию и выводила на доске довольно сложный узор заклинания, мы лихорадочно думали, но ничего путного на ум, как назло, не шло. И вот, когда Эллу уже окутала золотистая сеть, я окончательно перепугалась и решила прибегнуть к уже проверенному средству.
— Замок, миленький, выручай! — прошептала так тихо, чтобы никто точно расслышать не смог.
Никто, кроме собственно замка.
— О! Как интересно! — закудахтала Фаина. — Ведьмочки образовали круг!
Элла побелела и весьма отчетливо скрипнула зубами.
Я мысленно пожелала доставучей старушенции провалиться.
Особо и не надеялась, что сбудется. Но тут послышался треск!
Провалилась не Фаина, а кафедра рядом с ней, но и то хлеб. От неожиданности Фаина дрогнула, утратила на миг контроль над плетением, и оно развеялось. Элька поспешила убраться на безопасное расстояние, маскируя свой побег вполне закономерным испугом. Преподша же, надо отдать ей должное, реагировала почти спокойно.
— Что же, будем считать это достойным поводом обновить аудиторию. Нашему многоуважаемому ректору давно пора было раскошелиться на ремонт, — полушутливо заявила она, обозревая дыру в полу. Присутствующие один за другим заражались ее спокойствием. — Надеюсь, все запомнили заклинание? Садись, Сателла, на сегодня достаточно. Наше время как раз вышло, можете быть свободны.
Спасибо, замок! Отделались малой кровью.
Хорошо, лекция проходила в зале, расположенном на первом этаже, и из-за провала никто снизу пострадать точно не мог.
— Можете думать, что у меня разыгралась мания преследования, но чего она к нам прицепилась? — ворчала Элла, собирая тетради. — Сначала Цветана, теперь я…
А мне бросилось в глаза, что странная тетка оставила Эльку в покое, как только выяснила про круг. Можно, конечно, списать все на наше с замком вмешательство, но в том, что нервы у Фаины крепкие, мы только что наглядно убедились. Интуиция упрямо нашептывала, что желаемое она узнала, остальное же ее не интересовало. И от этого делалось совсем неуютно.
Наверное, по этой причине сегодня мы покинули аудиторию одними из первых.

Какой-то нечистик, не иначе, подтолкнул меня согласиться тем же вечером на посиделки в компании девчонок, Феликса и нескольких его друзей. Изначально предполагалось, что у Красы и Феликса свидание, но набились парни, у которых далеко не у всех имелись подруги. Красуля с энтузиазмом ухватилась за идею познакомить с кем-нибудь Эльку и потащила ее с собой. Меня сильно не уговаривали, справедливо полагая, что без Глеба мне там будет не так интересно, да и не факт, что он одобрит. Сама не знаю, почему все же пошла.
Вечер поначалу был приятным. И хотя не все из семи магов хорошо относились к ведьмам, все страдания своего друга они помнили прекрасно, а потому задирать нас лишний раз не рисковали.
Развеяться было полезно, так что я откровенно наслаждалась и заодно выгуливала подаренное бабушкой платье — современного кроя, но с очень скромным вырезом, темно-зеленое в редких сиреневых цветах.
Мы бродили по улицам столицы, любовались магическим освещением, останавливались посмотреть на небольшие сценки, разыгрываемые уличными артистами. Парни травили байки из практики начинающих боевых магов, а мы поддерживали их веселым смехом.
Когда ноги уже загудели от усталости, зашли в одну таверну в центре, где поджидал заранее заказанный стол. Место было приличное, публика в основном состояла из воркующих парочек и почти трезвых компаний. Дважды в час сюда заглядывал маг из патруля, проверить, все ли в порядке. Естественно, за такое внимание ему приплачивали, так что неприятные инциденты были почти исключены.
И почему это «почти» с ведьмами всегда срабатывает?
Впрочем, в этот раз я сама виновата. Знала же, что когда-нибудь так и будет.
Пока все пили, ели, болтали и веселились, Красуля не отставала от Эльки, шепотом пытаясь обратить ее внимание то на одного, то на другого парня.
— Может, Федор? — с надеждой.
— Нет.
— Арсений?
— Нет!
— Посмотри на Викентия, он самый симпатичный на их курсе. — Краса осторожно кивнула в сторону улыбчивого блондина со смазливым лицом и даже слишком тренированным телом.
— Да нет же! — Не схвати настойчивая подруга ее за руку, Элька бы точно дала деру.
— Эй, между прочим, я все слышу, — обиженно напомнил о себе Феликс и поспешил обнять Проточную. Просто так, на всякий случай.
Замечание про «самого симпатичного» ему категорически не понравилось.
— А я за подругу переживаю! — Краса слегка поцеловала его в кончик носа, ее глаза заискрились от счастья. — Эль, тогда присмотрись к Базилю, он веселый, знает много историй и рассказывает интересно.
— Уймись уже, а? — змеей прошипела Сателла. — Я Богдана люблю. Другой мне не нужен!
Звучащая в зале музыка не смогла скрыть тихой перепалки, парни начали заинтересованно поглядывать на нас. И последние слова Эллы прекрасно расслышали.
— Магистра Полуночного? — удивился Викентий. — Бывшего декана?
Взгляды будущих магов сосредоточились на Элле.
От всеобщего внимания ее щеки стали пунцовыми.
— Да! — почти выкрикнула девушка, вскочила и понеслась к выходу.
Поначалу мы растерялись, а потом догонять стало поздно. Кто знает, куда ее понесло?
Ничего, Элька — девушка разумная, погуляет и успокоится. Самое худшее — приворотное сварит. Дров наломать не должна.
Решив так, я почти расслабилась.
— Как он это делает? — отмер тот, кого Краса назвала симпатичным. — В нашей группе тоже все девчонки были в него влюблены.
— Двух из трех ведьм увели преподы, — сокрушался Базиль, орудуя ложкой. — Даже несправедливо как-то!
— Потерпи, скорее всего, в следующем году будет новый набор, — усмехнулся тот единственный, кому ведьмочка все же досталась, и потеснее прижал к себе свою девушку. — Может, там повезет больше.
— Радует, что неженатых преподавателей у нас не так много, — проворчал кто-то из тех, кому интересоваться ведьмами вообще не полагалось, ибо имелась девушка.
Так слово за слово — и приятная атмосфера была восстановлена. Жаль, ненадолго.
— Оставь ее в покое, — посоветовал Феликс Красе, когда она перестала дуться. — Не маленькая, сама разберется. Может, сумеет захомутать Богдана. Или сам собой в ее жизни возникнет кто-то еще.
— Ты думаешь? — немного тягуче, потому что все еще обиженно, переспросила Краса.
— Конечно, — уверенно подтвердил Феликс. — Все самое замечательное именно так обычно и происходит — внезапно, вне всякого плана, словно с легкой руки провидения. Например, если бы не глупая сделка с Цветаной, я бы так никогда и не узнал, какая ты на самом деле, и не влюбился. А ведь тогда думал, что погуляю с тобой недельку, избавлюсь от порчи, потом найду какой-нибудь способ отделаться без лишних слез. Так что не мешайся под ногами и дай подруге самостоятельно найти свой шанс.
Ой, елки! И кто его за язык тянул!
Речь, конечно, эффектная получилась, и скрывать все вечно он не обещал, но… Теперь жди бури. Вон как Красуля побагровела.
— Какая еще сделка? — тихо-тихо переспросила она.
Поймав раскаивающийся взгляд Феликса, я пожала плечами. Он начал, ему и продолжать.
— Цветана, чтобы снять с меня порчу, поставила условие, по которому я должен был проявить немного внимания к тебе, — поведал и остальное этот… ну настоящее недоразумение магическое! — Сначала мне это показалось глупостью, но потом я узнал тебя лучше и запал. Прости, надо было раньше все рассказать.
Наткнувшись на мой гневный взгляд, он выставил защиту, справедливо опасаясь новой, еще более изощренной порчи, и поспешно исправился:
— Или вообще молчать.
Вот именно! Еда просто замечательная, жевал бы спокойненько и не портил людям отношения.
Интуиция боязливо подсказывала, что так легко Красуля не успокоится. Как бы мне самой хорошая защита не потребовалась!
Но ошарашенная и обиженная Краса повела себя не как внучка магистра, и даже не как ведьмочка, а как самая обыкновенная девушка. Она вскочила со своего места, бросила нам:
— Знать вас обоих не желаю! Как вы могли?! — залилась слезами и убежала.
Феликс тихо ругнулся, уронил свой стул и рванул догонять.
Теперь интуицию сменил какой-то противненький голосок, и он ехидно нашептывал что-то о том, что, вполне вероятно, мне не защита, а новое жилье может понадобиться. Вот обидно будет! Но, несмотря ни на что, о содеянном я не жалела. Красуля влюблена в Феликса, он в нее тоже, они точно помирятся. А мне ради счастья подруги и пару шишек набить не жалко.
— Да уж, с ведьмами точно не заскучаешь, — присвистнул кто-то из магов.
Я угрожающе сверкнула наколдованными огнями в глазах, чтобы не расслаблялись и не распускали языки, и принялась за еду. Чутье подсказывало, что домой возвращаться еще рано, лучше, чтобы сначала парочка между собой разобралась, а подкрепиться мне совсем не помешает.

Почти получилось расслабиться, хотя осадок от случившегося, конечно, остался и предстоящая встреча с подругой нервировала. Хоть бы она успокоилась и простила меня! Потому что у Проточных мне живется хорошо и съезжать от них даже к родственникам не хочется.
Ужин закончился, и парни предложили еще прогуляться. Мне все еще требовалось потянуть время, так что я охотно согласилась.
И в итоге входила домой, когда часы как раз тихонько пробили два.
Кралась на цыпочках, чтобы никого не потревожить, но, направляясь к лестнице, заметила, что на кухне горит свет. И сама не поняла, какая неведомая сила подтолкнула меня туда заглянуть.
Краса тосковала над кружкой чая. Давно остывшего, судя по отсутствию пара над ним.
Порыв удрать героически подавила. Все равно однажды придется поговорить. Так почему не сейчас? Откладывать самое неприятное на потом и ждать его с внутренним содроганием — сомнительное удовольствие.
— Прости меня, — повинилась я, ступая в кухню. — Как лучше хотела. Но Феликс прав, не надо было от тебя скрывать.
Проточная тоскливо посмотрела на меня, вздохнула и слабо улыбнулась.
— Шутишь?! Редко у кого есть подруга, готовая не просто на словах желать счастья, а на самом деле чем-то помочь. — В улыбке добавилось света, и на щеках ведьмочки обозначились премилые ямочки. — А у меня вот есть!
От сердца немного отлегло, но я не спешила верить своему счастью.
— Так ты не сердишься? — уточнила осторожно и боязливо шагнула к ней.
— Не-а!
— Правда-правда?
— Ни чуточки!
Мы крепко обнялись.

Глава 16

Остаток недели прошел быстро. На выходных я ходила в гости к Полуночным, где познакомилась с теткой и ее мужем, мачехой и еще несколькими дальними родственниками. Потом еще встречалась с Глебом, но заняты мы были не столько романтикой, сколько совершенствованием поискового заклинания. Особых результатов пока не добились. Глеб поспрашивал у знакомых, но ни признаков присутствия в городе элементаля, ни каких-нибудь следов Милы найти пока не удалось.
Мне было не просто страшно, а очень страшно. Дерганое состояние усугублялось еще и осознанием собственного бессилия.
Ни единой зацепки!
Новая неделя началась с запаха малины и булькающего котелка. Если первый я еще сквозь сон почуяла, то второй увидела, только спустившись на кухню. Там разворачивалось преинтереснейшее действо! На краешке стола, надувшись, сидела шиншилла, зелье насыщенного малинового цвета без всякого ее участия само по себе булькало в котле, а рядом с этим безобразием растрепанная Краса в ночнушке с рюшечками недовольно выговаривала Эльке:
— Ты совсем ополоумела?! — Такой злой Красулю я не видела, даже когда она о нашем с Феликсом уговоре проведала. — Так нельзя! В конце концов, это подло!
— А если у меня выхода другого нет? — вяло отбивалась Элла. — В любви, как на войне, все способы и средства подойдут для достижения желаемого.
— Лучше подумай, что будет, когда он тебя с этим заловит! — Красуля притворно округлившимися от страха глазами зыркнула в сторону ни в чем не повинного котла.
— Между прочим, в твоих силах сделать так, чтобы не заловил, — как-то уж слишком спокойно возразила Элла.
Видимо, этот спор идет уже не по первому кругу.
Вот в этот момент я окончательно проснулась, обозрела кухню, потянула носом, проглотила зевок и подозрительно вопросила:
— Девчонки, а что тут у нас происходит? — и еще один зевок спрятала. — Рано же еще, даже Горислав на утреннюю прогулку не отправился.
Элла тряхнула волосами и с видом подбитой стрекозы уперла руки в худые бока.
Но Красуля была так зла, только что не дымилась, и, естественно, не упустила возможности высказать все хотя бы и мне:
— Она варит приворотное зелье и хочет сегодня дать его Богдану!
— А она не хочет мне помогать! — не осталась в долгу Элька.
Подруги обменялись одинаково возмущенными взглядами и с оскорбленным видом друг от друга отвернулись.
А потом в один голос потребовали:
— Ну скажи ей!
Ой, мамочки, мои метелочки! И кто меня просил из комнаты высовываться? Еще два часа можно было спать. Глядишь, они бы к тому времени уже разобрались. А так придется вмешаться, рискуя опять нарваться на чье-нибудь недовольство.
Сказать я могла лишь одно:
— Дядя у меня один, и я категорически против, чтобы его поили всякой гадостью!
— Какая гадость? — возмутилась Элька. — Натурпродукт!
— То-то ты содержимое прошлых двух котлов в помои вылила, — поддела ее Краса.
Элла лишь едва заметно порозовела, и то всего на какой-то миг. Вот смотрю на нее, и иногда кажется, что с императорской кровью, пусть и сильно разбавленной, в комплекте идет и самообладание. Мы уже больше месяца знакомы, и за это время она лишь раз сорвалась.
— Замаскировать не получается, — поджав и без того тонкие губки, призналась пакостница. — Чего я только не перепробовала, все никак!
— Так, может быть, это знак? — с надеждой уточнила я, сцеживая в кулачок очередной зевок.
— Ага! — воспылала энтузиазмом Сателла. — К тому, что одна подруга, которая специализируется на зельях, просто обязана мне помочь.
Богдана стало по-настоящему жалко.
Пререкались они еще где-то час, после чего Краса сдалась, Элька победно усмехнулась, а зелье сравнялось по цвету с обычным малиновым компотом. Запах чуть сгладили, Ядя поколдовала немного над защитой, — и появился шанс провести даже опытного мага.
Я взирала на все без одобрения, но вмешиваться не решалась. Потому как твердо знала одно правило: не лезь под руку к воодушевленной ведьме. Она, может, и не признается, что обиделась, но всенепременно отомстит. Да так, что не подкопаешься! А проснуться перед свиданием с Глебом и увидеть прыщ на носу мне как-то не улыбалось.
Но и сдавать родного дядю, пусть и основательно провинившегося, на ведьминские любовные опыты как-то не хотелось. Вот если бы он сам обратил внимание на Эллу, тогда да.
И что делать?
Надежда на то, что Горислав засечет безобразие и вмешается, лопнула, как мыльный пузырь. Он, похоже, специально самоустранялся, как только у нас затевалось что-нибудь серьезное, смотрел сквозь пальцы на все и давал проявить самостоятельность. Вот и сегодня лучезарно улыбнулся, пожелал доброго утра и ушел на прогулку.
За завтраком и по дороге в Академию я пыталась убедить Эльку, что настоящие чувства куда лучше наколдованных. И не то чтобы она не согласилась, просто в свои девичьи чары уже не верила, а потому вцепилась в бутылку приворотного, точно утопающий в соломинку.
И как только появился магистр Полуночный, пакостница беззаботно предложила ему:
— Компотику не хотите?
Несмотря на середину осени по календарю, погода держалась достаточно жаркая, а преподавателям предписывалось носить или форму, или мантию по выбору. И в мастерской они обычно появлялись, шипя ругательства сквозь зубы, и тут же шли к графину, стоящему на высокой тумбе. На него еще прошлыми владельцами было наложено одно заклинание, чтобы вода постоянно обновлялась и была прохладной.
А тут Элька со своим компотом…
Декан обозрел ее слегка осоловелым взглядом и чуточку заторможенно кивнул. Влюбленная ведьмочка просияла и протянула ему бутылку.
Я решила не оставаться в стороне и состроила Глебу зверскую рожицу. Он послушно подозвал меня к себе.
— Она что, туда плюнула? — спросил иронично.
Их с Богданом отношения не особенно изменились.
— Хуже, — шепотом простонала я. — Делай что хочешь, но сделай так, чтобы он не выпил!
И пока меня вместе с трудновыполнимым заданием не послали в неведомые дали, поспешила смотаться за свой стол. У меня тут тетрадки такие интересные, задание сегодняшнее надо повторить и вообще!
Полуденный тихо хмыкнул, вооружился планом практической части занятия и последовал за Богданом.
Смотреть сквозь стены я не умела, а потому, что там происходило за закрытой дверью, так и осталось тайной. Впрочем, Глебу я всецело доверяла.
Но еще раньше, чем вышли преподаватели, слух резанул отдаленно знакомый звук. До того пронзительный и неприятный, что мы с девчонками поспешили зажать уши. Помогло не особенно, но хоть что-то сделали.
Обмен взглядами в этот раз не помог — ни одна из нас понятия не имела, почему сработала сигналка. И вроде бы по внутренним правилам Академии все, кто имел к ней какое-либо отношение, должны были немедленно собраться во дворе, но мы медлили. Идти туда без наших магов казалось неправильным. Вдруг они там окончательно свихнулись и решили устроить показательное сожжение ведьм?
Через минуту в дверь громко постучали. В тот же самый миг появились Глеб с Богданом. Что примечательно, последний так и держал в руках бутылку, открытую… хоть бы только не початую!
Не дожидаясь разрешения, к нам сунулся рыжеволосый старшекурсник с целительского факультета. Староста, кажется. Мы его встречали пару раз в коридорах.
— Что случилось, Марек? — А магистр Полуночный, судя по тону, еще и относился к парню неплохо.
— Ректорская проверка, приказано всем собраться перед замком, — сообщил целитель. — Будут проводить какой-то особый замер силы, чтобы выявить элементаля тьмы и сдать его властям, пока не натворил дел.
Наши маги синхронно кивнули.
Интересно, они хотя бы подозревают, сколько у них общего? Безумие враждовать с тем, кто даже думает так же, как ты. Обязательно сообщу им об этом при случае.
— У нашего ректора разыгралась мания преследования, — презрительно скривился Глеб, возвращая документы на свой стол. — Сначала охота на ведьм, теперь это. Не удивлюсь, если следующим этапом начнут боевых магов на благонадежность проверять.
Рыжий вежливо улыбнулся, показывая, что оценил шутку, в которой от шутки было совсем немного. А Богдан был нарочито беззаботен:
— Мы сейчас спускаемся, спасибо, — кивнул он, а потом вдруг предложил парню бутылку: — Пить хочешь?
Старостам приходилось еще горче, чем преподавателям: им полагалась форма, а поверх мантия, — так что Марек с энтузиазмом потянулся к предложенному.
— Еще как!
Элька посерела.
Я мысленно потерла ладошки и послала Глебу воздушный поцелуй. Останемся наедине — превращу его в настоящий.
Потребовалось долгое мгновение, чтобы пакостница поняла, что сама собой ситуация не разрешится.
— Нет! — взвилась она со своего места и даже швырнула чем-то сияющим и пульсирующим в бутылку, намереваясь ее разбить… но недаром старостами становятся только круглые отличники — Марек не только мастерски увернулся, но и выставил нехилый щит.
— Не понял… — протянул Богдан.
Элька закусила губу и опустила взгляд. Впрочем, тут же нашла лазейку:
— Я же вам принесла…
— Ну а я вдруг вспомнил, что у меня на малину аллергия, — с простецким видом развел руками магистр боевой магии. — Так что спасибо тебе, Сателла, но попробовать не смогу. Пей, Марек, можешь всю бутылку забрать.
И прежде чем Элла успела хоть слово сказать, целитель алчно приложился к бутылке и осушил ее почти наполовину.
И никто его не остановил!
Краса хихикала, изо всех сил сжимая губы, чтобы никто не заметил. Я глянула на Глеба, но глаза внешне серьезного мага смеялись. Богдан с видом заправского исследователя наблюдал за поглощением приворотного зелья. Ну просто шабаш какой-то! Это там, по слухам, наливают всякую гадость, после поглощения которой внезапно образуются колдовские парочки. Причем многие ведьмы вообще потом вспомнить не могут, как это их так угораздило.
Свое зелье Элька как раз в одной старой книге о шабашах взяла… Подозреваю, именно сейчас она тоже вспомнила сей досадный факт, потому что окончательно поникла и даже тоненько заскулила.
Как только староста оторвался от горла, в оставшемся зелье и на его коже на мгновение вспыхнули одинаковые золотые искры.
— Кажется, подействовало… — прошипела мне на ухо Краса.
Ага! Пакостницу было даже немного жалко, но это не отменяло чувства полного морального удовлетворения.
Надеюсь, эффект обратим? И парня потом расколдуют?
Не хотелось бы случайных жертв.
— Иди, Марек, — повторил декан ведьминского факультета и махнул в сторону двери. — Мы через минуту будем.
Сложно сказать, испытал ли какой-то эффект целитель, но, получив распоряжение, он сразу же удалился. И приворотное с собой унес.
Дверь за ним закрылась, и вся видимая благостность с магистра мгновенно слетела.
— Итак, даже то, что зелье попало в руки не того, не заставило тебя признаться. — Он вперил в Эльку мрачный взгляд.
С ведьмами всегда так: вместо того чтобы проникнуться и устыдиться, Элька начала злиться:
— Так вы нарочно?!
— Разумеется, — ледяным тоном подтвердил маг.
Правильнее бы ей сейчас остановиться и начать показательно раскаиваться, но пакостницу уже понесло.
— Приворотное было для вас. И не смотрите на меня так! Между прочим, это вы сами во всем виноваты! Я к вам со всей душой… всем сердцем… а вы!!! Бесчувственный, бессердечный, бесчеловечный, твердолобый тип! — Ведьмочка выдохлась, сползла на свой стул и чуть слышно уточнила: — Надеюсь, зелье вы нейтрализовали?
Маги переглянулись. Ну прямо как мы с девчонками, когда что-нибудь замышляем.
— Чистосердечное признание засчитано. — Глаза Богдана метали молнии, а губы вдруг сложились в кривую улыбку, которая тоже не предвещала ничего хорошего. — За такое можно и отчислить, но знаешь, я даже наказывать тебя не стану. Скоро сама поймешь почему.
Элла судорожно всхлипнула… а в следующий миг в ее глазах зажглась отчаянная надежда.
Захотелось ее стукнуть, вот честное слово!
Потом пришло доверие. Наверняка же Богдан знает что делает.
Тем временем его взгляд переместился на хихикающую Красу.
— Проточная!
— А я-то что?! — встрепенулась ведьмочка.
— А зелье кто заговаривал? — тягуче осведомился проницательный маг.
Красуля враз поскучнела.
— Две недели будешь помогать целителям варить зелья для городского госпиталя, — огласил довольно жесткое наказание декан. Тут Краса окончательно повесила нос, ведь это означало никаких свиданий, на них просто времени не останется. Сил, кстати, тоже. — Никаких выходных и никакой оплаты. И не смотри на меня так, вот увидишь, Элла тебе еще завидовать будет!
Обещание прозвучало зловеще.
А бессердечный каратель тем временем добрался и до меня.
— Цветана… — Если честно, услышав свое имя, я поначалу не стала дергаться. Может, он меня поблагодарить решил? Ой, наи-и-ивная… — то же, что у Красы, только на неделю.
Я чуть со стула не навернулась от неожиданности.
— За что?! — искренне возмутилась такой несправедливости.
Знала бы, что он такой… ай, да кого я обмануть пытаюсь, все равно бы выручила!
— Была в курсе и не пресекла незаконную деятельность, — нашел причину Полуночный. — Ну и еще для того, чтобы остальные не думали, будто у меня к тебе отношение особое.
Ой, что-то мне себя так жалко стало…
— Все, ведьмы, прекращайте кукситься и идем во двор, там наверняка только нас одних ждут, — отдал следующее распоряжение Богдан и первым покинул аудиторию.
По пути во двор я честно попробовала уговорить Глеба спасти меня от несправедливого наказания, поулыбавшись и пожаловавшись, что у меня на него времени не останется. Но этот несносный тип заявил, что всю неделю будет страшно занят и ему как-то спокойнее, когда я к делу пристроена. Маг, что с него взять.
Перед замком действительно выстроились все. Ждали только нас и преподавателей, которые находились где-то в городе. Но таковых было немного, и уже несколько минут спустя ректор начал занудно объяснять, зачем мы здесь собрались.
И сигналка наконец стихла, что радовало неимоверно.
Марек главное еще наверху сказал, так что я не особенно слушала. Подумаешь, в очередной кулон надо влить силы, ничего сложного! И бояться мне нечего, я-то точно не элементаль. За девчонок тоже не волновалась. Как известно, среди порождений тьмы отметились больше десятка магов и всего одна ведьма. Наверняка и на этот раз будет маг.
Процедура закончилась довольно быстро и ничем особенно не удивила. Ну, разве только тем, что кристаллы были не прозрачные, к каким мы привыкли, а серые с вкраплениями серебристого. Но Глеб шепотом пояснил, что это особый вид, который используют маги из императорской тайной службы, такие кристаллы дольше хранят силу и помогают уловить малейшие признаки тьмы.
Проверяли всех, даже пожилых магов, которые трудятся в Академии не первый десяток лет. Либо у ректора правда крыша поехала, либо после ареста декана боевого факультета он почувствовал, что запахло жареным, и решил выслужиться. Второе более вероятно.
— Надеюсь, хотя бы здесь от вас проблем ждать не надо? — как бы между прочим уточнил Богдан, подозрительно косясь на всех троих по очереди.
Мы с чувством затрясли головами. Еще чего не хватало!
— Хочется верить, — проворчал декан ведьминского факультета.
Вызванные из дворца маги собрали кристаллы и скрылись в порталах. О результатах обещали сообщить через пару дней.
Толпа начала разбредаться.
Мы ждали, пока основная толчея закончится, чтобы потом спокойно пройти в аудиторию, а потому немного задержались и покидали место сбора одними из последних. Тут-то нас и отловил Марек. Вернее, не всех нас, а Эльку. Мы так, за компанию и в качестве моральной поддержки остались, хоть пакостница и не заслужила.
Отловил, сцапал нежно за руку и та-а-ак посмотрел, что последние сомнения насчет действия приворота отвалились. Еще как работает! У-у-у, эти коварные маги!!!
— Раньше и не замечал, какая ты красивая, — борясь со смущением, выдавил парень и преданно заглянул ведьмочке в глаза.
Элька побледнела, но вспомнила одно из главных ведьминских правил — ни в каких пакостях не признаваться! — и принялась усердно ему следовать:
— Может, и сейчас не заметишь? — спросила с надеждой.
— Поздно, — уголками губ улыбнулся целитель. — Эль, может, в парк как-нибудь сходим?
Ответ ожидался любой, от откровенной грубости до сильнодействующего проклятия, но только не тот, который прозвучал:
— Завтра вечером пойдет?
— Конечно!
Мне не послышалось? Она его сама на свидание пригласила?!
Парочка быстро условилась о месте, после чего Элла спровадила поклонника на занятия, а мы потопали на свои.
Но как только Марек удалился достаточно далеко, чтобы ничего лишнего не услышать, Элька вцепилась в нас:
— Умоляю, скажите, что вы знаете, как его расколдовать!
— Откуда? — удивилась Краса, как самая сведущая в зельях. — Я все делала по книге, которую ты мне дала.
— А я ее у вас в старом шкафу нашла!
Подруги обменялись затравленными взглядами и дружно воззрились на меня. Будто я что-то могу!
— Ладно, поговорю с дядей, — дрогнула под напором двух просящих мордашек. — И с Глебом тоже.
Нащупав спасительную соломинку, мы зашагали дальше. Но не далеко.
Да уж, с такими препятствиями мы до ведьминского факультета, кажется, даже в первые свои дни в Академии, когда нас все активно ненавидели, не добирались.
— Стойте, разговор есть. — Три целительницы призраками выскользнули из-за одной из статуй, коих по коридорам было расставлено множество.
Этих девчонок мы знали по развалившимся платьям и физподготовке, и хотя в последнее время отношения у нас заметно улучшились, столь внезапное появление целительниц настораживало. Все-таки близкими подругами мы не стали и на перерывах секретничать друг к другу не бегали.
— Что случилось? — первой опомнилась я.
Не хватало еще, чтобы Богдан нам за опоздание выволочку устроил!
Целительницы переглянулись, и вперед выступила одна, я распознала на ней сразу три слабеньких защитных заклинания. Однако смелая.
— Вам точно скрывать нечего? — Она опасливо оглядела нас, будто существовала вероятность, что прямо сейчас из-за наших спин начнут выскакивать страшные секреты.
— Но и делиться с каждым встречным мы готовы не всем, — разумно заметила Краса.
— Речь о проверке, — собравшись с духом, внесла ясность целительница.
Остальные две помалкивали и исполняли функцию довольно слабенькой моральной поддержки.
— Тут нечего, — за всех ответила Элла. — Абсолютно.
Голос ведьмочки прозвучал уверенно.
— А что? — почему-то показалось важным это спросить.
— Просто хотели предупредить, что наша декан отчего-то вас невзлюбила, — очень тихо, так, чтобы даже стены не смогли подслушать, произнесла целительница. — И это она насоветовала ректору устроить эту проверку. Сказала, что одна из вас — точно темный элементаль. Мы вчера их в кондитерской застукали. Думали, у старичков любовь, романтика, решили подслушать — а они вот о чем говорили!
Поблагодарив переменивших к нам отношение девчонок, мы с подругами наконец отправились в аудиторию — огребать честно заслуженный втык за опоздание.
Но пищу для размышлений мы получили. Знать бы еще, как применить полезную информацию…

— Простите, я вас так подставила с этим приворотным! — сокрушалась Элька поздним вечером по дороге домой.
Самой ей, к слову, еще и дополнительно досталось: не то чтобы наказание в прямом смысле получила, но обязанность самостоятельно найти способ и снять приворот вполне могла сойти за таковое. Настроена пакостница была решительно, но моя интуиция твердила, что все не будет легко.
Раскаивалась подруга искренне, даже по Богдану на время терзаться перестала, и этот редкий момент надо было ловить. Мне в голову пришла просто потрясающая идея. Главное, чтобы она согласилась!
— Эль? — Я осторожно тронула подругу за рукав.
— Больше приворотное ни-ни, — честно заверила она.
— Да я не об этом! — отмахнулась досадливо.
Краса шла рядом с безучастным видом, слишком расстроенная сорвавшимся свиданием с Феликсом, чтобы думать о чем-то еще или хотя бы вслушиваться в нашу болтовню.
— Правда? — встрепенулась моя отличившаяся подруга. — А о чем?
— Давай в этой твоей книге поищем ритуал, чтобы вызвать нужное видение? — предложила я и заранее настроилась услышать категорический отказ. — Тогда мы с Красой тебе несправедливое наказание забудем. Правда, Красуля?
Сомневаюсь, что Проточная поняла, что я только что сказала, но в нужном месте вяло угукнула, и на том спасибо. Даже черная метла, просвистевшая рядом с ухом, ее не оживила. Правда, на сей раз метла без всяких воздействий с моей стороны сама вильнула в сторону, чтобы не задеть хозяйку. Привыкает, что ли?
— Шантажистки, — умилилась пакостная ведьма. — Ладно, согласна. И я даже знаю, где искать, видела на чердаке одну книгу…
Нам так не терпелось провернуть все побыстрее, что остаток дороги до дома летели на метлах. А там не стали ужинать и переодеваться в домашние платья, побросали сумки и едва ли не наперегонки рванули на чердак.
Еще минутку заняли поиски нужной книги, потом некоторое время пришлось истратить на чтение с последующим обсуждением ритуала. Зато ждать, пока Горислав уснет, не пришлось. Его не было дома. Раз в неделю пожилой маг читал какой-то свой спецкурс боевым магам, потом встречался с друзьями, чтобы поиграть в карты, вспомнить прошлые дни и пропустить пару стаканчиков вина. В общем, раньше полуночи он не вернется, и до этого весь его ритуальный зал в нашем полном распоряжении.
Удачно все складывается! Так удачно, что даже боязно.
— Там наверняка какая-нибудь хитрая защита. — Неспокойно мне было оттого, что все получалось так легко, пришлось срочно выдумывать проблему.
— Ага, — кивнула Краса, отчего ее кудряшки смешно спружинили. — Только она настроена не лично на деда, а на весь наш род. Мне ничего не будет. А поскольку вы связаны со мной кругом, то и вам тоже.
Но, посовещавшись, мы все же решили спуститься в зал лишь затем, чтобы взять все нужное, а сам ритуал провести в гостиной. Там особых опасностей и разрушений не предполагается, так что можно.
Начертали силовую пентаграмму, Краса сварила зелье. Его предполагалось не пить, а вдыхать — запах снимет преграды, а заклинание поможет вызвать нужное видение. Элла расположилась на мягком диванчике, обхватила ладонями большую кружку, прикрыла глаза и принялась глубоко дышать. Мы с Красой тоже придерживали кружку, чтобы, когда начнется видение, она случайно не облилась и не ошпарилась, и одновременно шепотом читали заклинание.
Первое время ничего особенного не происходило. Разве что запах был настолько сильный, что густой туман стал мало-помалу заволакивать и мои мысли, и я всерьез забоялась, как бы вместо Эльки видение не случилось у меня. Но ничего незапланированного не произошло, силовая пентаграмма уравновешивала магию и направляла ее действие в нужное русло. Скоро на меня навалилась сонливость, я даже клюнула разок носом… но тут Элла вздрогнула и срывающимся от волнения голосом сообщила:
— Кажется, началось…
— Что ты видишь? — тут же пристала к ней Краса.
— Думай о девушках! — взмолилась я.
Целую вечность, если верить ощущениям, она просто дышала и молчала, настраиваясь. Мы с Красой уже взвыть были готовы, когда нам перепали первые крохи информации:
— Там сыро и холодно, как в подвале. И окон нет, — медленно, растягивая слова, заговорила ведьма с задатками провидицы. — Но пахнет приятно, лимоном и мятой. Еще какими-то травками, но совсем слабо, и не пойму, чем именно. Девушки лежат на полу треугольником. Одна ведьмочка, одна вообще без всяких способностей и… неинициированная магиня, кажется.
И почему мы раньше не додумались провести такой ритуал? Ведь до разгадки было рукой подать.
Но жертвы разные… Значит, внезапно объявившийся элементаль не имеет к этому никакого отношения. Ему, для того чтобы войти в полную силу, или ведьмы, или маги нужны, в зависимости от того, кто он сам. И он бы растягивать удовольствие не стал, сразу бы выпил вожделенную магию.
Непонятного стало еще больше, чем до видения!
А Элла меж тем продолжала:
— Силовые путы не дают им пошевелиться или закричать. Та, которая вообще без магии, вконец обессилена, она уже несколько суток не приходила в себя. Ведьмочка иногда открывает глаза, но тоже истощена, а магиня еще пытается трепыхаться, но ничего не выходит.
— Осмотрись! — дрожа от волнения, попросила я.
Минуту продержалось молчание, Элька выполняла поручение. Потом снова заговорила:
— В полу есть углубление, в нем установлен котел с зельем. Жизненная сила девчонок медленно стекает в него. — Глаза подруги были пустые, будто она смотрела внутрь себя. — А больше ничего нет. Голые стены, пол и потолок.
— Попробуй найти лестницу наверх, — придумала Краса.
— Нет лестницы. — Элла даже паузу не взяла, сразу с полной уверенностью ответила. — Но есть дверь. На ней элементарная защита от случайного хулиганья и немного ржавый замок.
Я сморщила нос. Ну и кто так защищает место проведения опасного и противозаконного ритуала?
Наглость неизвестного злодея впечатляла.
Конечно, можно было понадеяться, что это не наглость, а глупость, но я не стала.
— Можешь посмотреть, что там за ней? — Я позволила себе весьма смелую надежду. — В идеале — взглянуть на здание снаружи.
— Да… сейчас… подожди… — ответ оправдал самые смелые ожидания.
Сегодня нам поразительно везет! Это же потом только и останется, что побродить по городу и найти нужный дом. Пожалуй, даже утра ждать не станем, отправим весточку Глебу и начнем прямо сейчас. Глядишь, всех троих удастся спасти…
Вот зря я обрадовалась! Слишком рано.
Сглазила.
Элла не успела начать снова говорить, как в дверь затарабанили, одновременно сработал магический звонок.
Пентаграмма слабо вспыхнула и пропала. Элла застонала и схватилась за виски. Хорошо, Краса кружку до сих пор придерживала.
Тихо шипя сквозь зубы и призывая всевозможные кары на голову неурочного визитера, я пошла открывать. Сил повторить ритуал у Эллы точно не хватит, ей понадобится несколько дней для восстановления. А спасать девушек надо сейчас!
— Сателла Хмарная здесь живет? — На пороге обнаружились четыре императорских мага в алой форме.
Бесстрастные выражения на их лицах мне совсем не понравились. Не хочется каркать, но не к добру это.
И интуиция тихонько шепнула, что врать бесполезно, только Эльке хуже сделаю.
— Да, — нехотя кивнула я. — Сейчас ее позову, минутку.
Но ждать элитные маги не собирались и особенно церемониться с кем бы то ни было не привыкли. Меня вежливо, но настойчиво отодвинули в сторону и всей толпой ввалились в дом.
— Кто из вас Сателла Хмарная? — рявкнули они, обнаружив ведьмочек в гостиной.
— Я, — прошелестела Элька с дивана.
Ритуал был прерван слишком резко, а потому отнял гораздо больше сил, чем должен был при правильном ходе событий. И сейчас Эллой владела мучительная слабость.
— Вы подозреваетесь в том, что являетесь темным элементалем, — холодно сообщил один из пришедших. — Встаньте и пройдите с нами для выяснения всех обстоятельств.
Прозвучало обвинение до того абсурдно, что даже испугаться толком не получилось. Мы с Красой обменялись растерянными взглядами.
А вот Элька была до глубины души возмущена:
— Что-о?! — От злости даже силы вдруг появились, и ведьмочка так и взвилась над диваном.
Маги только того и ждали — схватили ее за руки и на каждое запястье надели по блокирующему силу браслету.
— На выход.
Мы с Красой проводили ошарашенными взглядами их спины, потом опомнились и бросились следом.
— Стойте! Да постойте же!!!
Следом, почуяв, что у хозяек затевается нечто интересное, неслись метлы и фамильяры.
— Клянусь силой, это не я! — Элла больше нас старалась убедить, чем магов. Опасности она еще толком не осознала.
И мы поверили.
Элементаль не элементаль, какая разница?! С тьмой внутри или без, она наша подруга! Остальное вдруг показалось мелким и незначительным.
— Слышите? Она невиновна! — вторили Эльке мы.
Повезло еще, что до мрачного темно-серого здания, которое занимали элитные маги пополам с дознавателями из тайной службы, было рукой подать, и они не стали открывать портал, пешком повели. Впрочем, ведьмы — народ наглый, особенно когда чувствуют, что их ущемляют. Мы бы и в портал за ними пролезли!
Элька не сопротивлялась, только твердила, что не имеет никакого отношения к элементалю, которого все ищут, и вообще не сделала ничего дурного.
Пока шли, умудрились так достать выдержанных магов, что на нас даже рявкнули пару раз. Возмездие не заставило себя долго ждать: одному досталось метлой, в другого ядовито плюнули. Но даже все это не помогло, и наших уверений в Элькиной невиновности не услышали, как и не придали значения рассказу о прерванном ритуале и о том, что трем похищенным девушкам нужна помощь.
Дверь захлопнули прямо перед нашими носами, а Эллу повели дальше.
Естественно, пройти следом не удалось. Было заперто. Я так разозлилась, что с досады пнула дверь ногой. Еще и туфли порвала! Ну совсем отлично!
— Надо разыскать деда, — сообразила Краса. — У него везде знакомые есть, он разберется.
— Ты лети, а я Глебу весточку пошлю. — У меня тоже было к кому обратиться. — И Богдану на всякий случай.
Красуля кивнула и уселась на метлу. Проникшись серьезностью ситуации, черная вредина характер показывать не стала и без лишних капризов унеслась в заданном хозяйкой направлении.
Я торопливо зашагала по ночному городу. Лучше бы было тоже полететь, но на мне осталось целых четыре фамильяра, приходилось хромать на своих двоих. Прямо скажем, испорченная туфелька и болящая нога скорости передвижениям не добавляли.
В том, что удача на сегодня перевыполнила свой лимит и теперь подло отлынивает, я убедилась, когда обнаружила, что нечаянно свернула не в ту сторону. Теперь придется возле Академии крюк делать.
Мысли прыгали с Эльки на Милу и обратно. За первую было страшно, но не до паники. Наверняка наши маги придумают какой-нибудь выход! А вот подруге детства опасность грозила смертельная. Сколько она уже там? И на сколько у нее еще хватит сил? Кстати, еще один небезынтересный вопрос: какое зелье готовит неизвестный злодей? Надо было спросить у Красы, пока она была рядом. Она же у нас специализируется на зельях.
Из размышлений я выпала возле самой Академии, услышав кошачье шипение. Моргнула, огляделась.
Милин доходяга так встопорщил шерсть, что даже перестал казаться таким тощим. Усы зло подергивались, глаза горели ярче фонарей, а хвост нервно бил по сторонам.
— Я помню, что ты недолюбливаешь это место. — Теряя драгоценные мгновения, я опустилась на корточки и ласково провела ладонью по пушистой спинке. — Пошли отсюда, надо Эльку вытаскивать.
Но кот не двинулся с места.
— Фс-с-с-с! — Круглые желтые глазищи зло полыхнули на замок… или не совсем на замок.
Очень кстати мне вспомнилось, что перепуганный истощенный кот бежал не из замка, а в него. Раньше я считала, что с какой-нибудь из близлежащих улиц, но сейчас… взгляд прошелся по каменной сторожке у ворот — все три окна светились, но местные сторожа не горели желанием обходить вверенную им территорию, всецело полагаясь на магическую защиту.
Окна есть, значит, точно не то. А вот дальше, прикрытые живой изгородью, чтобы глаза не мозолили и не портили вид, расположились хозяйственные постройки. И кот фырчит куда-то туда. Или это у меня расшалилась фантазия?
Забыв обо всем на свете, я стала медленно обходить забор и так через некоторое время добралась до показанной Глебом лазейки. Не раз уже видела, как он справляется с защитой. Делать все то же самое самой и без подсказок оказалось в разы сложнее, но у меня получилось.
— Значит, так, — прошипела сообщникам. — Ядя, отправляешься за Глебом. Матвей — за Богданом. Чтобы было быстрее, садитесь на метлу, вам почти в одно место надо, а она там уже была и дорогу знает. Свин, за мной! Доходяга, ждешь на улице.
Метла с фамильярами унеслась в ночь, а я, стараясь не шуметь, проскользнула на территорию Академии и стала аккуратно пробираться к хозяйственным строениям.
Мне повезло, нужное нашлось быстро. Точнее, я сразу откинула те, о содержимом которых была осведомлена, потом из оставшихся выбрала наиболее подходящее и на цыпочках направилась к нему. Интуиция подсказывала, что я не ошиблась.
Приблизившись почти вплотную, почувствовала слабенькую стандартную защиту.
Да похитителю даже утруждаться не пришлось, чары наверняка преподаватели наложили от всякого хулиганья! Немного странно, что за несколько недель сюда так никто и не заглянул, но и этому быстро нашлось объяснение. Оно табличкой было приколочено к стене постройки: «Закреплено за целительским факультетом».
Прелесть какая! Так и чувствую, что место еще одного декана в Академии скоро станет вакантным.
В глубине души прогулялся неприятный холодок, но я его проигнорировала. Не до того сейчас.
Быстро расправившись с защитой, я попросила свина испортить замок, и когда тот попросту развалился на глазах, осторожно приоткрыла дверь.
И остолбенела!
Слишком темно внутри не было из-за слабого мерцания, исходящего от зелья в котле, что давало возможность все хорошенько рассмотреть. И зрелище, мягко говоря, впечатляло. Магические узоры! Три девушки, уложенные треугольником! Их жизненные силы по капельке стекали в котел.
Запах действительно был приятный, травяной, с преобладающими нотками лимона и мяты, и это служило очередным доказательством, что тут поработал целитель. Интуиция даже подсказала, который, но я от нее отмахнулась. Нельзя назначать виновных, основываясь лишь на личной неприязни. Пусть даже на взаимной.
— Мила! — Ступор сменился жаждой деятельности, и я бросилась к распростертой на полу подруге и принялась ее тормошить. — Мила, да очнись же ты!
Но ни она сама, ни другие две девушки на мое появление никак не прореагировали. Хотя все три были, бесспорно, живы, что внушало некоторый оптимизм.
Одна их отсюда не вытащу.
И что делать?
Хоть бы маги появились скоро…
— Виии! — взвыл у двери свин.
— Цветана, — пропел приятный голос. — Какой сюрприз!
Подняться на ноги или хотя бы обернуться, чтобы окончательно удостовериться в личности негодяйки, я не успела. Затылок обожгла боль, и меня стремительно поглотила темнота.
Эта зараза даже колдовать не стала, просто стукнула меня по голове!

Очнулась достаточно быстро и поняла, что связана по рукам и ногам. Обычными веревками. Даже банально как-то. Было бы, если бы не блокирующий силу браслет.
— Эта встреча должна была состояться, но несколько позже, — удрученно покачала головой Фаина. — Когда я закончу с зельем и проведу ритуал.
Молчу. Хлопаю глазами. Осознаю.
Образ милой такой бабушки, старомодное платье и высокая прическа никак не вязались с тем, что творила эта особа. В конце концов, она же целительница! Она помогать должна, а не вредить!
— Но человек предполагает, а провидение располагает, — с видом мученицы вздохнула злыдня. — Так даже лучше. Ты собственными глазами увидишь, как жизнь уйдет из твоей подруги. Тоже хорошая месть!
И она, улыбнувшись своему плану, направилась к двери.
— За что?! — опомнилась я.
Неожиданность, однако. Я думала, это просто мерзопакостность натуры, а у нее тут, оказывается, месть. А я даже не в курсе за что. Непорядок!
— Она еще спрашивает! — Фаина была чрезвычайно недовольна моей несообразительностью.
— Я правда не понимаю, — затрясла головой я, радуясь, что хоть какая-то часть тела двигается. — Я же вас даже не знала до недавнего времени…
Декан целительского факультета окинула меня уничижительным взглядом, и когда он не возымел действия, снизошла до словесных объяснений:
— Знала, просто не обращала внимания.
— Не припомню!
— Мы без малого семнадцать лет в одном городе прожили, — дали мне подсказку.
И все равно ничегошеньки не понимаю.
— Так вы тоже из Натсара?
Ясные голубые глаза посмотрели на меня как на умственно отсталую. Им решительно не шло это холодное презрительное выражение.
— Что, и сейчас не узнаешь? — Фаину даже начала забавлять эта ситуация.
— Н-нет, — пролепетала я, перебирая в уме жителей родного города.
Врагов у меня не было. Точнее, был один, но, во-первых, он был мужчиной, а во-вторых, уже больше года, как безнадежно мертв. В остальном же вспомнились те, с кем мы с подругами поддерживали теплые отношения, те, с кем держали нейтралитет, и те, кто недавно перебрался в городок или его окрестности, с ними мы толком не были знакомы. Но в чем я была твердо уверена, так это в том, что ни у кого не отыщется причин меня ненавидеть.
— В этом и есть главная прелесть того, чтобы быть служанкой, — хихикнула целительница. — На тебя никто не обращает внимания.
Эта подсказка, в отличие от предыдущей, возымела небольшой эффект: во мне слабо шевельнулась догадка. Но так и погасла искоркой, не разросшись в огонек узнавания. То ли страх тому причина, то ли удар по голове, но память служить отказывалась. А может, права Фаина и я действительно просто не замечала ее.
— Дома меня звали Фалиной, или попросту Линой, — продолжала она. — Но по твоей милости у меня больше нет дома! И того, кто был мне вместо сына, тоже нет. Вот смех, перебравшись в столицу, я даже имя оставила почти привычное, никаких иллюзий накладывать не стала, всего-то купила три новых платья и подделала документы. А все равно твоя подружка не узнала меня, пока я ее не стукнула по голове и не заперла.
От узнавания меня бросило в жар. Потом затрясло.
Точно! Помню, мы с девчонками еще смеялись над дурацким именем! Но служанкой в полном смысле эта особа не была. Господин Невнятный так ценил свою старую няньку, что поселил ее в покоях своей покойной матушки и освободил от всякой работы. Она редко выходила из дома, соответственно мы почти не пересекались. Я даже лица ее толком не помнила.
— Ваш «почти сын» убил мою подругу! — рявкнула я, ощущая небывалый приток сил.
Впрочем, освободиться от браслета и пут мне это нисколько не помогло. И свин был заперт в силовую клетку и упакован в ошейник с тем же свойством, что и мой браслет.
— Зря мы тронули ту ведьмочку, признаю, — вздохнула злодеюка… надо же, раньше я и понятия не имела, что у нее есть магия. — Недооценили вас, пигалиц. Но мне нужна была последняя жертва для восстановления дара, со всеми другими прошло гладко, вот мы и расслабились. Потеряли бдительность.
Раскаянием тут и не пахло. Так, сожаление о собственной недальновидности.
Еще вдруг подумалось, что дар только за преступления опечатывают. Печати сломать можно, если проявить изобретательность, но восстановить силы и подчинить магию сложно — для этого, видимо, и потребовались жертвы.
— И теперь ты мстишь? — Раз уж у нас тут откровенный разговор, я решила узнать все.
Фаина… или как там ее… звонко рассмеялась и посмотрела на меня почти с состраданием.
— Месть для слабаков и дураков, — произнесла она несколько несвойственные для злодейки слова. — Не стану скрывать, я вас ненавижу. Всей душой! Но не появись Милица в Академии, мы бы больше не встретились никогда. Для зелья мне сгодились бы любые три девчонки с подходящими данными.
В цепочке восстановленных событий, выстраиваемой мною в голове, оставалось все меньше недостающих звеньев.
— Какого зелья? Судя по непонятно как присвоенному посту декана, магию вы восстановили…
Оставлять меня в живых Фаина не планировала, а потому и не скрывала ничего.
— Зелья возрождения. Я хочу вернуть моего мальчика.
Идея, прямо скажем, неважная. На мой объективный взгляд, мир без этого «мальчика» только добрее стал.
Чудовище! Столько ни в чем не повинных девчонок извел!
И жаба эта недалеко от него ушла!
— Это хуже самой черной магии! — взвилась я. — Прямое нарушение законов бытия!
Карга, конечно же, не впечатлялась.
— Плевать я хотела на эти законы, — фыркнула она. — Через трое суток зелье будет готово, останется только ритуал провести. Ты увидишь, как умрут эти никчемные курицы. А потом я подарю ему тебя, пусть сам убьет.
Звучало отвратно, но мне почему-то даже страшно не было. Слишком сильна оказалась вера в друзей и любимого.
— Сигналка среагировала на вас, — поделилась я умной мыслью. — Почуяла, когда ты начала ритуал, и среагировала. Вас обоих поймают и казнят!
— Пока все ищут темного элементаля, хватит времени, чтобы исчезнуть, — со змеиной улыбочкой заявила Фаина. Но мои слова, очевидно, заставили ее задуматься. — А впрочем, ускорим процесс…
И она по-старчески неспешно направилась к жертвам, опутанным сонным заклятием.
— Эй, ты что задумала?! — заволновалась я.
Но что я могла, связанная?
В руке Фаины блеснул небольшой складной ножик.
Я всей душой потянулась к замку, моля его остановить это, но ничего не вышло. Он не услышал. Магия места никак не среагировала. Наверное, она не распространяется на хозяйственные постройки.
Склонившись над девушками, негодяйка по очереди резанула им запястья.
Надрезы были неглубокие, от таких быстро не умрешь, но кровь закапала прямо на узоры на полу, и те вспыхнули ярче. Я почувствовала, как увеличивается концентрация силы в воздухе.
Зелье в котле одобрительно забурлило.
— Ну вот, — улыбнулась Фаина. — Вместо трех суток — час.
Только теперь мне стало по-настоящему страшно. А если друзья не успеют? Если появятся, когда уже будет поздно?
На донышке души обосновалась совершенно абсурдная зависть к девчонкам — они хотя бы в отключке и не чувствуют ничего. А мне тут одной приходится отдуваться и трястись за всех.
Свин, заразившись моей паникой, завизжал в своей клетке.
Та, что в последние недели была моей нелюбимой преподшей, гадостно усмехнулась.
Холодные камни пола жгли, словно раскаленные угли. Как ни старалась, избавиться от веревок я не могла. Страх… да что там, настоящий ужас выступил холодными капельками на лбу и спине. А Фаина наблюдала за мной с нескрываемым удовольствием. Я уже готова была наплевать на гордость и дать волю слезам, взмолиться о пощаде, прекрасно понимая бесполезность этого мероприятия, но тут каменная постройка дрогнула.
Кажется, каждый камешек завибрировал.
С несвойственной пожилым людям прытью Фаина резко крутнулась на месте, но это было все, на что она прямо сейчас оказалась способна. Видимо, ускорение процесса приготовления зелья отняло у нее много сил. А сил этих и без того было негусто, иначе не затянулось бы воплощение ее планов на несколько недель.
Дверь пылью осыпалась на порог.
Полыхнули огни заклинаний.
Глаза злодейки неверяще расширились.
Но раньше, чем магия успела добраться до нее, в дверной проем, расталкивая магов, влетела черная метла и на полной скоростй врезалась Фаине в лоб.
Послышался хруст, и в стороны веером полетели алые брызги.
Часть из них попала на узор, пентаграмма задымилась.
Я судорожно всхлипнула и сжала губы, к горлу подкатывала тошнота.
— Просто вопиющая несправедливость, — проворчал Глеб, быстрым шагом направляясь ко мне. — Ты несешься, спешишь спасти любимую девушку, даже успеваешь, а все лавры героя-избавителя загребает себе какой-то кусок деревяшки, нашпигованный магией. Ай!
Это метла обиделась на «кусок деревяшки» и отвесила кому-то болтливому подзатыльник.
Глеб даже отвлекаться на то, чтобы потереть ушибленное место, не стал — меня распутывал.
— Полностью согласен! — проявил поразительную солидарность с ним Богдан.
Хм. Пора бояться? Настораживает меня их взаимопонимание.
Но только получив свободу, я бросилась на шею любимому и залилась слезами. Глупо, все же закончилось хорошо, и перед магами стыдно, но поделать с собой ничего не могла.
— Эй, ты меня сейчас утопишь, — ворчал Глеб, скрывая собственное волнение, одной рукой поглаживал меня по трясущимся плечам, а второй выплетал заклинание, чтобы развеять наколдованную клетку и освободить свина.
Тем временем Богдан деактивировал пентаграмму и теперь снимал с девушек заклинание сна.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала я в мокрую шею Полуденного.
Почему-то казалось важным сказать это прямо сейчас.
— Только чур без меня больше в неприятности не влипать, — потребовал Глеб.
Ответом ему был согласный всхлип.
— Хочу вам напомнить, что с некоторых пор старший мужчина в семье Полуночных — я, — не преминул заметить Богдан, проверяя пульс у Милы.
— И что? — меланхолично осведомился Глеб, продолжая обнимать меня одной рукой, а второй стаскивая со свина антимагический ошейник. — Будешь препятствовать?
— Напротив, хочу предложить тебе ее руку, пока моя матушка не подсуетилась. — Декан ведьминского факультета умел быть неожиданным.
Эмоции были до того сильны, что я даже плакать прекратила. В голове вертелись сотни возражений: сейчас не время, Глеб сам должен попросить моей руки, и вообще еще не факт, что я соглашусь…
— Беру, — просто сказал Полуденный и поцеловал меня в макушку.
Так приятно стало. И опять слезы по щекам потекли.
— Учти, обидишь ее — закопаю, — буднично предупредил дядя.
— Хочу сказать тебе то же самое, — ответил полной взаимностью Глеб.
— Эй, а ведьминского мнения спросить?! — наконец собралась с мыслями и поняла, что не так, я.
На что маги прореагировали совершенно одинаковыми наглыми ухмылками.
Кажется, только что закончилась многолетняя вражда. И закончилась она самым традиционным образом — браком. И не то чтобы я была против, но ведьминская вредность — это порой такая гадость… Вот и сейчас, вроде бы я счастлива и улыбаться тянет, но как же хочется наслать на этих двух нахалов какую-нибудь пакость! Да хоть бы по жужжащему ночами над ухом комару!
И я уже была полна решимости так и сделать, чтоб неповадно было за меня решать, но тут установившуюся идиллию нарушил вскрик Красы:
— Ой, а зелье-то готово!
Она в окружении фамильяров склонилась над котлом и что-то там рассматривала. Судя по неуместно довольной мордашке, увиденное ей нравилось.
Ну вот, все в сборе. Только Элька в заточении сидит, да Горислава с моей метлой нет. Видимо, он на ней куда-то полетел.
Тут мне вдруг вспомнилось кое-что действительно важное:
— Надо императорских магов вызвать, пока тут ничего не прибрали. — И в ответ на недоуменные взгляды всех собравшихся объяснила: — Не было никакого темного элементаля. Это охранка на выкрутасы Фаины реагировала.

Всего неделя минула, а столько событий произошло, что хватило бы на целую вечность. И все они были хорошие и радовали необычайно.
Вызванные маги разобрались с колдовством, Фаиной и зельем. Правда, Эльку из их цепких лап пришлось вырывать едва ли не с боем. Как выяснилось, элементаля в ней изначально не подозревали. Но они прознали, к какой семье относится ведьмочка, и сочли ее опасной. Горислав с Богданом задействовали все свои связи, чтобы вытащить ее, а саму Эллу в подземельях императорских магов заставили подписать кучу свитков и дать несколько клятв, и все о том, что на трон она даже в мыслях не претендует. Еще замуж попытались пристроить, но тут пакостница взбесилась и кого-то там прокляла, да так основательно, что пришлось ее отпустить, лишь бы только колдовство свое развеяла. В итоге уже к вечеру следующего дня бледная и заплаканная подруга была с нами.
Чудом спасенных девчонок отправили в госпиталь. Вот тут пригодилась зарождающаяся дружба с целительницами! Там же визиты только по определенным дням и часам разрешены, но мне так не терпелось увидеть Милу… Пришлось упрашивать одну из практикующихся там девушек меня тайком провести.
Мы тогда несколько часов проговорили! Наобнимались, наплакались, и Мила развеяла последнюю оставшуюся тайну: рассказала, как Фаина несколько недель продержала ее взаперти в своем городском доме, прежде чем начала ритуал.
Новость о нашей с Глебом помолвке вызвала ужасный скандал. Полуденные с Полуночными едва не поубивали друг друга. Потом, правда, договорились и согласились, почти даже помирились, но быстро нашли новые причины для противоречий: когда свадьбу справлять, кому ее оплачивать, чьи подарки будут богаче, где жить молодым… Кажется, даже жизни наших детей, внуков и правнуков до самой старости распланировали. Может, и дальше все расписали, не знаю, мы с Глебом потихоньку удрали, не дослушав.
Смылись к Гориславу и там закатили пирушку, чтобы отметить и нашу помолвку по-человечески, и мое счастливое воссоединение с Милой. Она сразу же пришлась ко двору, и с дня, когда ее выписали из госпиталя, делила со мной комнату. С девчонками тоже общий язык нашла. Так что ее будущее казалось делом решенным, и вопрос я задала скорее для порядка:
— Какие планы? Думаю, после всего случившегося тебя должны без всяких проволочек определить на наш курс.
Давняя подруга смущенно улыбнулась и спрятала за ухо прядку темных волос, чтобы не мешала.
— Твой дядя обещал что-то такое, но я думаю поработать несколько месяцев в кондитерской у Марицы, а там посмотрим.
Прямо скажем, ответ оказался неожиданным.
Я даже вином, которое потягивала из бокала, подавилась.
— Эй, вообще-то это ты мечтала об Академии! — возмутилась, когда прокашлялась. — Как же так?!
Улыбка Милы стала немного виноватой.
— В конце концов, все сложилось неплохо, — уверенно произнесла она. — У тебя есть подруги и жених. Я познакомилась с девчонками, которых Фаина чуть не убила со мной за компанию, и мы неплохо поладили. А один из магов меня навещал в госпитале. Три раза, с цветами и сладостями. Как видишь, жизнь налаживается. Но на Академию я теперь смотреть не могу!
Оно, конечно, хорошо, но тоскливо как-то.
Однако прежде чем я успела начать возражать, Глеб просек мои намерения и крепко обнял за плечи, прижимая к себе.
— Не дави на нее, — шепнул он мне на ухо. Впрочем, Мила это тоже могла прекрасно слышать. — Она и без того натерпелась. Дай подруге собраться с мыслями и решить, чего ей теперь хочется.
Прав он. Объяснил бы кто уже этим магам, что ведьмы ненавидят, когда прав кто-то, кроме нас самих!
— А он ничего! — отбросив смущение, оценила мой выбор жениха подруга детства и отсалютовала смущенно раскрасневшимся нам полупустым бокалом.
— Только командовать слишком любит, — проворчала я, за что, не сходя с места, была страстно поцелована.
Убеждать Глеб определенно умел. Ладно, пусть Мила сама решает, как быть дальше. А я просто буду рядом и, если надо, поддержу.
— Я не командую, а организовываю, — важно поправил меня любимый. — Кстати, об этом…
— Что?
Интуиция подсказывала, что пора напрягаться, бояться, а лучше вообще сматываться на безопасное расстояние. Этот маг что-то задумал!
— Не знаешь, где сейчас твоя мама?
Вопрос показался безопасным, и я, подумав немного, решила ответить:
— В северной провинции. Еще название у города такое красивое… Инеевый Лес, кажется. У нее там крупный заказ, сразу несколько картин для замка одного вельможи. — И, опомнившись, опасливо уточнила: — А что?
— Ничего, — невинно улыбнулся Полуденный. — Просто подумал, что пора бы мне познакомиться с будущей тещей. Завтра в десять будет портал, не опаздывай.
От изумления я даже с возражениями не нашлась.
Какая наглость! Упертость! А хватка!
Учиться мне еще у него и учиться…
— Определились уже с датой свадьбы? — К нам подошел Горислав.
Мы с Глебом затравленно переглянулись. Семьи настаивали, чтобы это событие произошло как можно скорее. И с рождением наследников требовали не затягивать. И вообще, по их авторитетным мнениям, я должна была бросить учебу и посвятить себя семье, а Глеб взяться за ум и любыми средствами заполучить какую-нибудь должность покрупнее.
Но у нас были свои планы, притом уже давно.
— Года через три-четыре, — спокойно ответил жених.
Горислав, конечно, удивился, что явственно выражали приподнявшиеся брови, но реагировать так же бурно, как наши родственники, не стал. И от возражений, в отличие от них же, тоже воздержался.
— Что же, это разумно, — кивнул он, когда немного отошел от шока.
На сердце сразу же стало легче. Почему-то одобрение этого старого мага для меня было важнее, чем мнение внезапно обретенных родственников.
— Вот именно, — послышался от двери запыхавшийся голос Богдана.
Краса как раз впустила его в дом и теперь с улыбкой возвращалась в объятия Феликса. А магистр Полуночный развесил в холле мокрый плащ — на улице с самого утра лило, прошел в гостиную, где мы все и собрались, и первым же делом налил себе полный бокал вина.
— С такой мрачной физиономией праздновать помолвку любимой племянницы не приходят, — весело сверкнул глазами магистр Проточный.
— Да я рад за них. Тем более что эти двое подошли к делу ответственно и никуда не спешат. — Богдан осознал, как выглядит со стороны, и спешно попытался просиять, но ничего не вышло, и он, махнув на это дело рукой, залпом осушил бокал и сразу же налил себе следующий. — Просто сегодня кое-что произошло.
Интуиция опять оживилась. Впрочем, ненадолго. В последние месяцы моя жизнь стала до того насыщенной, что предугадать каждый новый сюрприз, любезно преподносимый судьбой, не представлялось возможным. Да и не хотелось, если честно. Так даже интереснее!
— Госпожа Перецвета отчаялась поженить нас и вновь принялась за тебя? — предположила я, откровенно дразнясь.
— Семьи опять что-нибудь учудили? — на всякий случай напрягся Глеб.
— Ведьминский факультет закрывают?! — перепугалась Элька.
Как выяснилось, не угадал никто.
— Я сюда прямиком из дворца, — со вздохом сообщил Богдан и видимым усилием воли удержал себя от того, чтобы и с этим бокалом расправиться в один присест. — Ронар сознался во всем. И под заклинанием правды сообщил, что устроить нападение на ведьм ему велел ректор. Результат нужен был самый плачевный, чтобы были веские причины закрыть ведьминский факультет.
Ух ты! Впечатляет!
— Если ему это просто так сойдет с рук, сама лично прокляну! — горячилась Элька.
— Уже не сошло, — успокоил всех нас Богдан. — Император подписал указ о его заточении. Теперь думает, что с ним делать дальше. Казнить вряд ли казнит, но вполне вероятно, что силу навсегда опечатают.
Губы помимо воли сложились в зловредную усмешку. Вот и славно, вот и по заслугам! Для мага потерять доступ к дару — хуже, чем умереть.
— Но это же хорошо, разве нет? — Только Эллу до сих пор волновало поганое настроение Полуночного.
— Прекрасно! — радостным этот рык отнюдь не был. — Вот только место ректора теперь стало вакантным.
Нам-то с девчонками ни холодно, ни жарко, мы с тем ректором никак не пересекаемся, а хуже прежнего всяко не будет. А вот Глеб нахмурился.
— Только не говори, что нам хотят назначить червя с завышенным самомнением и воспаленной гордыней? — скривился Полуденный. — Мне, между прочим, в этой Академии еще несколько лет работать.
Упустить такую возможность уколоть бывшего врага мой дядюшка не мог.
— Уже назначили, — с мрачно-печальным видом изрек он. После чего мелкими глоточками принялся расправляться с вином, наблюдая, как бледнеет и скучнеет будущий родственник. И только когда напиток в бокале закончился, а Глеба впору стало обнимать и утешать, внес ясность: — Меня.
Гостиная взорвалась поздравительными визгами. И хотя сам магистр Полуночный радости по поводу новой должности пока не испытывал, всеобщее хорошее настроение вскоре перекинулось и на него. Или это вино подействовало, не знаю. Я же, когда первый восторг улегся, окинула веселящихся друзей взглядом и вдруг осознала, что обещание, данное замку, сдержалось само собой.
— Ты будешь отличным ректором. — Приблизившись, я набралась смелости и обняла дядю. — Только не забывай протирать пыль со статуэтки Академии в миниатюре, которая стоит на столе. И не вздумай ее выбросить или передвинуть!
В глазах новоявленного ректора зажегся вопрос, но задать его он не успел. Меня увлекла в сторону Краса. И поскольку ведьмочка тоже пила вино, вид имела крайне решительный и вдобавок была вооружена черной метлой, встать на ее пути даже ректор не посмел.
Красуля с жутко таинственным видом отвела меня в сторону.
— Держи, это тебе, — и протянула мне перевязанную розовой ленточкой метлу. Свою. — С помолвкой!
Проникшись важностью момента, черная вредина вела себя как всякий приличный неодушевленный предмет, то есть смирно пребывала в руках ведьмочки и даже прутиками не трещала.
— Мне очень приятно, но…
— После того как она поучаствовала в твоем спасении, ты просто обязана на ней… ладно, не жениться, но летать точно! — хитро сверкнула синими глазами Проточная.
Но я все еще сомневалась.
— Она мне нравится, конечно, но у меня уже есть метла…
Вот тут черная вредина не утерпела, вывернулась из рук почти уже бывшей хозяйки и ка-а-ак стукнет меня по попе! Платье сделало удар почти безболезненным, так что подпрыгнула и вскрикнула я больше от неожиданности. — Ай! Ладно, поняла, беру!
А что, очень даже удобно: на «Цветане» буду летать по бытовым делам, а на этой — по магическим.
— Другое дело, — одобрила подруга и крепко меня обняла.
— Но постой, — я выпуталась из ее рук и обеспокоенно взглянула на Красулю, — как же твоя мечта стать боевым магом?
Ладно бы то был каприз, но цели у Красы были по-настоящему благие. Поэтому я искренне переживала за нее.
— В последнее время столько всего случилось, — произнесла ведьмочка с серьезностью, которую она редко демонстрировала даже близким. — Я много думала и поняла, что никогда не хотела быть магом. Мне и ведьмой нормально!
— Помню, — кивнула я и тоже понизила голос, будто речь шла о чем-то секретном, — ты хотела узнать, что случилось с твоей мамой. Но ведь одно невозможно без другого! Ведьм не учат магии порталов.
— Магов учат, — светло улыбнулась Проточная. — А у меня Феликс есть. Мы собираемся пожениться, когда я получу диплом. Просто не хотели отвлекать внимание от вас с Глебом, потому пока не говорили никому. И он будет заниматься исследованиями в области порталов. А я, пока не прибыли маги, успела украсть немного приготовленного Фаиной зелья.
Охх… Мне только что признались в преступлении. Но я не осуждала, просто слушала дальше.
— Я все продумала, — шептала тем временем Краса. — Мы найдем маму, и она выпьет зелье. Годы, что она провела не с нами, вернутся к ней, и у нас будет еще много времени, чтобы побыть вместе.
Э… Ну… Объяснять, насколько шатким выглядит этот план, не стала. Красуля — умная девушка, сама наверняка понимает. Но надежда порой способна двигать горы и переворачивать миры. Так что я кивнула, улыбнулась, обняла подругу за плечи и повела ее к остальным. Там как раз появились тарелки с сыром и сухариками, а лично я успела проголодаться.

Эпилог 

Пять лет спустя 

Я неспешно помешивала приворотное в большом старом котле и время от времени беспокойно поглядывала в окно. В зелье я намеренно не стала добавлять один из важнейших компонентов, так что силы оно заведомо не имело, а потому приготовление его требовало минимума внимания. Краситель для загадочного розоватого цвета я положила, флаконами в виде сердечек запаслась, можно спокойно отвлекаться на свое.
Вот только это «мое», как назло, опять запаздывало. Не иначе Глеб в очередные неприятности влип.
— Он там развлекается, а мне тут скучай и переживай, — ворчала я, не забывая помешивать варево.
Черная метла, единственная слушательница моих излияний, которая до того мирно стояла в углу, взмыла в воздух и многозначительно затрещала прутиками.
— Не стоит, — подумав, качнула головой я. — Мне же потом его лечить.
Разочарованная метла улетела в самый дальний угол и там затихла.
За это время поменялось не слишком многое. Я доучилась и получила диплом, и Глеб сразу же уволился из Академии. А потом мы сильно разозлили родственников с обеих сторон, сбежав из империи и лишив их пышной свадьбы. Еще больше они взбесились, когда мы тайком поженились в тропическом городке на побережье Нхагранского княжества. Им только документы прислали. И потом три дня выслушивали, как орут все амулеты связи в доме! Это в разгар медового месяца!
Ничего удивительного, что эдакой гадости мы больше в доме не держим. Возвращаться в родные края тоже желанием не горим, так и осели в одном прибрежном городке. Глеб воплотил давнюю мечту и теперь порой по несколько дней где-то пропадает, но потом неизменно возвращается ко мне с хорошим настроением, свежими ссадинами и прочими мелкими увечьями, захватывающим рассказом о пережитом приключении и обязательно с какой-нибудь диковинкой.
Но и в его отсутствие мне скучать не приходится: местные быстро прознали, что по соседству поселилась дипломированная ведьма, и повадились ходить ко мне со своими бедами. И если заговаривала болячки и готовила лекарства я охотно, хоть и не бесплатно, то с приворотными регулярно мухлевала. Нет, я их честно варила, и цену, как то позволяли ведьминские правила, в три раза взвинчивала. Но чисто случайно забывала добавить какой-нибудь важный ингредиент, без которого зелье или не работало, или действовало как-то не так. А что, мы, ведьмы, вообще народ забывчивый! И приворотные, после случая с Элькой, я терпеть не могу. А от скандалов с недовольными клиентками избавила себя, время от времени смешивая недозелье с эликсиром удачи или уверенности в себе. В этих случаях эффект был хоть и не совсем тот, на который рассчитывали покупательницы, но все равно положительный. Так что остальные искренне считали, что дело в них, а не госпожа ведьма где-то напортачила, и не жаловались, просто покупали очередной флакон в форме сердечка. Я бесилась, но вечерами в ожидании мужа все равно делать было нечего, так что исправно варила, на что вдохновения хватало.
Мама Глеба одобрила и вообще искренне забавлялась нашими отношениями с обоими семействами, которые так и продолжали соперничать, хоть уже и не так агрессивно. Она даже в гости к нам выбралась. Тут познакомилась с хозяином поместья, который давно овдовел и один воспитывал тринадцатилетнюю дочь… и в следующий раз приехала уже к нему. Богдан тоже был всецело на нашей стороне, но из-за ректорских обязанностей в гости так нормально и не выбрался.
Краса с Феликсом находились на пути к свадьбе, но исследования порталов, которыми эти двое были по уши увлечены, делали этот путь несколько длиннее, что служило поводом для ворчания Горислава.
Окончив Академию, Элька в ней же и осталась, устроилась секретарем учебной части вместо противной Гусыни. Богдан в то время в отъезде был, назначение его заместитель подписывал. А он как вернулся и узнал, так едва сам из Академии и вообще из страны не сбежал! И то исключительно по той причине, что мы с Глебом отказались его приютить и подло вытолкали обратно в портал. Но справедливости ради стоит признать, что преследовала его Элла больше по привычке, чтобы форму не потерять и из ведьминской вредности. Саму же ее не оставлял в покое Марек. Уж пакостница и нейтрализатор к тому зелью подобрала, и отворотным его поила, и ритуалы какие-то проводила, а рыжий целитель все улыбался и твердил, что с каждым днем пуще прежнего ее любит. Элька бесилась и шарахалась от него, как от чумного, но опять же больше по привычке и из вредности. А Марек на днях заказал Глебу ее похищение с самыми романтическими целями… Даже я прониклась и коварный план подруге не сдала.
Мила год проучилась в ведьминской школе, потом вышла замуж за своего мага, и теперь разрывается между семьей, которая помимо мужа уже включает маленькую, но очень вредную ведьмочку и двух ведьмаков-близнецов, и кондитерской, которую они с Марицей купили напополам. У других несостоявшихся жертв Фаины тоже все сложилось хорошо.
…Умиротворенные мысли упорхнули, когда я, замечтавшись, на миг прижалась запястьем к горячему краю котла. Ай, еще и обожглась!
— В следующий раз наварю этим раскрасавицам сонного зелья, а то никакого покоя от них не стало! — бурчала я, исступленно дуя на пострадавшее место. Надо бы сходить в кладовку за мазью, но было как-то лень. — Хоть недельку от них отдохну!
Что именно стану делать, если приворотное варить будет не надо, придумать не успела. Неподалеку ярко вспыхнул портал.
Настырную внутреннюю потребность сию минуту с визгом броситься мужу на шею пришлось подавить. Глеб был осторожен, почти никто не знал о нашем убежище, но все равно нужно было соблюдать некоторые меры безопасности. И я терпеливо боролась с собой, пока не разглядела шагающего к крыльцу мужа.
— Глеб!!! — Дальше осторожничать было не обязательно.
Выскочив из дома, я повисла на муже, из-за чего мы оба едва не полетели с крыльца. Зато о болящем ожоге напрочь забыла! Вот оно — лучшее обезболивающее. Только что-то оно сегодня бледное, помятое… покусанное?!
— Скучала? — требовательно вопросил Полуденный и надолго лишил меня возможности ответить поцелуем.
— Нет, но придумала пять порч, три проклятия и одно заклинание, вызывающее во сне образ того, кого хочешь увидеть, — честно отчиталась о прожитом без него времени. В этот момент меня как раз на руках вносили в дом. — Опробовала только последнее, но если бы ты задержался еще на пару дней, в момент твоего возвращения я бы нашла применение и всему остальному.
Зеленые глаза смотрели на меня с бесконечной нежностью.
— Решено, беру двухнедельный отпуск.
Я сделала вид, что не очень-то и хотелось и вообще мне все равно, но на всякий случай обвила его шею руками покрепче.
— А если поделишься заклинанием желаемых снов, никуда не уеду целых три недели, — принялся меня соблазнять этот хитрец.
Знаю я его: выведает, а потом как пропадет… а мне скучай! Нет уж, не расскажу, пусть спешит ко мне настоящей!
— С ним ничего не получилось, — с честным видом соврала я и в качестве отвлекающего приема весьма недвусмысленно потерлась об него.
— Жаль, — вздохнул Глеб и, не обращая внимания на внешние раздражители, понес меня вглубь дома.
Бесконечные его отъезды если чему и научили нас, так это не терять времени даром: пока добирались до спальни, муж успел рассказать, что четырехдневная вылазка не прошла впустую, они с напарником выполнили заказ какой-то важной шишки и поймали опасных контрабандистов, вследствие чего мы стали богаче на почти три сотни золотых монет. Одновременно меня успевали целовать и раздевать.
Потом долгое время нам обоим было не до всего остального мира…
Ближе к рассвету я все-таки выпуталась из таких родных рук, чтобы на цыпочках прокрасться на веранду и снять с магического огня почти выкипевшее зелье. Подумаешь, проблема, долью водой и красителя всыплю побольше!
В спальню возвращалась, стараясь двигаться очень тихо, чтобы не потревожить спящего мужа. Но не удержалась и осторожно коснулась отметины от зубов на его щеке. Совсем свежая… Вроде бы зверюшка мелкая, но я все равно волнуюсь.
— Ведьмочка моя, — сонно вздохнул Глеб и поймал меня в объятия. — А это я портал открыть пытался, а рядом дикая кошка как раз детенышей своих кормила. Еле отбился! Не поверишь, но разобраться с ней оказалось труднее, чем с шайкой отъявленных головорезов.
Почему же, охотно верю. Повезло еще, что в наших местах эти киски размерами редко превосходят домашних, магии лишены и когти с зубами у них не ядовитые.
Нажаловавшись, благоверный уткнулся лицом мне в шею и попытался уснуть, но я ему не позволила такой роскоши.
— Надеюсь, животные не пострадали? — спросила строго.
— Так-то ты обо мне беспокоишься?! — возмутился мой маг.
— А смотреть надо, где порталы открываешь!
Пожалуй, главное достоинство Глеба в том, что он всегда знает, когда надо отступить. Вот и сейчас не растерялся, свесился с кровати, порылся в ворохе сброшенной некоторое время назад одежды и извлек оттуда что-то небольшое и не особенно приметное.
— Хватит вредничать. — Он убрал непослушную прядку мне за ухо и ласково погладил по щеке. — Между прочим, я подарок тебе привез. Скажу без ложной скромности, редкая штука, и добыть ее стоило немалых трудов.
Я была заинтригована донельзя. И тем сильнее оказалось мое разочарование, когда в свете небольшого светлячка я повертела в руках старое зеркало. Еще и треснутое к тому же.
— Ты хоть знаешь, что это плохая примета? — зашипела гневно, борясь с желанием стукнуть дарителя хотя бы подушкой. — Учти, схлопочу проклятие — тебе же с нами обоими мучиться!
— Спокойно, — усмехнулся Глеб и украдкой проглотил зевок — Это артефакт, он безопасен.
— И что он делает? — Настороженность все еще была сильнее любопытства.
— Показывает будущее, — с довольной улыбкой наблюдая, как вытягивается мое лицо, сообщил Глеб. — Но силы в нем осталось немного. Понятия не имею, получится ли его зарядить.
Расспросив мужа, как активируется зеркало, я все-таки сжалилась и позволила уставшему магу завалиться спать. Сама же забралась с ногами в кресло, выждала немного для храбрости, потом собралась с духом… и засунула зеркало в комод.
Не хочу ничего знать!
Увижу что-то плохое, и лишусь сотни счастливых моментов, пока буду этого ждать. А хорошее… я и так знаю, что оно впереди. Что бы ни происходило, в моем будущем точно есть Глеб и друзья, а с остальным мы уж как-нибудь справимся.
Пусть таинственное будущее подождет, я иду к нему. Но не собираюсь лишать себя удовольствия от процесса знанием всего наперед!
Улыбнувшись этой мысли, я развеяла светящийся комочек и на цыпочках прокралась к кровати. Надо хоть немного поспать, а то утром еще с приворотным мудрить…